Место назначения неизвестно - Агата Кристи

Ворота лепрозория с металлическим лязгом закрылись запутешественниками. Этот звук показался Хилари символом безнадежности. Казалось,он говорил: «Оставь надежду всяк сюда входящий»[16]. «На сей раз этодействительно конец», – подумала она. Теперь все пути к отступлению былиотрезаны.

Она осталась одна среди врагов, которые разоблачат ее черезнесколько минут. Хилари казалось, что подсознательно она ожидала этого весьдень, но свойственный человеческой натуре оптимизм скрывал от нее этот факт.Еще в Касабланке Хилари спрашивала у Джессопа, что произойдет, когда онаокажется лицом к лицу с Томом Беттертоном, и он серьезно ответил, что это одиниз самых опасных моментов. Джессоп добавил, что надеется к тому времениобеспечить ей защиту, но Хилари понимала, что этой надежде не суждено быломатериализоваться.

Если «мисс Хезерингтон» была агентом, на которого полагалсяДжессоп, то ее перехитрили, вынудив признать свое поражение в Марракеше. Да ивообще, чем могла бы ей помочь мисс Хезерингтон?

Путешественники прибыли туда, откуда нет возврата. Хиларивступила в игру со смертью и проиграла. Теперь она знала, что диагноз Джессопабыл верным. Ей больше не хотелось умирать. Теперь она хотела жить. Жажда жизнивернулась к ней в полной мере. Она могла думать о Найджеле и о печальномхолмике, служившем могилой Бренде, с тоской и печалью, но уже без холодногобезнадежного отчаяния, вынуждавшего ее искать забвения в смерти. «Теперь яснова жива, – думала Хилари, – но загнана в ловушку, как крыса. Если бы толькобыл хоть какой-нибудь выход…»

Хилари ломала голову над этой проблемой, но была вынужденапризнать, что после встречи с Беттертоном ни о каком выходе не может быть иречи.

«Но это вовсе не моя жена!» – скажет Беттертон. Все взглядыустремятся на нее, все поймут, что в их ряды проник шпион…

А если ей опередить Беттертона и первой крикнуть, изображаястрах и возмущение: «Кто вы? Вы не мой муж!» Может это внушить подозрение, чтопод видом Беттертона сюда пробрался шпион? Конечно, тогда Беттертону придетсяхудо. Но с другой стороны, если он предатель, торгующий секретами своей страны,то поделом ему. Как трудно решать, кто предатель, а кто нет, – да и вообщевыносить суждение о людях и вещах… Мысли Хилари устало вращались. В любомслучае стоит попробовать заронить сомнение…

Почувствовав головокружение, Хилари вернулась кдействительности. Ее мысли метались, как мыши в мышеловке, но внешне онапродолжала играть отведенную ей роль.

Маленькую группу приветствовал высокий красивый мужчина –очевидно, полиглот, так как он обратился к каждому на его собственном языке.

– Enchante de faire votre connaissance, mon cherdocteur[17], – сказал он доктору Баррону и повернулся к Хилари: – Радприветствовать вас здесь, миссис Беттертон. Боюсь, путешествие было долгим изапутанным. Ваш муж жив-здоров и, естественно, ждет вас с нетерпением. –Мужчина улыбнулся, но его светлые глаза оставались холодными. – Должно быть, –добавил он, – вам также не терпится увидеть его.

Головокружение усиливалось – Хилари казалось, будто людивокруг нее приближаются и откатываются назад, словно морские волны. Стоящийрядом Энди Питерс протянул руку и поддержал ее.

– Вы, очевидно, не слышали, – обратился он к гостеприимномухозяину, – что миссис Беттертон попала в катастрофу в Касабланке и получиласотрясение мозга. Путешествие и волнение перед встречей с мужем не пошли ей напользу. Думаю, ей следует передохнуть в темной комнате.

От его голоса и руки исходило ощущение теплоты. Хиларипокачнулась. Спасением казалось рухнуть на пол и изобразить обморок, чтобыпотом ее уложили на кровать в темной комнате, отсрочив момент разоблачения… НоБеттертон пришел бы к ней туда – любой муж поступил бы так. Он придет,наклонится к ней и при первом же звуке ее голоса или взгляде на ее лицо, когдаего глаза привыкнут к темноте, поймет, что перед ним не Олив Беттертон.

Мужество вернулось к Хилари. На ее щеках появился румянец.Она выпрямилась и вскинула голову.

Если это конец, то нужно храбро встретить его! Она пойдет кБеттертону и, когда он не признает ее, попытается солгать в последний раз.«Конечно, я не ваша жена. Мне очень жаль, но она умерла. Я была рядом с ней вбольнице, когда это произошло, и обещала, что разыщу вас и передам ее последниеслова. Понимаете, я разделяю ваши политические убеждения, сочувствую вашейдеятельности и хочу помочь…»