Отпуск на вилле с призраком - Наталья Солнцева

– Говорят, они в дома заползают…

Парень отвел коричневые, как зрелые каштаны, глаза.

– Это случается крайне редко.

Астра остановилась и повернулась к нему, взглянула в упор.

– Что у вас с Катей?

– О чем вы? – он нервно поеживался.

– Я видела, как вы выходили из ее комнаты… – соврала она, обращаясь за поддержкой к Матвею. – Мы видели. Правда, дорогой?

Она не собиралась спрашивать его о Кате. Слова вылетели как бы сами собой, по наитию. Почему вдруг в какой-то миг ей показалось, что у Антона шуры-муры с горничной? Но она попала в точку!

Охранник съежился, поник. Его нижняя губа отвисла, и он стал похож на провинившегося школьника.

– Это мое личное дело…

– Думаю, господин Юдин будет не в восторге, узнай он о вашем поведении, – строго вымолвил Матвей. – Он человек твердых нравственных принципов и не позволит устраивать на своей вилле бордель.

– Не говорите ему! – взмолился Антон. – У нас с Катей – обыкновенный летний роман. Ни к чему не обязывающий. Она хорошая девушка, не распущенная… Просто ей хочется мужской ласки. Вы понимаете? Я ведь тоже не железный. Существуют физические потребности…

– Умный ты, как я погляжу. Наверное, в институте учишься.

Матвей обратился к нему на «ты», и охранник принял это как должное.

– Ага… – понуро кивнул он. – В Симферополе, на заочном.

– Чего ж в охранники пошел?

– А куда еще идти? Юдины платят нормально, мне хватает – и на жизнь, и кредит отдавать. Где я такую работу найду?

Астра нашла единственно верный способ заставить его говорить правду. Антон был готов оказывать любое содействие, лишь бы хозяева не пронюхали о его интрижке с горничной.

– Я вообще-то женюсь скоро, – смущенно признался он. – У меня невеста в городе. Если до нее дойдут слухи…

– Интересно получается – с одной спишь, на другой женишься…

– Я, что ли, один такой?

– Ладно, иди показывай хозяйские хоромы…

Парень приободрился, значит, у него есть шанс выкрутиться. А с Катькой надо завязывать. Предупреждал же Макс! Он мужик опытный, тертый калач.

Между тем «странные гости» осматривали дом. Обычное жилище, куда наезжают время от времени, со вкусом отделанное и обставленное, удобное, уютное. Два этажа и мансарда. Интерьер скромный, но добротный, в меру дорогой. Видно, что Юдины денег на ветер не бросают.

– На первом этаже мы уже были, – сказала Астра. – Веди-ка нас на второй и под крышу.

– Там спальни… – пробормотал Антон. – Молодые хозяева свою закрывают на ключ.

– Почему?

«Глупый вопрос, – подумал Матвей. – Спальня – это святое, не предназначенное для чужих глаз».

– Рид всегда так делает. У меня есть ключи от всех помещений, кроме их спальни. В принципе правильно.

Астра с этим согласилась. Да и что они увидят, побывав в спальне Юдиных? Кровать, шкаф, туалетный столик и зеркало?

Дом был универсален как по проекту, так и по убранству. Заметна рука профессионального дизайнера. Ничего личного, раскрывающего тайны живущих здесь людей. Красивая мебель, паркет, испанская плитка, плетеные панно на стенах, цветы в горшках…

– Осталась мансарда, – сказал Антон. – Пойдете? Там турецкий уголок и кальянная.

Они поднялись под крышу. Астра смотрела на длинные диваны с бархатными подушками, на разноцветные висячие светильники, и ей на ум пришла оброненная администратором фраза: «Опять в мансарде что-то?»

– А что здесь происходит?

Охранник растерялся. Вопрос застал его врасплох.

– Рид запретил нам говорить с кем-либо о… – он споткнулся и замолчал.

– «Нам» – это кому?

– Мне и Максу.

Астра повернулась к Матвею:

– Дай-ка мне телефон, я перезвоню Акиму Ивановичу…

– Н-не надо, не надо! – замахал руками Антон. – Я… так и быть… я вам скажу… Тут творится всякая чертовщина! Будто злой дух поселился. То ходит, то дышит, то стонет… то шепчет… Прямо жуть берет!

Глаза его, и без того большие, стали огромными, как блюдца.

– Только в мансарде? – саркастически усмехнулся Матвей.

– Пока… вроде бы да…

– Ты сам слышал или хозяева говорили?

– Сам… у меня мороз по коже, как вспомню… С тех пор как Елена Захаровна первый раз услышала… мне приказали спать внизу, в каминном зале. На всякий случай…

Глава 11

На городской набережной яблоку было негде упасть. Отдыхающие всех возрастов прогуливались взад и вперед, ели мороженое, пили воду и пиво, дети, разморенные жарой, хныкали. Бродячие собаки спали в тени магнолий. Дышать было тяжело из-за испарений вчерашнего ливня. На песке пляжей, источая зловоние, валялись бурые клочья водорослей.

Вдоль моря тянулась нескончаемая полоса пансионатов, санаториев, кафе, магазинчиков и сувенирных лавок. Художники продавали здесь свои картины, фотографы делали снимки на память…

Теплищевы, нагруженные покупками, с трудом нашли свободную лавочку.

– Фу! Ну и запах! – ворчала Тэфана. – Неужели нельзя было убрать эти ужасные водоросли? Где Макс? Когда нас повезут домой?

– У меня мигрень разыгралась, – пожаловался археолог. – Влажность высокая…

– Надо было надеть шляпу с полями, а не эту бейсболку.

Она купила в лавке веер и непрерывно обмахивалась, блуждая взглядом по праздно шатающейся толпе. Среди разомлевших от жары тел мелькнуло желтое платье.

– О, кого я вижу! Наша загадочная хозяйка.

– Где? – встрепенулся ее муж.

– Вон, идет по направлению к яхт-клубу…

Как Анатолий Петрович ни напрягался, он не увидел никого, похожего на Елену.

– Ты, должно быть, обозналась. Я слышал, они поехали в Ялту.

У Тамары Ефимовны не было ни малейшего желания спорить. Она натерла ноги новыми босоножками и боролась с дурнотой. Веер гонял раскаленный воздух, асфальт дышал жаром, а в ее желудке зарождалась тошнота.

Гаранин и очаровательная блондинка тоже притомились. Они сидели за столиком открытого кафе, под полосатым тентом. Ветерок раздувал угли в жаровне и приносил аромат жареного мяса.

– Я проголодался, – заявил маг. – Может, закажем чего-нибудь?

Она лениво потягивала апельсиновый сок. Зеленое платье плотно облегало ее фигуру, а тело казалось еще более соблазнительным из-за влажного блеска кожи. В ложбинке между грудей покоился кулон в виде античной женской головы. Гаранин только сейчас его заметил. Рядом с Ирэн он терял свои магические способности и последнее соображение.