Охотники на фазанов - Юсси Адлер-Ольсен

Начальник отдела убийств Маркус Якобсен потер лоб. Рабочая неделя начиналась хуже некуда. Четвертое заявление с просьбой об отпуске за четыре дня! Два человека из лучшей криминальной бригады ушли на больничный, а тут зверское убийство средь бела дня в самом центре города! В мусорном контейнере нашли тело женщины, избитой до неузнаваемости. Насилие становится все более жестоким, и, конечно же, все требуют немедленного расследования — газеты, общественность, директор полиции. Если гибнет женщина, тут такое начинается! Нынешний год вообще бьет рекорды по убийствам, ничего подобного не было уже лет десять, а полицейское руководство просто замучило совещаниями! Со всех сторон давление, а тут еще и Бак, черт его возьми, просится в отставку. Только этого еще не хватало!

В прежние времена они с Баком взяли бы по сигаретке, покурили бы, прохаживаясь по внутреннему дворику, и тут же, конечно, решили бы все проблемы. Но прежние времена миновали, и теперь Маркус бессилен. Ему просто нечего предложить своим подчиненным. Зарплата маленькая, рабочая нагрузка большая, сотрудники сбиваются с ног и просто не имеют возможности как следует выполнять свою работу. И даже закурить с горя теперь нельзя! Черт знает что, а не жизнь!

— Пошевели политиков, Маркус, — посоветовал его заместитель Ларс Бьёрн.

Но слова его почти потонули в грохоте из коридора — там еще возились грузчики, чтобы все выглядело в соответствии с требованиями реформы. Сплошной камуфляж и украшательство!

Маркус взглянул на своего заместителя, удивленно подняв брови, и улыбнулся такой же безнадежной улыбкой, как та, что в последние месяцы не сходила с лица Ларса Бьёрна.

— Ну и когда же мне ждать тебя с заявлением об отпуске? Ты ведь еще сравнительно молодой человек. Может, и ты мечтаешь поменять работу? Твоя жена не хочет почаще видеть тебя у семейного очага?

— Маркус, иди ты! Свою должность я променял бы только на одну — на твою.

Это было сказано так спокойно и сухо, что впору испугаться.

— О’кей. — Маркус кивнул. — Однако тебе придется подождать, потому что я раньше времени уходить не собираюсь. Мне, знаешь ли, моя должность тоже нравится.

— В таком случае поговори с директором полиции и попроси ее выжать из политиков более приличные условия для нас.

В дверь постучали, и прежде чем Маркус успел ответить, к его столу уже подходил Карл Мёрк. Что ж это за человек такой! Хоть бы однажды поступил по правилам, чисто для разнообразия!

— Сейчас не могу, — сказал Маркус, прекрасно зная: Карл слышит только то, что хочет слышать.

— Я только на секунду. — Карл едва заметным кивком поздоровался с Ларсом Бьёрном. — По поводу дела, над которым сейчас работаю.

— Двойное убийство в Рёрвиге? Если бы ты мог хотя бы приблизительно сказать мне, кто вчера вечером избил женщину на улице Канникестреде, я бы тебя послушал. В остальном обходись без меня. Ты знаешь, что я думаю о вашем деле. По нему приговор уже вынесен. Выбери какое-нибудь другое, в котором виновник все еще остается на свободе.

— В этом деле замешан один из наших.

— Ну ладно. — Маркус безнадежно опустил голову. — И кто же?

— Сотрудник криминальной полиции по имени Арне Якобсен лет десять-пятнадцать назад унес папку из хольбекского отделения. Тебе это что-нибудь говорит?

— Хорошая фамилия, однако я не имею к этому ни малейшего отношения.

— Могу сказать тебе, что он был лично заинтересован в этом деле. Его сын встречался с убитой девушкой.

— И что из этого?

— А этот сын по сей день работает в полицейском управлении. Я вызову его на допрос. Чтобы ты знал.

— Кто это?

— Йохан.

— Йохан? Йохан Якобсен, наш мастер на все руки? Ну, это неправда!

— Послушай, Карл! — вмешался Ларс Бьёрн. — Если ты хочешь вызвать одного из наших вольнонаемных служащих на допрос, то лучше, пожалуйста, назови это как-нибудь иначе. Если что-то пойдет не так, мне придется отвечать перед профсоюзом!

— Погодите-ка вы оба! — Маркус понял, что сейчас разгорится перепалка, и обратился к Карлу: — В чем, собственно, вопрос?

— В смысле, кроме того, что старый полицейский унес папку с документами следствия? — Карл так расправил плечи, что стал на четверть метра шире. — Вопрос в том, что его сын подбросил папку мне. Кроме того, Йохан Якобсен самовольно вторгся на место преступления и сознательно выложил там предметы, которые со всей очевидностью должны привести к нему, а я полагаю, что у него припасены еще какие-то материалы. Маркус, он знает об этом деле больше того, что есть меж небом и землей, если только можно так сказать.

— Господи, Карл! Это же было двадцать с лишним лет назад! Неужели ты не можешь управлять своей лавочкой тихо и спокойно! Ведь наверняка найдется много более подходящих дел.