Женщина из его снов - Дженна Райан

– Мне нужна санитарная сумка.

Маквей повесил автомат на плечо.

– Слишком поздно.

– Неужели мы ничего не можем сделать? Амейра разорвала окровавленную рубашку Уэстора, но, увидев рану, поняла: Маквей прав. В паре сантиметров ниже сердца зияла дыра, кровь выплескивалась из нее всякий раз, когда Уэстор кашлял.

Маквей придержал ему голову:

– Уэстор, говори со мной. Ну же, дружище, не дай тому, кто это сделал, избежать наказания.

У Уэстора закатывались глаза.

– Переулок… это был… Ох, сука, как больно! Раскаленные ножи, понимаешь? – Он вцепился Маквею в предплечье и вдруг отчетливо произнес:

– Закопай мои ножи со мной.

– Постарайтесь не двигаться, – мягко сказала Амейра.

Уэстор осел, улыбнулся и уставился полуоткрытыми глазами ей в лицо:

– Никогда не становись свидетелем…

Слова были неразборчивы и сливались друг с другом. Он затих, все еще улыбаясь.

– Он мертв. – Амейра пощупала пульс на шее Уэстора. – Мне жаль, Маквей.

– Думаю, ему тоже.

– Он упомянул переулок. Если это переулок рядом с «Красным глазом», ему бы потребовались часы, чтобы оттуда добраться сюда. В смысле, он явно так и сделал, но…

– Угу. – Маквей опустил Уэстору веки. – У тебя мобильник ловит?

– Нет.

– Придется оставить его здесь. Я свяжусь с шерифом, попрошу еще людей. Сегодня в Лощине дежурят Хардены. Дин, мой младший помощник, справится с Бухтой.

– Как ты думаешь, это сделал Спаркс или таинственный другой убийца?

– Лично я склоняюсь к таинственному другому.

– Он начинает пугать меня больше, чем Уилли.

– У всего есть причина. Суть в том, чтобы соединить все точки одну за другой и посмотреть, получится у нас общая картина или две маленькие.

Амейра наблюдала за прилетевшим вороном, который опустился на сломанную ветку. К чему бы это? В Бухте три вороньих пера на двери означали скорую смерть хозяина двери.

Кровь Блюме в ее жилах помогла понять: этот ворон следит именно за ней, расположившись прямо над головой мертвеца.

Меньше чем через час после смерти Уэстора Маквей ходил по обгорелой груде мусора, который недавно был «Красным глазом». Мало что осталось от бара помимо стен, и главный пожарный инспектор объявил их чрезвычайно неустойчивыми. Людям запретили приближаться к пожарищу.

После долгой беседы с инспектором Маквей распределил охрану места происшествия по сменам и двинулся за Амейрой.

– Ты поговорил с шерифом об Уэсторе?

Маквей кивнул:

– Он отправит людей за телом. Мы его не убивали, Амейра. Помни об этом. А тот, кто это сделал, заплатит. – Он достал пищащий телефон. – Да, Джейк, в чем дело?

– Я отодвигал одного любопытного, он споткнулся, упал на какие-то мешки с мусором. И завертелся, потому что от них воняло, а когда выпутался, я увидел ноги. – Голос Джейка зазвучал напряженнее. – Они не шевелятся, Маквей, и цвет у них тоже неправильный. Я думаю, у нас труп.

«Я сегодня встала в шесть утра, – подумала Амейра. – Прошло около четырех часов. И уже двое мертвых». Осторожно заходя с Маквеем в боковой переулок, она заметила Джейка на корточках посреди кучи мусорных мешков.

– Докладывай, помощник, – велел Маквей.

– Она мертва.

Амейра обошла его, надеясь получить более ясный обзор.

– Знакомое лицо. – Джейк наморщил лоб. – Не могу припомнить, кто это.

– Мина. – Амейра опустилась на колени возле тела. – Мина Шелл. Она была в аптеке в тот день, когда Уэстор меня схватил. Он схватил и ее тоже. Что это у нее в руке?

Маквей отодвинул мешок, прикрывающий правую руку женщины.

– Бутылка с тряпкой. Это коктейль Молотова. Тот, с которого начался пожар, его забросили через окно в конце этого переулка.

– Выходит, это она кидала бомбы? – К ним присоединился запыхавшийся шериф.

Амейра наклонилась и понюхала тряпку. И сквозь вонь гниющего мусора почувствовала отчетливый запах бензина.

– Я так запуталась. Мина сказала, что приехала на Ночь Ворона. А на самом деле собиралась взорвать «Красный глаз»?

– Придется это пока отложить, Рыжая. У нее на правом запястье часы. И ноготь на большом пальце левой руки подпилен короче, чем на правой, возможно, чтобы писать эсэмэски. Она могла быть левшой.

– Какая разница? – Джейк нахмурился.

– Она держит бутылку в правой руке, Джейк. – Амейра выпрямилась. – Если бы она собиралась ее бросать, бутылка должна была оказаться в левой, так?

– Ты хочешь сказать, ее туда сунули, когда она уже была мертва? Кто?

– Тот, кто забросал бомбами «Красный глаз», – пожал плечами Маквей. – Теоретически.

Амейра припомнила сцену в аптеке.

– Я думаю, хотя и не уверена: Мина брала помаду левой рукой. Но в принципе она, конечно, могла бы взять бомбу одной рукой, переложить в другую и бросить.