Тело Милосовича - Алексей Митрофанов

— Where are you going?[4]— вмешался пассажир.

— In the down-town,[5]— сказал Филатов, хотя ему хотелось ответить, что он уже приехал и выйдет здесь.

Они отвернулись. Машина тронулась с места. С этих пор Филатов не услышал от них ни единого слова по-сербски. Да и по-албански они теперь разговаривали мало, изредка обмениваясь короткими репликами в одно-два слова.

Филатову не хотелось думать о том, как могли бы развиваться события, если бы попутчики узнали, что он прекрасно понимает сербский язык, приехал из России и произошло это где-нибудь на пустынной дороге.

Он вышел за пару кварталов от гостиницы «Москва», расплатился и на прощание приветливо помахал водителю рукой. Тот криво усмехнулся и рванул с места, обдав Филатова выхлопными газами и грязью из-под колес. Филатов даже не успел разглядеть номер «вольво».

Подойдя к гостинице, Филатов еще издали увидел машину Милоша. Сам он стоял возле крыльца и разговаривал по телефону. Вокруг него ходили какие-то люди с рациями. Вид у всех был такой, будто они чем-то обеспокоены. «Заботливый папик опять желает поговорить о дипломатическом будущем своей дочурки», — криво усмехнулся Филатов, почувствовавший себя после приключения с албанцами более уверенно, чем прежде. Продолжать унылые беседы про МГИМО ему больше не хотелось. Он повернулся и решительно зашагал прочь.

Вдогонку у него мелькнуло желание рассказать Милошу о подозрительных албанских ребятах, но он подавил его. «Пусть сам ищет, — решил Филатов. — Кто здесь замминистра внутренних дел, он или я? Это его работа».

Албанцы были сейчас его союзниками. Если они докопаются до истины, то это станет известно всем, и тогда и ему не придется ничего делать дальше. Хорошо бы. В противном же случае придется доискиваться самому. Филатов хорошо себя знал. Ему очень не нравилось, когда его дурачили. И особенно когда делали это таким беспардонным образом, как сейчас. Не будь этого, он забыл бы обо всей истории.

И действительно, какое ему дело? Ведь не больше же ему нужно, чем самим сербам? «Надо же так страховаться — даже выступить не дали, — возмущался он. — А я ведь вовсе и не собирался говорить ничего крамольного. Просто хотел отдать последнюю дань человеку, к которому испытывал уважение, только и всего. Не надо было им выпасать меня так плотно, даже если и очень хотелось…»

Он размашисто шагал по улицам, и его решимость становилась сильнее. Ему всегда лучше думалось, когда он гулял пешком.

Филатов с удовольствием поужинал в ресторанчике в большом торговом центре, который запомнил со времени своего предыдущего приезда в Белград. К счастью, здесь ничего не изменилось — готовили так же вкусно, как и раньше, а порции, как и везде в Белграде, были все такими же огромными. Раньше он всегда не доедал их, но в этот раз не оставил на тарелках почти ничего. Ведь получалось, что сегодня он не обедал. После гостиничного завтрака у него во рту росинки маковой не было, если не считать крохотных бутербродов, которые разносили на закуску официанты в доме Милосовича.

Филатов завершил обед-ужин чашкой кофе, расплатился и отправился по магазинам. Он побывал в нескольких торговых центрах, работавших допоздна, но отдел игрушечных железных дорог нашел только в одном, да и в том ассортимент оказался крайне скудным. Продавец не смог предложить ему ничего такого, чего у него уже не было бы.

— А где еще торгуют железными дорогами? — спросил Филатов.

Тот взглянул на часы:

— Сегодня воскресенье, уже поздно, вы ничего больше не найдете. Если только завтра.

— Утром я улетаю.

Продавец развел руками. Филатов расстроился.

«И здесь неудача», — подумал он.

Он не смог придумать, как убить время дальше, и отправился в кинозал в этом же торговом центре на третьем этаже. Фильм был так себе, какая-то дурацкая мелодрама, даже не разбавленная юмором до кисло-сладкого вкуса, а актриска в главной роли не отличалась особым обаянием. Но Филатову грело душу то, что Милош сейчас в холле гостиницы «Москва» сидит как на иголках, пытаясь угадать, куда пропал Филатов и что делает, а подчиненные роют землю, чтобы это выяснить. Это приводило Филатова в такое прекрасное расположение духа, что он чувствовал симпатию ко всем актерам фильма, словно бы те делали прекрасную работу. Он лениво жевал попкорн и блаженствовал.

После фильма он еще погулял по торговому центру, неспешно выпил кофе в кофейне, съел пару пирожных и засобирался домой.

К гостинице «Москва» он подошел в половине третьего ночи. Машина Милоша все еще стояла у входа, а один из его людей рыскал снаружи с рацией в руке.

Филатов нашел подходящую лужу, немного потоптался в ней, чтобы забрызгать грязью ботинки и брюки, и лишь затем направился ко входу.

— Александр! — вскричал Милош, едва он появился в холле. — Ну наконец-то! Где вы были?

— Со знакомыми добирался, — ответил Филатов.

— А что так долго? — недовольно спросил Милош.

— О, это целое приключение! Машина сломалась. — Он показал свои забрызганные грязью ботинки. — Пришлось долго ждать, пока починят.

— Почему не позвонили? — требовательно спросил Милош. — Нельзя же так, я волновался!

«Да кто ты мне такой? — возмущенно подумал Филатов, пряча свои чувства за дружеской улыбкой. — Прямо как старшая сестра. Волновался он!»

— Батарейка села. — Он развел руками.

— А у знакомых что, телефонов не было? — подозрительно спросил Милош.

— Так я же номера вашего не помню, — ответил Филатов. — Он в моем телефоне остался.

Милош посмотрел на часы.

— Ну все хорошо, что хорошо кончается, — произнес он. — Может, поужинаем?

— Я уже перекусил по пути, — сказал Филатов, — спать хочу.

— Ладно, — кивнул Милош, — мне тоже пора. Я приеду утром вас проводить.

Филатов кивнул и, чувствуя облегчение от того, что избавился от Милоша, поднялся к себе в номер.