Человек в витрине - Хьелль Ола Даль

В тот же день инспектор Гунарстранна поехал на склад Фольке-Есперсена на улице Бертрана Нарвесена. Ключ, который он реквизировал у Карстена Есперсена, сработал отлично. Он перешагнул высокий порог и очутился внутри. Дверь на пружинах с грохотом захлопнулась; в просторном помещении послышалось гулкое эхо. Гунарстранна огляделся по сторонам. Повсюду штабелями стояли столы и стулья, кресла-качалки, сундуки, чемоданы, комоды, напольные часы в красивых резных шкафчиках. Он задрал голову и оглядел ряд высоких, под самым потолком, окон, из которых лился тусклый свет. Между вещами были оставлены узкие проходы, пробираться по которым можно было только боком. В дальнем углу имелась лестница — она вела на второй этаж. На верхней площадке Гунарстранна увидел дверь. Прежде чем войти, он повернулся и посмотрел на склад сверху. Между двумя буфетами с ржавыми петлями он заметил старую металлическую угольную плиту. Рядом с ней стояла деревянная резная статуэтка негритенка. Инспектор Гунарстранна задумался. Неужели такой хлам хоть сколько-нибудь стоит? Может быть, для кого-то здесь настоящая сокровищница, а по его мнению — куча мусора.

Он открыл дверь и очутился в приемной, которая служила одновременно кухней и столовой. Толкнул еще одну дверь и очутился в кабинете. Первым в глаза бросался письменный стол темного дерева — большой, тяжелый, в английском стиле. На полированной столешнице лишь перекидной календарь на пластмассовой подставке. Сбоку стояла старомодная настольная лампа. Гунарстранна обернулся и увидел собственное отражение: на стене за дверью висело большое зеркало в деревянной раме. Воспользовавшись случаем, он пригладил растрепанные волосы, потом повернулся и перевел взгляд со стола на подоконник, на котором стоял телефонный аппарат, и на шкафчик для документов. На шкафчике была настоящая свалка. Поверх бумаг и прочих вещей стоял бюст Бьёрнсхьерне Бьёрнсона, нобелевского лауреата. Кто-то водрузил на голову Бьёрнсону ковбойскую шляпу. Она ему шла. Рядом с бюстом Гунарстранна увидел портативный радиоприемник, кассетный магнитофон производства семидесятых годов, дырокол, степлер, рулон клейкой ленты, коробку скрепок и груду разрозненных бумаг. Инспектор, хмурясь, переводил взгляд со шкафчика на стол и обратно. Почему дырокол и степлер лежат на шкафчике, а не на столе?

Он осмотрел стоящие рядом с зеркалом напольные часы. Они остановились в четверть одиннадцатого. Гирьки, висевшие за дверцами, напоминали сосновые шишки. Инспектор Гунарстранна вернулся к столу и сел в крутящееся кресло — дорогое, деревянное, с кожаной обивкой. Кресло оказалось очень удобным. Инспектор покрутился туда-сюда, то и дело косясь на заваленный шкафчик. Потом он выдвинул верхний ящик стола. Ящик оказался завален ручками, карандашами, корректирующей лентой, бутылочками с корректирующей жидкостью, линейками и множеством старых с виду резиновых печатей. Гунарстранна выбрал одну наугад, перевернул, сдвинул очки и с трудом прочел зеркальное отражение букв:

«РЕЙДАР ФОЛЬКЕ-ЕСПЕРСЕН ОСЛО».

На другой печати была вырезана заглавная буква «Б» для почтовых отправлений второго класса по сниженному тарифу. На третьей он прочел:

«СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО».

Он закрыл верхний ящик и выдвинул следующий. В нем хранились отвертки, гаечные ключи и всевозможные плоскогубцы. В углу стояла старая чайница без крышки. Гунарстранна прочел название: «Риджуэй». В чайнице лежали шурупы, старые гнутые гвозди, гайки и крючки.

Гунарстранна выдвинул третий ящик и увидел сложенную белую скатерть и полбутылки хереса. Он повертел бутылку в руках, прочел этикетку: «Бристоль Крим». Отвинтив крышку, втянул носом терпкий аромат. Потом задумался, глядя перед собой. Херес… он пытался вспомнить, покупал ли когда-нибудь херес. Да, наверное, один или два раза. Херес не относился к числу его любимых напитков. Гунарстранна поставил бутылку на место.

В кабинете было тепло, а в толстом зимнем пальто — даже жарко. Гунарстранна подошел к окну, пощупал электрический радиатор, отдернул руку. Радиатор был включен на полную мощность. За окном уже стемнело. Он с трудом разглядел кусок дороги за проволочной оградой, отделяющей здание склада от соседнего дома. Из дома неторопливо вышли две фигуры в зимних пальто. Они сели в машину. Зажглись фары; машина ненадолго исчезла из поля зрения и вскоре снова появилась в проеме между двумя зданиями. Задние фонари отбрасывали красные отблески на сугробы снега. Он отошел от окна, открыл дверь. В приемной помещались кухонный уголок с раковиной и светлый деревянный обеденный стол. В раковине Гунарстранна увидел два бокала с засохшими остатками жидкости на дне. Он нагнулся и принюхался. Характерный терпкий аромат — такой же, что и от вина в бутылке. Он обернулся, задумчиво посмотрел в сторону кабинета. Не спеша сел в роскошное кресло. Снова выдвинул верхний ящик.