Канкан на поминках - Дарья Донцова

В 1980-м родилась Сонечка, единственная родная сестра Веры.И хотя девочек разделяло пятнадцать лет, они относились друг к другу оченьнежно, в особенности старшая, всегда опекавшая младшую. Вера недолюбливала Галюи Тоню. В подростковом возрасте она жутко ревновала к ним Лидию Ивановну.Девочки постоянно ругались, даже дрались. Конец распрям положил Андрей. Он явноне хотел видеть дома посторонних подростков, постоянное напоминание о чередедругих мужей супруги. Поэтому Салтыков поступил просто. У Гали неожиданнообнаружился порок сердца, ее отправили жить и учиться в специальныйподмосковный санаторий, а у Тони заболели легкие, и девочка тоже оказалась в«лесной школе». Их никто не бросил. И Лидия, и Андрей часто навещали детей,привозили им одежду, сладости, игрушки, но домой больше не брали никогда, дажена Новый год. В 1986 году Салтыков легализовал бизнес, стал кооператором.

Удивительное дело, но многие дети строят свою жизнь такимобразом, чтобы ни за что не повторить судьбу родителей. Верочка, обладавшаянеплохим голосом и отличным слухом, не захотела стать, как Лидия, певицей. Еепривлекала спокойная денежная профессия ветеринара. Девушка поступила вакадемию, закончила ее и теперь спокойно работала в клинике. Замуж она пока невышла, да и не очень хотела – насмотрелась в детстве на семейную жизнь матери.

Соня была совсем другой – вертихвосткой, глуповатой иленивой. Как ни старались отец и мать, в институт младшая дочь не попала.Андрей хотел было отдать ее на платное отделение, но тут у Сони случиласьлюбовь, и она выскочила в семнадцать лет замуж за Сергея Репнина. ОбрадованныйАндрей купил дочери квартиру и махнул рукой на ее высшее образование. Однакочерез полгода Софья развелась, но фамилию оставила, не захотела вновь заводитьканитель с документами. Работать она тоже не желала, предпочитая брать деньги уродителей и жить в свое удовольствие. А удовольствие Соня понимала просто –хорошая еда, сладкая выпивка и отличный любовник. Впрочем, если без первых двухслагаемых счастья девушка еще могла обойтись, то мужчина требовался ей всегда.Причем Соня любила заводить романы с тридцатилетними, сверстники ее непривлекали – торопливые, безденежные мальчики.

– Она меняла мужиков, словно колготки, – бормоталаВера, – никак остановиться не могла.

От одного плохо пахло, у другого оказались кривые ноги,третий храпел, четвертый урод, пятый… Даже Лидия Ивановна, не отличавшаясяособенным целомудрием, удивлялась. А Андрей разозлился и велел дочериостепениться и устроиться на работу. Но Соня не послушалась и продолжалапорхать по клубам и ресторанам. Тогда отец обозлился и перестал давать ейденьги. Соня фыркнула и бросила:

– Подумаешь, и без тебя проживу, старый дурак!

– Ты как со мной разговариваешь! – взбеленилсятот. – Выросла, в проститутку превратилась, в кого только ты такая?

– Вся в тебя и в мамочку, – парировала Соня.

У нее был острый язык, и за словом в карман она не лезла.

– Немедленно извинись перед матерью, – прошипел отец.

– Еще чего, – взвилась Соня, – у нее сколькомужиков было, и вроде как нормально, а я блядь?

– Я выходила замуж, – попробовала расставить точкинад «i» Лидия Ивановна, – всегда жила в законном браке, а ты таскаешься попарням…

– Можно подумать, что штамп в паспорте меняетдело, – захохотала непочтительная дочь, – блядь и есть блядь, как бымужней женой ни прикидывалась. Сколько у Верки папочек было? Десять?Двенадцать?

Лидия Ивановна только растерянно моргала, а Андрей Ивановичсхватил дочурку за нежные запястья и выкинул на лестницу с воплем:

– Чтобы ноги твоей, развратная дрянь, тут больше небыло!

– Насрать на вас три кучи, – проорала Соня, стояво дворе, – чтоб вы сдохли, лицемеры!

Естественно, после такого выяснения отношений все контактымежду родственниками были порваны. Соня попала в тяжелое положение. Когда отец,лишив материальной поддержки, выгнал ее из родительского дома, у нее как разслучился «простой», в череде любовников образовалась брешь, и денег на житьевзять было неоткуда. Вера, конечно, помогала сестре, но много она дать немогла.

Пришлось Софье, наступив на горло собственной песне,устраиваться на работу. Девушка была настоящей красавицей, и ее охотно взяли вэлитный салон «Лилия», торгующий дорогущими букетами, икебанами и горшечнымирастениями. Зарплата была невелика, зато в торговую точку частенько заглядывалибогатые мужики, и Сонечка просто расцвела, любовники менялись, словно кадры вкинопленке…

Но весной, где-то в марте, а может, и в апреле, Вера непомнила точно, она пришла к Соне без звонка, просто работала тогда на машиневетеринарной «Скорой помощи» и была на вызове буквально в соседней с Сонинойквартире. Время близилось к одиннадцати вечера, и Верочка подумала, что сестрадома. Мысль о том, что у нее, скорей всего, в кровати мужик, пришла старшейсестре в голову только тогда, когда Соня приоткрыла дверь и недовольнопротянула:

– Чего тебе?

– Вот, заскочила проведать, – ответила Верочка,окидывая взглядом черный коротенький пеньюар, красовавшийся на сестре.

Потом она увидела на вешалке дубленую мужскую куртку иуловила запах хороших сигарет. Соня, несмотря на легкость поведения, велаздоровый образ жизни: не пила, не курила и даже посещала тренажерный зал.

– Давай завтра встретимся, а? – предложилаСофья. – Гость пришел.

– Ладно, – пожала плечами Вера, – мешать нестану.

Но завтра ей было некогда ходить по гостям, и к сестре онасобралась только через неделю, но теперь, наученная горьким опытом,предварительно позвонила.

– Да, – прошелестела Соня тихим голосом.

– Ты заболела?

– Так, ерунда.

– Я сейчас приеду.

– Не надо, у меня просто насморк.

Но Вере очень не понравился какой-то убитый тон сестры, иона мигом кинулась к ней.

Когда Софья распахнула дверь, старшая сестра чуть незаорала. Лицо младшей напоминало подушку: опухшее, сине-желто-зеленого цвета,заплывшие глаза превратились в узенькие щелочки, а рта просто не было, вернее,казалось непонятным, где кончаются ссадины и начинаются губы.

– Что с тобой? – выкрикнула Вера.

Соня зарыдала. Сквозь всхлипы старшая сестра с трудомразобрала правду.

Сонечку избил очередной любовник, приревновал ее иразделался с изменницей по-свойски.

– Немедленно собирайся, – велела Вера.

– Куда? – пролепетала Соня.