Красная ночь - Ольга Баскова

Расследование

Следуя советам Рукавишниковой, Петя Прохоров звонил в квартиру соседей Надежды Сергеевны Панько и ее дочери Дины. Дверь открыла моложавая женщина лет пятидесяти. Несмотря на раннее утро и домашнее одеяние — длинный махровый халат, ее брови были густо подведены, на веки наложен слой темно-синих теней, а ресницы, наверняка накрашенные удлиняющей тушью, как ели, упирались своими кончиками в небо.

— Здравствуйте, — удивленно проговорила она, посмотрев на Петю. — Вы, наверное, к мужу. Он уже ушел на работу.

— Скорее к вам, — возразил оперативник, показывая удостоверение. Брови дамы поползли вверх.

— Что случилось?

— Насчет Панько, — успокоил Прохоров.

— Ах, да, конечно, — женщина кокетливо улыбнулась и потянула молодого человека за рукав. — Проходите. Не разувайтесь.

Тонкий аромат духов щекотал ноздри.

— Кофе будете?

Парень улыбнулся. Как все-таки гостеприимен наш народ!

— С удовольствием.

— Вы уже знаете, как меня зовут?

Прохоров покачал головой.

— Тогда давайте знакомиться. Я Ада Юрьевна Павлова.

Петя назвал себя.

— Вам повезло: я не работаю, — заметила хозяйка. — Муж на службе, дочь в институте. Вы можете расспрашивать сколько вам угодно.

— Расскажите мне о вашей соседке.

— О Вере Семеновне?

Петя изумленно посмотрел на женщину.

— А кто это — Вера Семеновна?

— Приемная мать этой, — хозяйка махнула рукой. — Надьку я не считаю за свою соседку.

— Почему?

— Как вы относитесь к убийцам?

Такой вопрос заставил Петю вздрогнуть.

— Каким убийцам?

Собеседница замялась:

— Ну, всяким-разным. Перед вашими глазами их проходит достаточно.

— При чем здесь это?

— Надька убийца, — безапелляционно заявила Ада Юрьевна.

— И кого же она убила? Полковникову?

Павлова выпучила глаза:

— Так ее тоже убили? Она не пропала без вести? Немедленно расскажите мне все.

Прохоров смутился:

— Наталью Павловну действительно нашли мертвой, однако следствие еще не пришло к выводам.

Женщина пожала плечами:

— Понятно. Тайна следствия и всякое такое.

— А вот про убийство Веры Семеновны я первый раз слышу.

— Ясное дело, — подмигнула хозяйка. — Динка медик. Они укокошили ее так, что никто не подкопался.

— Но почему вы так решили?

— Она мешала им, — сказала Ада Юрьевна.

— Кому — им?

— Надьке и ее отродью, — соседка плеснула кипятка себе в чашку. — Вера зря приютила это чудовище и вырастила Динку. Надьке не давала покоя мысль об отдельной квартире. Вы знаете, она даже помирилась с другой приемной матерью.

— Она вам что-нибудь рассказывала?

— Одно время мы дружили, — пояснила хозяйка. — Надька делилась со мной, зная: я никому не скажу. Так вот, она просто ненавидела старую Панько. Взяв ее из детдома, Панько хотела от нее отказаться по прошествии пяти лет. Видимо, поделилась своей мыслью с Верой Семеновной, которая была классной руководительницей. Ну, та не позволила. Представляете, что чувствует ребенок, возвращенный в детдом? Что из него может вырасти? Учительница взяла девочку к себе и сочинила трогательную историю про болезнь Панько. Надя не поверила.