Тайна русского путешественника - Юлия Алейникова

Карина занервничала. Мог ли кто-то сделать это за отца? Вполне вероятно. Зачем? Заманить Нестерова в ловушку? Имеет ли Нестеров или, точнее, их общий проект отношение к исчезновению отца? Не исключено. Ни одну из версий нельзя исключать. А с Нестеровым стоит подружиться, втереться к нему в доверие и выяснить кое-какие детали, только сперва надо избавиться от Риммы.

Кара прошлась по комнате. Обстановка ее несколько раздражала, она привыкла к полным воздуха, света, комфорта современным интерьерам, а потому перегруженная массивной старинной мебелью комната действовала ей на нервы. Душила ее. Все эти ковры, столики, каминные часы, лепнина, статуэтки, мозаики и прочая ветхая чушь, столь обожаемая отцом, была хороша в музеях или старинных усадьбах и замках. В современном, недавно построенном доме весь этот антикварный скарб смотрелся нелепо.

Итак, Римма. Сестрица бывает крайне навязчива и, если ничего не придумать, начнет целый день крутиться возле Нестерова. А может, пусть крутится, возьмет его измором и выведет на чистую воду? — усмехнулась Кара, представив себе, как Нестеров с воплями: «Уберите ее! Я все скажу!» — мечется по дому.

— Павел Петрович, можно? — заглянул в кабинет Илья Борисов. — Москвичи скинули мне эсэмэску от племянницы Колокольникова. «Сообщите дату похорон. Мой сын сейчас в Петербурге, он свяжется с полицией».

— Очень интересно. — Капитан Сафонов привычно потер переносицу. — В Петербурге? А как зовут этого сына, она не сообщает? И где он остановился?

— Ничего. Но у меня есть ее телефон, и теперь мы сами можем с ней связаться, — помахал в воздухе бумажкой Илья.

— Прекрасно, — скептически прокомментировал капитан. Настроение у него с самого утра было скверное, потому что с вечера он получил хорошую нахлобучку от начальства за вяло идущее расследование и оперативную безынициативность по делу Арчугова. — А позвонить ей и получить нужную информацию, прежде чем соваться к начальству, тебе в голову не пришло? С чем ты ко мне явился? С этой лажей? — В голосе капитана стали проступать крикливые нотки.

— Извините. Не сообразил. Думал, сразу… — Илья ужом выскользнул из кабинета.

Павел Петрович из себя выходил редко, но, как говорят в народе, метко. И в такие моменты ему на глаза было лучше не показываться.

— Совсем распустились, охламоны! — буркнул вслед лейтенанту Павел Петрович и снова уставился в стенку. Этим захватывающим занятием он развлекался до появления лейтенанта Борисова. Развлекался вынужденно, по причине отсутствия свежих идей. Поскольку свежих идей по делу Арчугова не было, мысли капитана невольно перекинулись на дело Колокольникова и потекли легко и складно.

Значит, сын племянницы сейчас в Петербурге, размышлял он. Но об этом отчего-то неизвестно Ступиной, человеку, наиболее тесно общавшемуся с покойным Колокольниковым в последнее время. Это означает, что парень приехал в Петербург уже после гибели родственника? Возможно. Или же он приехал до нее, навестил дядю, поругался с ним из-за семейной шкатулки, которую тот не хотел отдавать, и убил его?

Версия выглядела весьма правдоподобной и логичной. Капитан оживился, схватил лист бумаги и принялся по привычке делать на нем короткие неразборчивые заметки, зачеркивая, снова что-то судорожно строча и выплескивая таким образом забурливший в нем сыщицкий азарт.

— Так-так, — нервно повторял он. — Шкатулка, семейная реликвия Колокольниковых. Предположительно стоит дорого. Парню нужны деньги, он требует передать ему шкатулку, старик отказывается, племянник его убивает. Но зачем он тогда возвращается и под видом полицейского беседует со Ступиной? Или это был не он? А вдруг имеется некто третий, кто претендует на шкатулку? Колокольников вызвал сына племянницы (Интересно, кем он приходится Колокольникову? Тоже племянником?), чтобы передать семейную ценность, но тот опоздал. Шкатулка уже похищена. Он знает, кто это сделал, или догадывается и пытается выяснить его адрес? Чушь.

Нет, нет. Все наоборот! Племянник успевает забрать шкатулку до визита убийцы. Поэтому тот ее и не обнаруживает и начинает поиски племянника. Или шкатулка не досталась никому, Колокольников ее спрятал, и теперь оба, и убийца, и племянник, ее ищут. Ха. В любом случае племянника найти необходимо!

Капитан нервно схватился за телефон.

— Илья? Ну что, выяснил, как зовут племянника и где он остановился?

— Племянника?

— Племянника Колокольникова. Ну, сына племянницы, — нетерпеливо растолковывал капитан.

— Никак нет! — нервно выкрикнул лейтенант. — Колокольникова не отвечает. Телефон все время выключен. СМС я ей отправил, но пока молчит.

— «СМС отправил»! — передразнил Павел Петрович. — А по нашим базам слабо пробить? Москвичей опять запроси! Может, он и есть убийца! — уже чуть спокойнее закончил капитан. — Работай давай. Не спи.

— Есть! — бодро ответил Илья, восхищаясь капитанской проницательностью.

Капитан, уловив идущие от подчиненного флюиды, удовлетворенно хмыкнул и благодушно добавил:

— Повнимательнее там… И вот еще, — спохватился Павел Петрович. — Фоторобот, который составили со слов Ступиной, разошли по всем гостиницам. Вдруг племянник остановился в отеле? Все. Нет! — тут же воскликнул капитан, крепче сжав трубку. — По отелям Центрального района пройдись самостоятельно, можешь Свистунова привлечь. Если племянник приехал к дяде, то логичнее было бы остановиться неподалеку. Если, конечно, он заранее не планировал убийство. Но проверить стоит. Хостелы тоже проверяй. И мини-отели. Короче. Проверить все постоялые дворы города, от пятизвездных отелей до самых захолустных клоповников. Ясно?

— Так точно! — с восторгом отозвался Илья, захлебываясь от восхищения. Лейтенант Борисов искренне любил начальство, а лесть, особенно идущую от самого сердца, не считал пороком.

— И, кстати, пришли ко мне Скворцова, пусть по Арчугову отчитается.

Завтрак в доме Арчуговых проходил в обстановке недоброжелательной напряженности, и центром ее был, разумеется, гость. Римма продолжила вчерашнюю атаку, Кара смотрела на нее с тяжелым, раздраженным неодобрением, потому что не придумала, куда деть сестрицу, Лариса и Марат, который после ночного совещания остался ночевать в доме, испытывали некоторую неловкость. Зинаида Захаровна на протяжении всего завтрака возвышалась за спиной Ларисы как монумент, распространяя вокруг себя волны холодного осуждения. А Нестеров, казавшийся безоблачно спокойным, усиленно размышлял, как наиболее эффективно и рационально построить свой день.

— Гарик, вы позволите себя так называть? — пошла в атаку Римма, едва сделав первый глоток кофе.

— Ну разумеется, — любезно улыбнулся гость.

— Какие у вас на сегодня планы? Я вот собиралась прогуляться по городу. Не составите мне компанию?

— С удовольствием.

Эта фраза заставила всех остальных присутствующих оторваться от трапезы и с недоумением воззриться на гостя. Подобный ответ стал для них полнейшей неожиданностью. Ибо все заметили, что весь вчерашний вечер Нестеров старался дистанцироваться от Риммы, и к тому же он совершенно ясно дал всем понять, что прибыл в город по делам. И вдруг прогулка?