Девочки-шпионы, или Великая Китайская стена - Александр Казак

— Ты написала в анкете, что знаешь русский язык.

— А вы хотите познакомить меня с русским олигархом?

— Я не исключаю такой возможности.

— Вот это уже интересно!

— В смысле денег?

— В смысле, олигарх — это то, чего в нашем городке никто никогда не получит. У нас даже миллионера ни одного нет. Настоящего, долларового.

— А ты готова заплатить тому, кто найдет тебе мужа-миллионера?

— Да. Готова.

— Сколько?

— Сколько скажете.

— А почему ты не спрашиваешь, в каких городах и кому тебе предстоит оказывать услуги?

— А я поняла, что в Европе, а по авансу поняла, что на жизнь пока может хватить.

— Может.

— У меня есть вопрос.

— Спрашивай.

— Вы будете, как все сутенеры спать со мной. Ну, то есть проверять мою профессиональную пригодность?

— А ты этого хочешь?

— Очень.

— Ты шутишь? Мы же едва знакомы.

— Зато мы собираемся стать компаньонами.

— В чем?

— Как в чем? Сначала в том, о чем вы написали в объявлении. Оно, кстати, наделало шуму у нас в университете. Там же требуют с языками. Не всех подряд. И на деньги большие намекают. Поначалу, как я поняла по разговорам в аудиториях, чуть ли не половина девочек собирались звонить и записаться на эту встречу. Обозвали ее порно кастингом и шутили, что трахать нас будут прямо там, для тестирования. Одна, самая остроумная моя однокурсница, сказала, что это будет скорее всего просто «Oral test». Игра слов и понятий — ротовой (или устный) экзамен — всем понравились. Мы смеялись от души!

— А что же случилось потом? Не так много звонило, и еще меньше пришло на встречу.

— А потом девочки испугались, что мы все там встретимся. Одно дело смеяться, другое реально совершить поступок. Не очень красивый! Это же ясно. Правда, забавно?

— А ты почему не испугалась?

— А я сказала при всех, что пойду на разведку и узнаю, что такое «гонорары высочайшего уровня»?

— Я написал в объявлении — зарплата.

— Это нюансы.

— И что ты доложишь однокурсницам?

— Что предлагали тысячи долларов, а я засомневалась…

— И отказалась.

— Ну, да.

— А теперь, Бара, давай прощаться. У меня скоро поезд. После съемок в Париже я буду писать тебе мэйлы. С какого адреса — это не важно. Адреса будут всегда разные. Но ты поймешь, что это я. Звонить я буду редко. По голосу меня узнаешь?

— Да. А как я пойму, что про работу пишете именно вы?

— Во-первых, у тебя не должно быть других работодателей…

— Сутенеров?

— Ну, да. А, во-вторых, там всегда будет разное начало. Всегда разное. Но всегда именно о том, что, если ты еще не замужем, то мы могли бы встретиться и прекрасно провести время. Это на тот случай, если кто-то захочет прикинуться мной и скопирует мои письма.

— А, в самом деле, неужели вам не интересно переспать со мной?

— Интересно. Но у меня нет оснований торопить события.

— Так, значит, мы все-таки будем с вами заниматься сексом?

— Ты что-то резко изменила направленность разговора? Какая-то маньячка!

— Я не маньячка. Просто времени мало. И надо хотя бы договориться.

— Ты не думай, что я миллионер.

— А вы станете. Если найдете мне богатого мужа.

— Очень богатого и очень красивого?

— Не обязательно очень красивого, но желательно все-таки не урода. Я же детей буду рожать от него. Но богатого обязательно.

— И ты готова заплатить мне миллион долларов за такого кандидата?

— Не за кандидата, а за мужа.

— Ну да, за кандидата, который станет мужем. И как же ты собираешься получить у него такие деньги?

— Просто попрошу перевести на мой счет пару миллионов, а лучше больше. Чтобы у меня были свои деньги.

— А если он откажет?

— А я не выйду замуж за такого, который откажет! Я просто запишу это в брачном договоре. Не подпишет — не получит меня в жены.

— А почему ты так уверена, что найдешь такого?

— А потому, что я теперь не одна. И вы, надеюсь, захотите заработать.

— О кей. Договорились.

— О кей. Кстати, как мне вас называть?

— Называй меня «Вы». Мне нравится.

— Да, еще. У меня есть к вам встречное предложение. Если мой будущий муж окажется миллиардером или наследником миллиардеров, то вы можете заработать в десять раз больше.

— То есть десять миллионов долларов?

— Ну, да.

— Как легко делить деньги, которых нет! Я согласен. Только у меня есть к тебе неприятный вопрос. Чтобы исключить ненужные иллюзии и предостеречь тебя от ошибок. Ты понимаешь, что если ты не выполнишь свое обещание и не заплатишь обещанные деньги, то это не останется безнаказанным?

— Понимаю. Только хотела бы узнать, именно с профилактической целью, каково будет наказание.

— Твой муж узнает, что ты была девочкой по вызову и получила знакомство с ним от сутенера, которому обещала заплатить миллион долларов.

— А вы не боитесь, что правда его не испугает?

— Нет, не боюсь. Его, может, и не испугает. Она испугает его родственников, знакомых и компаньонов, которые обязаны соблюдать внешние приличия и, хотя бы не жениться на проститутках.

— Как — то грустно мы расстаемся…

— Зато больше не придется к этой теме возвращаться. Надеюсь. Все ясно?

— Да, все ясно. Могу я вас поцеловать? Это же вокзал. Прощаются знакомые люди. Расчувствовались и все такое.

— Ну, поцелуй. Только не очень страстно.

— Страстно я поцелую вас при следующей встрече. Кстати, мне же надо набираться сексуального опыта. Поделитесь?

— Поделюсь! Пока-пока.

— Такая тональность, мне кажется, больше соответствует всему, что мы задумали с вами.

— Согласен. Бай!!!

* * *

По пути в Берлин я заехал еще в парочку подобных провинциальных городков. Мне попалось несколько весьма интересных персонажей! О некоторых из них я расскажу позже. Если будет настроение. Но никого подобного Баре я в тот раз не встретил. Я почти влюбился в эту прямолинейную и обаятельную девушку! Я ехал в поезде и размышлял.

Я размышлял о том, сколько таких мятежных душ есть на свете и как они могли бы мне пригодиться в будущем?!