В Plaz’e только девушки - Мила Бограш

– Почему ты так решила?

– Он вчера снова позвонил. Спросил, нельзя ли нас друзьям рекомендовать? Ну… Для этого самого… Я сказала, такое серьезное решение без тебя не приму. А ты в отъезде. Вернешься, посоветуюсь. Ну, что? Рискнем?

– Надо подумать, Аленка… – неуверенно ответила я.

– Думай… Я пока кофе смелю, новый сварю.

Она взяла с полки ручную меленку.

Я пошла в комнату. В информационном портале задала вопрос о животных-шпионах. И нашла. Захватывающую историю поведала миру популярная австрийская газета Neue Kronen Zeitung. Котов для шпионажа решили привлечь американцы. Проект по созданию кошки-супершпиона разрабатывался несколько лет. ЦРУ возлагало на нее большие надежды, ведь кошка легко втирается в доверие. А значит, может пробраться куда угодно. «Интересно, – подумала я, – не эта ли байка надоумила Аленкиного знакомого?» Агенты нашли подходящую киску, провели над ней несколько хирургических операций: в живот вставили батарейки, проложили кабель, поместили кучу всевозможных мини-приборов по подслушиванию, магнитозаписи, фотографированию и прочим шпионским атрибутам. Кошкин хвост служил высокочувствительной антенной… «Изуверы!» – возмутилась я. Подготовленное животное назвали «Акустик китти» и строго засекретили. Стоимость кошки-суперагента перевалила за шестнадцать миллионов (!) баксов. И вот, наконец, ей решили устроить первые полевые испытания. Местом для их проведения выбрали Вену. Китти была выпущена на улице в центре города. Планировалось, что через два часа ее заберут обратно. Все это время с кошкой собирались поддерживать связь, наблюдать, как действует аппаратура в условиях большого города, каково поведение суперагента… «Не знают они кошек, – усмехнулась я, – они бы еще присягу заставили ее принять».

И оказалась права. Кошка осталась кошкой, несмотря на дорогие шпионские прибамбасы и хвост-антенну. Оказавшись на улице, она решала прогуляться не по заданию, а сама по себе. Но в незнакомом месте жутко перепугалась. Начала метаться, буквально через пять минут после начала эксперимента попала под колеса первого же такси и скончалась на месте, так сказать, «при исполнении служебных обязанностей».

«Бедная киска…» – пожалела незадачливую кошачью «Мату Хари», жизнь свою погубившую в угоду заокеанским любителям опасных авантюр.

Но я поторопилась обличать кровожадных подручных дяди Сэма. По части звериного шпионажа мы от американцев не отставали. Даже, можно сказать, опередили их. Правда, на нашей стороне играли не кошки, а мышки. Изобретателем мышей-диверсантов был ученый-биолог Игорь Валенко. Он придумал использовать полевок против вражеских танков. В 1942 году ночью в расположение немцев сбросили на парашюте контейнер с мышами. От удара о землю он раскололся. Полевки разбежались. Утром у большинства танков была повреждена электропроводка. Наступление немецких частей на этом участке фронта приостановили. Кроме того, посредством мышей немцев заражали туляремией[5]. Немцы тоже не дремали, на борьбу с грызунами они бросили все тех же кошек. На полях мировой войны развернулось невиданное, но не менее кровопролитное сражение: немецкие коты стали уничтожать русских мышей. Однако русские не сдались, и на борьбу с котами было решено бросить собак…

К сожалению, в Интернете не сообщалось, чем закончилась эта неординарная военная операция. Может быть, потом в ход пошли тигры, крокодилы и слоны. Как бы то ни было, история Второй мировой повернулась для меня неожиданной стороной.

Все это я посмотрела, пока Аленка молола кофе. Она заглянула в комнату и, увидев мою потрясенную физиономию, сказала только одну фразу:

– Пятьсот баксов, Вася…

Слаб человек. Найти пятьсот баксов у кошки под хвостом – идея заманчивая. Но, как известно, жадность губит не только фраеров, но и шпионов. Поэтому я решила заранее узнать, стоит ли опасная игра свеч. Заглянула в комп и ужаснулась – госизмена «в форме шпионажа» предусматривала минимальный срок наказания в виде двенадцати лет лишения свободы, а максимальный – двадцати лет. А совсем недавно – высшую меру! Да-а… Пришла беда, откуда не ждали. И принял он смерть от кота своего…

Алена снова показалась на пороге.

– Но ведь пятьсот баксов, Вася… – заманивала она меня в свои сомнительные делишки.

Я снова села за комп. «А в чем, собственно, преступление?» – накачивала я себя. Родине изменять не собираюсь. Ну, подумаешь, кошка зайдет в какой-то офис. Тоже мне, уголовщина! Почему частные детективы могут безнаказанно подглядывать и подслушивать? Но тут прочитала, что «внедрение агента – на предприятие с заданием получить доступ к информации или продукции», а также «хищение информации с помощью незаконного использования технических средств» относится к «промышленному шпионажу». Потом нашла перечень специального оборудования для шпионов: бинокли для «чтения губ», аппараты для записи голоса, электромагнитные детекторы, акустические аппараты для прослушивания стетоскопом, оптические волокна… И многие другие механизмы «джеймсов бондов».

– Пятьсот баксов! – крикнула из кухни Аленка.

Запахло жареным… Пока что кофе. «А мы и не шпионим… – сдалась я. – Зачем нам чужая информация? Но, между прочим, именно наш кот спас от рейдеров честного предпринимателя. Какой же он шпион? «Не шпион он вовсе, а… – осенило меня, – странствующий рыцарь Ланселот. Защитник униженных и оскорбленных – уполномоченный по правам человека, а не кот».

Неожиданная мысль о высокой и благородной кошачьей миссии окончательно примирила меня с Аленкиной идеей. И вообще, чего я парюсь! Кошки – животные неподсудные. Пусть правоохранительные органы лучше работают, тогда и в котах-омбудсменах нужда отпадет.

– Согласна! – решительно сказала я.

Аленка в награду поставила передо мной чашку бесподобного кофе с корицей и шоколадом.

– Только давай так, – предупредила я, – кошек сдаем в аренду не больше, чем на три дня. Клиент обязуется их не мучить и сообщить, с какой целью берет. А уж там решим, кому помогать, а кому нет. И никакого промышленного шпионажа. Слышишь? Я разведывательную школу для котов открывать не собираюсь. В нашу рекламу добавь строчку: «В особых случаях предоставляем котов для конфиденциальных поручений».

– Идет! – обрадовалась Аленка.

Так мы расширили свою сферу деятельности.