Мир вашему дурдому! - Татьяна Луганцева

– Ах ты, тварь! На! На! На! Получи! Я сейчас выбью из тебя всю спесь! Лазутчик! Ты мне всё расскажешь, пока Ольга сюда едет! – И снова посыпались удары.

Муза замерла в коридоре, прижавшись спиной к стене.

«Господи! Что это? Григория Георгиевича избивают, словно в гестапо!» – поняла Муза.

– Говори, что вынюхивал! Ты мент? Полицейский?

– Я клиент клуба знакомств, – с трудом ответил Григорий Георгиевич.

– Врешь! С таким профессиональным оборудованием? Ты кто? Говори, сволочь! – злобно крикнул мужик, и снова донеслись жуткие звуки избиения.

Григорий Георгиевич терпел, лишь изредка издавая стоны.

«Что же делать? Они же убьют его! Надо что-то предпринимать!» – запаниковала Муза.

Словно услышав ее мысли, послышался другой мужской голос:

– Да прекрати ты! Он уже кровью захлебывается! Ты так ничего у него не узнаешь, а Ольга тебя по головке не погладит. Ей надо точно знать, откуда он взялся и что делал. А ты, идиот, забил его до потери сознания. Что мы теперь ей скажем?

– Очухается еще, – хмуро просипел злой голос.

– Вот и не трогай до Ольги! Иначе и нам несдобровать!

– Так всё равно прикажет уничтожить.

– Когда прикажет – другое дело! А сейчас оставь его в покое! Хоть бы в себя пришел!

Муза поспешила назад к кухне. К ней тут же подошла женщина-повар и задала вопрос, которого Муза боялась:

– Что вы тут делаете?

– Скоро здесь будет полиция, многих арестуют, – ответила Муза. – Вы будете единственной, кому скажут спасибо, если вы мне поможете.

– С чего вы взяли? Какая полиция?

– Помогите мне, пожалуйста, – попросила Муза.

– А вы кто?

– Я?.. Я попала сюда случайно, но узнала такое…

Женщина схватила ее за руку:

– Тихо! Молчите! – И потащила ее в сторону, чтобы их не заметили. – Ну, что случилось? – спросила она, давая понять, что дело сдвинулось с мертвой точки.

– Просто подыграйте мне! – так же умоляюще попросила Муза.

Тут в коридоре показались двое мужчин. Они сразу же заметили Музу и направились к ней.

– Вы, девушка, что тут делаете? – грубо спросил один из них.

Муза повернулась к ним с пьяной улыбкой, по крайней мере, она думала, что изобразила опьянение очень натурально.

– Ой… ребята! – Она даже пошатнулась и ухватилась рукой за стенку. – А я вот иду… – Муза глупо хихикнула. – В туалет. А мне говорят, что это кухня. Зачем кухня? Мне кухня не нужна. Ничего не пойму. Где я?

Мужчины с подозрением посмотрели на нее, а Муза глупо хихикала и пыталась ухватить их за руки.

– Сама откуда? – спросил один.

– Я? Так это… пришла за стрелой Купидона. Я с этим, как его? С брачным агентством! – пыталась она держаться то за них, то за стенку, и у нее это плохо получалось.

– Да пьяная зашла, я провожу! – не выдержала повариха. – Полчаса меня мучит вопросом, где туалет.

– Ладно! – махнул рукой тот, что пониже ростом. – Отведи, куда просится. – Мужчины двинулись дальше по коридору, обсуждая на ходу: – Что с бабы взять? Алкоголичка! Ей лечиться надо, а не мужа искать!

– Вы меня подставляете! – дернула Музу за руку женщина. – Это не очень хорошие люди!

– Извините, как вас зовут?

– Олеся.

– Олесечка, вы должны мне помочь! – снова затряслась Муза.

– Ничего я вам не должна.

– Милая, умоляю! От вас жизнь человека зависит.

– Господи! Какого человека? – оторопела Олеся. – С чего вы взяли?

– Сама слышала, как его избивают в подвале. До смерти бьют. Прикончат же!

– Может, вызвать полицию? Я не хочу связываться с этими головорезами. Как клуб знакомств гуляет – жди неприятностей. Сплошные бандитские рожи, – поежилась Олеся.

– Пойдемте со мной, – потянула за собой женщину Муза.

Олеся пошла, но с неохотой.

– Я боюсь! Лучше позвонить в полицию.

– Они ушли и бросили его одного, там больше никого нет. Нам просто надо помочь ему выбраться отсюда, а позвонить – обязательно позвоним… – Муза побежала по коридору, пытаясь отыскать нужную дверь, ведущую в подвал. – Где же это? Темнота – глаз коли, хоть бы лампочку какую-нибудь вкрутили… А-а! Вот! Я стояла здесь! А из-за той двери раздавались ужасающие звуки избиения.

Олеся подошла к двери и подергала ее.

– Закрыто, – обернулась она к Музе, а в глазах читалось только желание уйти отсюда подобру-поздорову.

– Конечно, закрыто. Они же его фактически в плен взяли! Григорий Георгиевич! Григорий Георгиевич, отзовитесь! Вы здесь? – стала ломиться в дверь Муза.

– Не шумите! Нас заметят! – оглянулась Олеся. – Да нет там никого!

– Как нет? Он там! Я слышала! Наверное, они убили его, господи! Или Григорий Георгиевич без сознания! Точно! Что делать? Как нам открыть дверь? – запаниковала Муза.

– Откуда я знаю? – пожала плечами Олеся. – Вы думаете, что я хожу с ключами? Я повариха! А это – не наши помещения! Здесь арендаторов – тьма! Захламили всё! Я не знаю, у кого могут быть ключи, и спрашивать об этом не хочу. Можно я уйду отсюда? Что называется, от греха подальше. От вас пахнет спиртным.

– Я выпила вина! Но я не пьяная! Правда! Там мой знакомый! Надо же что-то делать! Бандиты ушли и вернутся со своим главарем. У нас есть время помочь несчастному! – настаивала Муза.

– А кто главарь? – спросила Олеся.

– Руководительница, то есть директриса брачного агентства, – пояснила Муза.

– Я, кажется, видела ее. Такая энергичная дама с короткой стрижкой и презрительным отношением ко всем особам женского пола? – уточнила Олеся.

– Именно, вы хорошо ее охарактеризовали, так и есть…

– Ладно, стойте здесь. Я попробую найти и привести сюда Валеру, – решилась повариха.

– Кто у нас Валера?

– Кухонный рабочий. У него весьма темное прошлое, зато руки золотые. Если на кухне что-то ломается, в том числе дверной замок, он в момент починит, – пояснила Олеся.

– Так бегите скорей! Валеру сюда!

– А вас как зовут? – спросила женщина-повар.

– Муза.

– Чья? Что? – спросила Олеся.

– Это мое имя, – уже привыкла к такой реакции людей Муза.

– Надо же! Ну и брачное агентство. У вас там у всех клички? Диана? Анжелика – маркиза ангелов? – удивилась Олеся.

– Муза – так меня папа назвал. Олеся, мы теряем время! – напомнила Муза.

И Олеся удалилась, повторяя про себя: «Валера, Валера… только бы он на ногах стоял».