Роковое золото Колчака - Анна Князева

– Ну что вы! Я думала совсем не об этом.

– А о чем?

– Если честно… – Она чуть замешкалась. – Вы не выглядите на свой возраст.

Выехав за территорию санатория, Юдин свернул на дорогу в Слюдянку.

– И кто же вам успел сообщить, что я такой старый? – спросил он после продолжительной паузы.

– Иван Ильич Мохначев. Он сказал, что вы с ним ровесники и немного знакомы.

– Знакомы, чистая правда. Его здесь все знают. Но про возраст он все вам наврал.

– Неужели? – удивилась Полина.

– Точно наврал. Факт.

– Значит, вы намного моложе?

– На целую вечность.

Полина замолчала, полагая, что не стоит уточнять, сколько Юдину лет. Но он сам, улыбаясь, открылся:

– На целых три месяца. В нашем с ним возрасте это целая вечность.

За время разговора автомобиль доехал до Слюдянского порта, который выглядел скромно: всего несколько узких бетонных пирсов. Возле одного был пришвартован небольшой катерок.

– Прошу… – Юдин снова проявил себя как истинный джентльмен – распахнул дверцу и помог Полине выйти из машины. Критически оглядев ее саму и ее сумочку, он вдруг спросил: – Из теплого ничего не взяли с собой?

– Зачем? – удивилась она.

– В море ветрено. Катер пойдет на скорости. Вряд ли вам захочется все время сидеть взаперти. Впрочем, – он благодушно махнул рукой, – что-нибудь придумаем.

И вправду, как только они взошли на борт, для нее тут же нашлась ветровка. Старенькая, но чистая и с капюшоном.

– Теперь можете стоять на ветру сколько угодно, – сказал Константин Михайлович и ушел в капитанскую рубку.

Полина прошла на нос, взялась руками за поручень и сполна насладилась волнующим моментом отрыва от берега. Капитан судна завел двигатель, нос катера взбуровил зеленую воду и, набирая скорость, начал разгонять ее на две стороны. Ветер, показавшийся сначала приятным и легким, окреп, стал хлестать по лицу и трепать волосы. Пришлось натянуть на голову капюшон и достать из сумки солнцезащитные очки, которые, вопреки своему назначению, смогли уберечь глаза от сильного ветра.

– Ну как? – К ней подошел Юдин.

– Здорово! – прокричала она против ветра.

– До места недалеко. По прямой – тридцать пять километров, час пути.

– Батискафы уже плавают?

– Погружаются, – уточнил Константин Михайлович. – Там стоит баржа, на которой базируются два батискафа. Баржу притащил корабль. Его называют буксиром.

– Вы уже там побывали?

– Погружения проходят в акватории Слюдянского района. Я обязан время от времени к ним наведываться.

– Хорошая у вас работа.

– А я завидую Вадиму Егоровичу.

– Кому-кому? – поинтересовалась она.

– Карелину, директору вашего санатория.

– Ах да! У меня плохая память на имена.

– Прекрасная у него работа… – продолжил майор. – Целый день среди хорошеньких женщин и счастливых пенсионеров.

– Пенсионеров там значительно больше, – улыбнулась Полина.

– И все-таки – не жизнь, а настоящая сказка! Уйду в отставку, найду себе что-то похожее. Он же нашел.

– Карелин тоже был полицейским?

– Когда-то я служил под его началом. Между прочим, герой-человек. Имеет несколько орденов.

– Воевал?

– И это было в его жизни. Только иногда и в мирное время приходится рисковать жизнью.

– И он рисковал?

– Еще как! – Юдин склонился к ее уху, чтобы ветер не заглушал его голоса. – Лет десять назад свихнувшийся от водки мужик взял заложников: соседку и ее внучку, девочку лет восьми. Сутки продержал на прицеле, требовал денег и вертолет. Карелин один зашел в дом и собственноручно свернул ему шею.

– Убил? – обескураженно спросила Полина.

– А что еще прикажете делать с таким отморозком?

– Если сумасшедший – лечить.

– Идемте в рубку, здесь очень ветрено.

– Идите, я постою.

Белоснежную баржу с желтой стрелой подъемного крана она заметила издали, но расстояние на воде очень обманчиво – катер шел до нее еще минут двадцать. Рядом с баржей стоял буксир и барражировала надувная лодка с мотором.

Катер пришвартовался к борту, им спустили вертикальную лестницу. Полина пожалела, что приехала в платье, но Юдин поднялся первым.

На палубе их поджидала группа людей в синих комбинезонах. Они по очереди пожали руку Константину Михайловичу и представились ей. Волнуясь, Полина запомнила только одну фамилию – Иванов, и, кажется, этот человек был самым главным.

Один из батискафов уже находился в воде. На поверхности виднелась только его красная крыша. Второй, похожий на маленький вертолет, стоял на палубе баржи.

– Хотите посмотреть аппарат изнутри? – спросил Иванов.

– А можно? – заинтересовалась она.

– Если хотите, можете сходить в погружение.

– Это – нет, – категорически отказалась Полина. – Туда, где глубже полутора метров, я ни ногой.

– Здесь существенно больше.

– Сколько?

– Семьсот.

Услышав это, Полина инстинктивно ухватилась за поручень. В батискаф лезть она отказалась, как будто побоялась, что ее насильно засунут в нем под воду. Однако не преминула заглянуть внутрь сквозь небольшие иллюминаторы.

В батискаф влезли двое мужчин. Его подцепили стрелой подъемного крана и со всеми предосторожностями спустили на поверхность воды.

– Сейчас они будут погружаться на максимальную глубину, – к ней снова подошел Иванов.

– Семьсот метров? – Полина изменилась в лице. Тысячу раз она видела по телевизору подобные сюжеты, но то, что происходило сейчас, на ее глазах, в ее присутствии, тронуло до самых печенок.

– Это как пойдет… – сказал Иванов. – Если хотите, можем пройти к мониторам.

– И будем видеть то же, что и они?

– Да. Но самое интересное будет на дне, а до него нам придется подождать.

– Долго?

Он снова ввернул свою осторожную фразу:

– Это как пойдет.

Полина была готова ждать сколько угодно. Ее охватил зуд естествоиспытателя, пусть даже по другую сторону монитора.

Ждать пришлось долго. Наконец на экране появилась гора камней. К камням потянулась железная лапа.

– Что это? – спросила Полина.

Человек у монитора ответил:

– Манипулятор. Рука подводного аппарата, которой управляет командир батискафа.