Москва не принимает - Наталья Андреева

«Ах да… Мануковы сидели за столом вдвоем. Я помню. Я еще хотел спросить у Наденьки, что случилось с мамой? Но Саша меня отвлекла. По-моему, Элина нервничала. А Тема, кажется, радовался».

– После ужина я решила ее проведать. Поднялась на четвертый этаж и постучала в дверь. Крикнула: «Людмила, как вы?» Но у нее уже не было сил встать и открыть мне дверь. Я хотела было уйти, не ломиться же в чужой номер, но тут пришла ее дочка. Очень милая девушка. И имя у нее замечательное: Надежда. Она открыла дверь своим ключом. И вот тут я по-настоящему испугалась. Людмила еле шевелила губами. Сказала, что понос теперь с кровью. Я взяла ее руку и увидела, что пульс сильно учащен. Налицо тахикардия. А еще появились зрительные эффекты: она щурилась, чтобы нас разглядеть. И тут вошел ее муж. Я крикнула: «Срочно звоните в «Скорую»!» Он страшно побледнел и схватил мобильный телефон. В кому она впала при мне. А умерла по приезде врача.

– А от чего она умерла?

– Как от чего? – удивилась дама. – Остановка сердца! Я еще подумала, что такой эффект обычно дают сердечные гликозиды.

– Сердечные… что?

– Ну, гликозиды. Лекарства, которые пьют сердечники. Она вполне могла умереть от передозировки.

– Надо узнать, есть ли среди Мануковых и Катыковых сердечники? – пробормотал Алексей.

– Простите, что вы сказали?

– Я говорю, что теперь поверил: вы врач. Вы нарисовали такую полную и красочную клиническую картину болезни, что я словно увидел все своими глазами.

– Да, но я ведь не смогла ей помочь! Значит, я плохой врач, – горько сказала дама.

«Я тоже не сумел ей помочь, – подумал Алексей. – Значит, я плохой полицейский. Мы оба лоханулись».

– Не переживайте так. Вы же отдыхать приехали, а не работать, – мягко сказал он. – И судя по вашим словам, вы сделали все, что могли.

– Да не все, – с досадой сказала дама. – Не надо было от нее отходить, пока не увидела, что ей стало лучше. И самой позвонить в «Скорую». Это надо было сделать еще днем. Но, с другой стороны, почему они-то не позвонили в страховую компанию? Ее родственники? Не хотели портить отдых? Наши ведь все время боятся, что их отвезут в инфекционную больницу, а оттуда так просто не выберешься. Ее бы и в самом деле отвезли в инфекционку. Диарея ведь. И рвота. Очень похоже на инфекцию. Но лично я уверена, что это не инфекция, а именно отравление. Потому что больше никто не заразился. Странно, почему отель взял вину на себя? – пожала плечами дама. – Ее ведь даже не было за ужином!

– Она могла что-то выпить и съесть в баре.

– Точно! Или проглотить отраву за обедом. Ой, на обед она тоже не ходила! В конце концов, это могли быть последствия вчерашнего ужина!

– А такое возможно?

– Конечно! С момента отравления до явных его проявлений, таких как рвота и диарея, обычно проходит несколько часов. Все зависит от человека. У некоторых симптомы могут появиться уже через час, а другие спокойно проспят ночь и только наутро почувствуют себя плохо. Индивидуальные особенности организма, ведь все мы разные, – дама развела руками.

«Осталось узнать, не сидела ли Людмила в баре в свою последнюю в жизни ночь? За ужином она была, это я помню точно. Ах да! Сидела! С Катыковым, он же мне сам сказал! Вот ведь задачка!»

– Как же мне решить эту проблему? – услышал Алексей и невольно вздрогнул:

– Простите?

– Ну, с курением. Сутки без сигарет я не выдержу.

– Куда вы денетесь, – он рассеянно улыбнулся.

– У вас опять такое задумчивое лицо, – улыбнулась дама.

– Беспокоюсь за дочку. Ребенок ведь. Сколько еще нам здесь торчать? – отговорился Алексей.

– Вы купили еды? Смотрите, все сэндвичи разберут, а вам не достанется!

– Точно! Побежал в кафе!

– Еще увидимся!

Ругая себя последними словами, Алексей понесся к барной стойке, к которой выстроилась огромная очередь. В основном это были русские. Поняв, что в аэропорту им придется просидеть не один час, все спешили запастись едой. Выпивка тоже расходилась бойко. Итальянцы торговали в зоне вылета местным вином, кстати, весьма недурным, и пивом. Но кто хотел, мог купить в дьюти-фри и крепкие спиртные напитки.

«О проблемах чужих мне людей я думаю непрерывно! Только этим и занят! Нет чтобы о своей семье позаботиться! Там дети голодные сидят, а я пекусь о Мануковых и Катыковых! Права Саша. Надо перед ней извиниться».

Леонидов встал в очередь. Итальянцы работали шустро. Оно и понятно: деньги сегодня лились к ним рекой. Ведь в аэропорту задержались русские.