Мавр сделал свое дело - Татьяна Полякова

Дыхание у меня перехватило. Я вся взмокла и с ужасом поняла,что не смогу и шага сделать. Я смотрела на его спину и думала, как бесчеловечнонесправедлива ко мне жизнь, и сердце ныло и готово было разорваться от горя иглупой жалости к себе. Как будто мой возлюбленный, чья любовь мне дороже жизни,изменял мне на моих глазах. Если учесть, что мужчину я видела впервые, да и толишь спину, вы поймете, какое сумасшествие охватило меня в ту ночь.

К счастью, боль была столь острой, что привела меня вчувство. Я попятилась, а потом побежала, что называется, не разбирая дороги, тоесть не соображая, куда и зачем. Наконец я замедлила бег и огляделась. Бежала явдоль озера и потому быстро сориентировалась. Вон там под деревьями стоитмашина. А вот и дорога. Она петляла вдоль берега. Ища уединения, хозяева джипасъехали с нее и углубились в лес. При мысли о джипе, точнее о его хозяине, язажмурилась и настоятельно посоветовала себе выбросить происшествие из головы иуж точно никогда и никому, даже Таньке, о нем не рассказывать, дабы не умеретьсо стыда.

— Ужас, — пробормотала я себе в оправдание, в томсмысле, что в таком чертовом месте с бедной девушкой может приключиться все,что угодно.

Однако волнение, которое теперь я называла безобразным, непроходило. Хуже того, меня начало слегка трясти, а потом мне захотелось реветь,что уж вовсе никуда не годилось. Так как и Ирина, и карлик, и прочие в этомдоме меня волновать перестали, точно по мановению волшебной палочки, я решила:лучшее, что могу сделать для себя, то искупаться. Вода всегда благотворнодействовала на мою нервную систему, авось и в этот раз не подведет. Осознавать,что ты относишься к разряду тех людей, что испытывают сексуальное влечение,подглядывая за чужой любовью, мне упорно не хотелось. Эдак начнешь эротикусмотреть, журнальчики листать… Я поморщилась, ибо такие занятия считаласовершенно недостойными.

Берег озера здесь был покатый, скрытый зарослями кустов, втрех шагах виднелся спуск к воде. Лужайка выглядела так, точно кто-тоспециально для меня ее подготовил. От дороги довольно далеко, вряд ли ктопоявится оттуда неожиданно, и до машины не близко. Впрочем, ее хозяева такзаняты друг другом, что, даже если увидят меня, интереса не проявят.

Я быстро разделась и полезла в воду. Я ожидала, что онабудет холодной, но вода оказалась теплой, точно на море в разгар сезона. Яначала беспричинно улыбаться, зашла по грудь и поплыла. Это было сказкой. Ялегла на спину, раскинув руки, смотрела в темное небо с россыпью звезд идумала: это и есть счастье. От такого открытия захотелось смеяться. Я в самомделе засмеялась, а потом принялась дурачиться, ныряла, плескалась, падала наспину и замирала, представляя себя то дельфином, то неведомым морскимчудовищем. Не знаю, как долго это продолжалось, я выбилась из сил и, несмотряна то, что вода была теплая, успела озябнуть. Выбралась на берег и поспешнооделась. Мысли о карлике и его загадках окончательно меня оставили, но тутявилась другая проблема: как я вернусь домой? Возможно, существовала еще дорогак дому, не только та, по которой я попала сюда, но мне об этом ничего неизвестно. Идти вновь мимо машины мне не хотелось, а плутать в темноте по лесузанятие глупое и бесперспективное, так что выбора, пожалуй, нет. «Надеюсь, ониуже уехали», — подумала я. Сердце вновь учащенно забилось. Это вызвалораздражение. Что это такое, в конце концов? А если парочка все еще там? Постараюсьпрошмыгнуть незаметно.

Нервничая все больше, я отправилась вдоль озера в обратномнаправлении. Худшие мои предчувствия оправдались, машина стояла под деревьями.Мотор работал, водительская дверь открыта, мужчина сидел за рулем, а женщинастояла метрах в пяти от машины, ближе к озеру, должно быть, она только чтоискупалась. Волосы ее были мокрыми, она натянула платье, повернулась. Я узналаМарию и замерла в тени кустов. Мужчина, что был с ней, нимало не походил наВиталия, хотя я и видела его лишь со спины. Значит, дамочка весело проводитвремя, пока ее супруг занят неизвестно чем.

— Боже, какая красота! — воскликнула Мария, воздевруки к небесам. — Кирилл, — позвала она любовника, — ты тольковзгляни…

— Дорогая, — ответил он. — Минуту назад тыутверждала, что тебе надо быть дома. — Голос его звучал хрипловато и вновьвызвал у меня незапланированное волнение.

— Ты абсолютно лишен романтики, — хихикнула Мария,потянулась, как кошка, и села в машину.

Джип плавно тронулся с места. Я посмотрела на номер, хотязачем мне этот номер, скажите на милость? Но в ту ночь все было странно илишено логики.

Они уехали, а я выбралась на тропинку и поспешно зашагала кдому. Мысли, одна другой глупее, лезли в голову. То я пыталась представить еголицо, то прикидывала, кем он может быть, живет ли в одном из домов Озерной илиприехал специально из города? Обратный путь показался мне очень коротким, домвозник как-то вдруг. В своей комнате я оставила свет включенным, а окнооткрытым. Подумала, что дверь, скорее всего, заперта, а отвечать на вопросы,где меня носит по ночам, не хотелось, так же как и доставлять беспокойствохозяйке, поэтому в комнату я вернулась тем же путем, то есть через окно.

На подоконнике лежала роза. Я улыбнулась, вспомнивЛеопольда, наверное, цветок оставил он. В комнате я нашла вазу и отправилась вванную. Приняв душ и пристроив розу в вазу с водой, я легла спать, оставив окнооткрытым. Однако вскоре передумала. Ночевать ранее в чужом доме, битком набитомтайнами, мне не приходилось, поэтому окно лучше держать закрытым. Мысли обоборотнях ночью откровенно пугают.

Только я начала засыпать, как услышала тихий стук, стучали вокно и как-то нерешительно. Я вскочила с кровати и отдернула занавеску. Заокном все та же фантастическая луна и никакого намека на живое существо. Явновь подумала о Леопольде и открыла окно, легла на подоконник, но маленькогочеловечка нигде не было. «Показалось», — решила я, выждала минуту изакрыла окно. Вернулась в постель, прислушиваясь к звукам. В доме царилатишина. Лишь где-то скрипнула дверь, но и в этом я не была уверена. За окномтоже тишина, наверное, мне все-таки показалось, что кто-то стучал по стеклу. Яперевернулась на правый бок, прочла молитву, которой давным-давно меня научилабабушка, и почти сразу уснула.

Сон, приснившийся под утро, иначе как издевательским неназовешь. Мне снилось, что в мою комнату, залитую лунным светом, вошел мужчина.В джинсах, босиком и с обнаженной грудью. Темные волосы, а лицо.., лицо яупорно не могла увидеть. Он как-то хитро уходил от моего взгляда. Однако язнала, что он улыбается. Хотела спросить, что ему здесь надо, но не стала:глупости спрашивать ни к чему.

— Привет, — хрипло сказал он, садясь на моюпостель, я тоже села. Он обнял меня за плечи, привлек к себе, и тут я увидела,что лица у него нет вовсе. Зато из темных волос чуть выше ушей торчат самыенастоящие рога… Я завизжала и проснулась.