Чертова дюжина грехов - Светлана Алешина

– Хорошо, я буду ждать вас у входа. Увидимся.

– До встречи, – сказал Эд и отключился.

Сорок минут, согласитесь, это не два часа. Прошли они почти незаметно, и в назначенное время я выпорхнула из дверей телецентра. Надо полагать, что приедут они на синей спортивной «Ауди». Ну, так и есть. Вот и они. Я увидела синюю «Ауди» Мити. Они остановились неподалеку, и я подошла к машине. Мне навстречу уже вышел Эд, а Митя только помахал из тачки и, кивнув Эду, уехал.

– Ну, привет, Ира, – улыбнулся Эд.

Он был в длинном черном кашемировом пальто и черном же костюме, и траур так шел ему, что даже сердце у меня невольно забилось сильнее. Редко можно встретить таких мужчин… Я с некоторым удивлением посмотрела на Эда. Кажется, только сейчас я разглядела в нем мужчину, а не просто милого, до невозможности обаятельного мальчика и опять, как и при первой нашей встрече, подумала, а только ли деловые отношения связывали его с Марианной?

– Что? – мягко спросил Эд, глядя в мое задумчивое лицо. – Что-нибудь не так?

– Да нет, все нормально, – я смущенно улыбнулась. – Ну что, куда пойдем?

– Не знаю, – скорчил он милую гримаску. – Я в вашем городе, как ты понимаешь, очень плохо ориентируюсь. Поэтому давай, выбирай сама.

– В таком случае, может, прогуляемся? Погода, по-моему, замечательная. – На улице действительно было не по-зимнему тепло и солнечно.

– O’key, – снова улыбнулся Эд. – Куда, в какую сторону пойдем? Кстати, ты знаешь, за нами следят.

– Кто? – я тут же начала озираться по сторонам.

– Ну… Пойдем, по дороге расскажу, – он легко взял меня под локоток, затем, стоило нам пройти пару шагов, тут же отпустил. Вот что значит американец. – Вчера появились люди из ваших спецслужб. Даже завещание при них читали, они не захотели выполнить, – он вздохнул, – последнюю волю Марианны.

Я посмотрела удивленно, мол, ничего-то я про завещание не знаю, хотя и сообразила, что речь, по всей видимости, идет о том пункте, в котором Марианна наделяет полномочиями только своего сыщика.

– Да, там был пункт, – начал пояснять мне Эд, – где Марианна говорила, что в случае ее насильственной смерти, если таковая случится, она доверяет своему сыщику, мистеру Скорту, и просит не проводить расследование на международном уровне. А эти люди, из спецслужб, не пожелали прислушаться к ее завещанию. И хотя родные тоже не стали настаивать на продолжении следствия, те все равно решили его вести, – Эд вздохнул.

Мы брели по немноголюдной улице, а следом за нами медленно двигалась серая тонированная «девятка».

* * *

– Послушай, Эд, – спросила я, – а что, Марианна так опасалась этого Жреца Смерти, если наняла сыщика?

Эд посмотрел на меня удивленно, его взгляд как бы напоминал, что наш разговор не должен касаться смерти Марианны. Но я выдержала этот взгляд. А Эд, немного помолчав, ответил:

– Да, и она, и мы все его опасались. Посуди сама, Ира, какой-то ненормальный пишет письма с угрозами, отправляет их по почте, а после этого владельцы этой пластины все плохо кончают. Правда, так плохо, как Марианна…

– Ну, а ты сам? – не выдержала я. – Ты сам-то кого-нибудь подозреваешь?

– Я? – Эд прищурился. – Я подозреваю и очень серьезно. Правда, не могу понять, как ему это удалось?

– И кого? – я даже остановилась.

– Кого? – Эд едва заметно пожал плечами. – Конечно, того, кто подписывался Жрецом Смерти.

– Ну, это я понимаю, – нетерпеливо тряхнула я головой. – А кто прячется под этим именем? Ты сам-то как думаешь?

– Ира, – Эд остановился и посмотрел на меня долгим серьезным взглядом. – Помнишь, ты обещала, что не станешь говорить о ее смерти.

– Помню, – со вздохом произнесла я.

– Вот и давай поговорим не о мертвой Марианне, а о живой.

Я пристально посмотрела ему в глаза. Нет, по нему не скажешь, что он убит горем. Или просто очень хорошо держится? А может, она вовсе не была ему так близка, как мне показалось?

– Ты извини, – произнесла наконец я. – Но я там была, и мне, как и любому свидетелю, очень хочется узнать, кто же убийца. – Эд чуть заметно вздрогнул и даже побледнел. Я это заметила. – Согласна, – продолжила я, – это интерес праздный, но что поделать. Я тоже под подозрением, и поэтому мне кажется, что, раз уж мы там оказались вместе, нам не следует ничего друг от друга скрывать…

– Ты думаешь, я что-то скрываю от тебя? – спросил Эд.

– Да, – честно призналась я.

Мы прошли еще немного.

– Конечно, – подал он вновь голос, – я все равно не смогу рассказать тебе всего. Но поверь, что в главном я ничего от тебя не скрываю. Да, мы все под подозрением, но я – больше других. Ведь я последним видел Марианну живой. И потом, не я ли утверждал, что мы со Скортом приняли все меры безопасности. Таким образом я как бы заявлял, что беру ответственность за ее жизнь на себя. И потом, меня даже спросили: уж не затем ли я брал на себя такую ответственность, чтобы заранее снять с себя подозрение?

– Неужели? – спросила я. – А ты почему это делал?

– Знаешь, – он повернулся ко мне, – почему я не хотел, чтобы мы говорили о ее смерти?

– Почему?

– Потому что я боялся именно такого поворота. Того, что и ты начнешь меня допрашивать. А я и так уже столько показаний дал, что… – он резко отвернулся и досадливо махнул рукой. – Мне казалось, что Марианна живая тебе интереснее, чем ее смерть…

Мне стало стыдно и жаль его. Теперь по нему было заметно, что ее смерть действительно его потрясла. И потом, ведь ему и в самом деле сейчас несладко. Его и так подозревают, впрочем, как нас всех, но у него здесь нет ровным счетом никого, кто просто мог бы поддержать его, по-дружески. В конце концов я-то знала, что он не мог ее убить, действительно, не мог, ведь он был со мной в приемной. Уж если кого из окружения и подозревать, так только этнографа… Впрочем, я уже знала, что со склона было бы невозможно попасть в Марианну. Значит, племянника?.. Но как он-то мог попасть? Выходило, что подозревать можно было только тех, кто умел или хотя бы учился летать на дельтаплане. И кто, кроме всего прочего, летал в тот день. Вот и все. А Эд тут совершенно ни при чем.

– Эд, – мягко сказала я. – Ты меня еще раз извини. – Он коротко кивнул. – Знаешь, – продолжила я, – мне вчера сообщили, что стрелу выпустили практически под прямым углом. Как ты думаешь, это что-нибудь значит?

Эд нахмурился и бросил на меня недовольный взгляд.

– Эд, – снова начала я, – я просто хотела сказать, что тебя ничуть не подозреваю. Ты же был со мной все время. Я хочу сказать, что моему приятелю, журналисту, он, кажется, был у вас, его зовут Валера Гурьев? Так вот ему в голову пришла великолепная догадка. Он еще раньше, до того, как эксперты установили это со стрелой, решил, что какое-то участие в произошедшем могли принять дельтапланеристы. По крайней мере, Валера решил сам убедиться, можно ли, пролетая мимо дома Марианны, попасть в окно, точнее, в человека внутри.