На шее у русского принца - Мария Жукова-Гладкова

Двое приехавших милиционеров явно с трудом сдерживали смех.

– Ты, шалава английская, с меня деньги хочешь получить? А вот это не хочешь?

Баба продемонстрировала мне фигу. Маникюр отсутствовал.

– Вы видите и слышите, как меня встречают в вашей стране?

Один из молодых полицейских вызвал по рации подкрепление, потом сообщил мое имя.

– Да… – говорил он, поглядывая на меня. – Ага.

– Госпожа Кэмпбелл, а как вы здесь оказались? – спросил один из полицейских.

– Да какая она госпожа? – заорала баба. – Шалава она и есть шалава, несмотря на национальность. Моего мужика хотела увести, дрянь английская. Нет у них своих нормальных, так они на наших зарятся. Их мужики наших девок увозят, теперь вон ихние бабы понаехали за нашими мужиками.

– Так, а что же ваш муж не живет с вами в городской квартире, а круглогодично обитает на даче? – спросил один из полицейских.

И представители органов принялись за бабу. Я так и стояла в дверном проеме. Художник не просыпался.

Подкрепление подъехало довольно быстро, возглавляемое мужчиной лет тридцати пяти с майорскими погонами. Он представился мне по всей форме, а его коллеги тем временем загрузили бабу с девочкой в одну из машин и увезли. У меня спросили, можно ли пройти в дом.

– Это не мой дом, и я не знаю, имею ли право кого-либо туда пускать…

– А как вы сами здесь оказались? – спросил меня полицейский начальник.

Я честно сказала, что не знаю. Я придерживалась задуманной версии – вышли погулять с Таисией, какой-то мужчина схватил и ее, и меня за шкирки – и вот я здесь. Я сказала, что после пробуждения меня мучила невероятная жажда.

– Наверное, газом усыпляли, – высказал версию один из полицейских.

– У вас что-нибудь пропало? – спросил меня полицейский начальник.

– Нет. Выходя на прогулку, мы не брали ни документов, ни мобильных телефонов. Все должно быть в квартире.

Мне сказали, что потребуется составить протокол, меня отвезли в отделение, откуда я позвонила Константину, чей номер помнила наизусть. Услышав меня, продюсер лишился дара речи. Я пояснила, где пробудилась, потом трубку взял полицейский начальник.

С протоколами закончили довольно быстро. Русские полицейские выглядели очень довольными. Ведь у них, наверное, считается, что они нашли пропавшую иностранку и даже выкуп за меня никому не пришлось платить!

Потом меня попросили написать заявление на бывшую жену художника. Оказалось, что художника в поселке очень хорошо знают и жалеют. Баба выгнала его из квартиры (хотя он в ней родился, а она приехала из какого-то Задрищенска) и теперь регулярно наведывается к бывшему супругу «за алиментами», пытаясь не пропустить продажу картин.

Я сказала, что мне понравились его картины и они вполне могли бы успешно продаваться в Европе.

– Так, может, организуете ему выставку?

– Я? Выставку? Я не имею никакого отношения к этому миру. Хотя если вдруг найду каких-то людей, заинтересованных в покупке подобных произведений искусства, то сообщу об этом.

Потом приехал Константин, внимательно меня оглядел, о чем-то поговорил с полицейскими и меня забрал. Я попросила отвезти меня к художнику, чтобы взять его координаты и вообще познакомиться лично.

– Вы, Барбара, провели с мужчиной ночь в одной постели и не познакомились? – усмехнулся Константин и тут же стал серьезным: – Что вы помните?

Я повторила версию, представленную полиции.

– Зачем вас с Таисией понесло гулять?! Вы разве не понимаете, Барбара, что это опасно? Лично для вас? Вас в любой момент могут выкрасть!

– Кто? Кому я нужна? Кстати, американка по имени Барбара, которая жила в гостинице, где работает ваша сестра, нашлась?

– Нет, – ответил Константин. – Ее ищет наша полиция. Все ее вещи остались в номере.

– Она жила в том же номере, что и я?

– В соседнем. И я не знаю, кого на самом деле хотели выкрасть – ее или вас. И никто не знает. И ваш Леня так и исчез с концами!

– Американка из богатой семьи?

– Весьма состоятельная дама. Но не из миллионеров. В Петербург уже прилетела ее сестра. Разрабатываются две версии. Или ее выкрали, потому что хотели выкрасть именно ее. Или перепутали с вами. После вашего исчезновения вторая стала основной. Кому вы так нужны?

– Я не знаю. Кстати, вы ничего не выяснили про Леонида Глазунова?

– У вас был год, чтобы выяснить, чем он занимается в Англии! А у меня сколько времени? И где я сейчас нахожусь?

– Но хоть что-нибудь?

– Вам будет неприятно это услышать.

– Говорите. Переживу.

– Он имел дело с дамами значительно старше себя…

– Работал альфонсом, что ли?

– В некотором роде.

– Что значит «в некотором роде»? Он спал с этими женщинами за деньги?

– Да.

Я пожала плечами.

– С вами, как я понимаю, он за деньги не спал?

– Наоборот, он меня содержал. Но я старше его. Может, он просто любит дам постарше? Он рано лишился матери… Кто-то ищет женщину-дочь, кто-то – женщину-друга, а кто-то – женщину-мать. Вы этим никого не удивите.

Константин вздохнул.

– Барбара, у Леонида Глазунова имелись в отношении вас какие-то конкретные планы. Может, с очень дальним прицелом. Я не знаю какие. Даже примерно. Но он – проходимец! Понимаете вы это? Он не только спал с женщинами, он еще подменивал их драгоценности! На очень качественные подделки.

Я непонимающе посмотрела на русского продюсера.

– Официальных обвинений никто не предъявлял. Все на уровне слухов. Но мне так сказали мои знакомые, проживающие в Лондоне. Возможно, дамы переживали за свою репутацию. Но слушок пошел.

– Но у меня нет драгоценностей, которые он мог бы подменить.

– Вы – баронесса. Он изначально мог решить, что у вас что-то есть за душой.

– За год он должен был понять, что это не так!

– Он каждую ночь ночевал в той квартире, где вы вместе жили?

Я покачала головой.

– Вы спрашивали, где он ночевал?

Я опять покачала головой.

– Вероятно, его очень устраивала такая сожительница, как вы. Он продолжал оказывать услуги каким-то дамам и одновременно жить с вами. Вы взяли на себя все бытовые мелочи. Вы не рылись в его вещах. Вы не задавали лишних вопросов. Вы – мечта любого мужчины. Барбара! Вы сами не понимаете, какой вы клад!

– Так почему меня никто не берет замуж? – задала я вопрос, который мне показался логичным в такой ситуации.

– А вы ищете мужа?