Золушка в шоколаде - Дарья Донцова

Плача, Валя убежала, Ирина Львовна молитвенносложила руки.

– Ия Вадимовна…

– Не начинайте песни про бесплатноелечение!

– Душенька!

– Нет и еще раз нет. Сейчас я прямикомотправлюсь к главврачу, пусть уволит всех участников «представления».

– Умоляю! Выслушайте!

– Говорите.

– Мой брат идиот…

– Похоже, доченька пошла в отца.

– Верно, но других родственников у менянет. Валя, балда, в институт не поступила, вот я и пристроила ее в медучилище,пусть стаж идет…

– А потом вновь штурмовать вуз?

– Верно.

– Как работающая по профессии она безконкурса пойдет?

– Конечно.

– Отвратительно!

– Ия Вадимовна, не губите! Я сделаю чтохотите! Любые лекарства, без рецепта! Обследование бесплатно! Только скажите!

– Откуда у вас медальон? –неожиданно задала я основной для себя вопрос.

– Какой? – прекратив истерику,удивилась Мячина.

– На вашей шее висит, золотой с камнями ибуквой «З».

– Это цифра «три», – поправила ИринаЛьвовна, – день рождения моей мамы.

– Так где вы взяли украшение?

– От родителей осталось.

– Красивая вещь. Можно посмотреть?

– Пожалуйста, – кивнула Мячина исняла цепочку.

– Антикварная штучка… – протянулая. – Сейчас таких не делают.

– Вам нравится?

– Ну… в принципе…

– Увы, не могу вам его подарить, –живо заявила врач, – это память о родных.

– Я вроде и не просила.

– А то я намеков не понимаю! – зловоскликнула Ирина Львовна. – Ясно без слов – хотите за молчание подвеску.Но это слишком! Украшение стоит не одну тысячу долларов.

– Она же вам от родителей досталась!Откуда вы про цену знаете?

– Не важно! Если желаете денег, назовитесумму, но она должна быть разумной.

Я нажала сначала на маленькие камушки, а затемна самый большой бриллиант.

– Вау! – по-детски изумиласьМячина. – Он открывается!

– А внутри гравировка: «Если смертьразлучит нас, я найду способ отыскать тебя». Неужели мамочка, от которой вамдосталось наследство, ни словом не обмолвилась о секрете? – ехидноспросила я.

Ирина Львовна молчала.

– Странно, однако, – уперлась явзглядом в сердитое лицо собеседницы. – Обычно пожилые люди обожаютрассказывать о подобных вещах.

Мячина заерзала на стуле.

– Так откуда медальон? – неотставала я.

– Мама подарила, – уже неувереннопробормотала заведующая.

– Самой не смешно?

– Это вещь семейная, – не сдаваласьМячина, – мамуля долгие годы страдала болезнью Альцгеймера, почтиполностью потеряла память, не могла сама в туалет сходить. О каком секретемедальона может идти речь? И какое ваше дело?

Я встала, оперлась руками о стол, наклониласьк лицу заведующей и четко произнесла:

– Украшение принадлежало Зое Крон.Девушка не снимала его, а потом умерла. Кстати, вследствие врачебнойоплошности. Зою похоронили вместе с этой реликвией, а теперь медальон на вашейшее. Интересное кино!

– Сейчас! Секундочку! Дайте в себяприйти!

– Откуда у вас медальон? Его опозналамать умершей.

– Я его купила!

– Уже лучше. У кого?

– За очень большие деньги.

– Меня волнует не цена, а имя продавца.

– Я очень люблю ювелирку.

– Так, так…

– В особенности антикварную.

– Пока ничего криминального.

– Могу себе позволить!

– Отлично.

– Зарабатываю честно.

– Кто продавец?

– Мне сначала показали фотографию сукрашением.

– Имя?

– Спросили у меня, хочу ли медальон.

– Фамилия?

– Я тут же согласилась.

– Отвечайте на мой вопрос!

– Василий сказал, – дудела в своюдуду Ирина Львовна, – что женщина бедствует, распродает нажитое.

– Его зовут Василий?

– Да, да.

– А фамилия?

– Понятия не имею.

– Откуда вы его знаете?

– На улице познакомились.

Мое терпение лопнуло с оглушительным треском.Наверное, сказалось нервное напряжение, которое я испытала, узнав про страшныйдиагноз Вовки. Не владея собой, я подскочила к заведующей, вцепилась руками вее плечи и, тряся ее, как нашкодившего кота, прошипела:

– Медальон сняли с покойницы! Ограбилимогилу! Это уголовно наказуемое деяние! Не смейте врать, иначе сейчас же вызовусюда ментов!

– Тише, тише, тише… – зашепталаИрина Львовна. – Отпустите меня, голова болит, плохо мне…

– Будет еще хуже!

– Я все расскажу… все, все…

– Вот и здорово, – пробормотала я,слегка успокаиваясь и садясь на стул. – Если пойму, что выоткровенны, – не устрою скандала. Уволите дуру-племянницу, и по-тихомуразойдемся.

– Спасибо, спасибо…

– Мое молчание – за честныйрассказ! – напомнила я.

– Конечно, я ничего не утаю, –зашептала Ирина Львовна. Потом она кинулась к двери, заперла ее на задвижку иеле слышно вымолвила: – Мы с Василием познакомились на улице…

– Здоровы же вы врать! – сновавскочила я с места. – Хватит!

– Сядьте, пожалуйста, – взмолиласьИрина, – я не лгу. Он и в самом деле ко мне подошел на проспекте, околоскупки…

Мячина начала рассказ, я плюхнулась на стул.Похоже, насмерть перепуганная докторша сейчас говорит правду.