Под каблуком у синего ботинка - Маргарита Южина

У нее было на редкость замечательное настроение. Тетка отодвинула вязанье и подняла отрешенные глаза.

– Мы хотели спросить, у вас дети танцуют? – обратилась Клавдия Сидоровна.

– Когда ж моим детям танцевать? Они на работе так напляшутся, что домой без ног приползают.

– Да нет, вы не поняли, я об учениках вас спрашиваю. У вас в школе ученики танцуют? Занимаются плясками?

– Наши ученики чем хошь занимаются. Если че, так и сплясать могут, им все одно, у нас школа для детей с заторможенным умственным развитием. Так что наши и сплясать могут, и спеть, причем прямо на уроке.

Клавдия вздохнула и попрощалась.

– Нет, Жора, это не та школа. Нам, оказывается, сто тридцать третья нужна.

Глаза Жоры закатились куда-то под брови, но он их вовремя вернул назад, подавил вздох и молча развернул машину. Сто тридцать третья школа встретила их звуками аккордеона и детскими голосами. Было немного непривычно видеть детей в школе летом в таком количестве.

– Девочка, это школа с танцевальным уклоном? – спросила Клавдия пробегавшую девчушку, не выходя из машины.

– Угу, а еще с математическим, с литературным и с музыкальным.

Клавдия, кряхтя, вытащила себя из салона. Странно, обучение в такой школе наверняка стоит немалую денежку, как же удалось пьянчугам-родителям держать здесь Катерину?

В здании школы кипела своя жизнь. По лестницам туда-сюда сновали мальчишки и девчонки, где-то раздавалась музыка, откуда-то доносился смех и запах краски.

– Вы кого-то ищете? – спросила молоденькая девушка с рыжей огненной косой.

– А где у вас директор? – спросила Клавдия, понимая, что каждый уважающий себя начальник в такую жару находится в заслуженном отпуске.

– Ирина Николаевна на втором этаже.

Ирина Николаевна пребывала в своем кабинете не одна, а с группой подростков. Ребята в чем-то рьяно убеждали своего директора, и естественно, Клавдия появилась некстати.

– Вы Ирина Николаевна? Мне очень нужна ваша помощь, – начала Клавдия придуманную историю. – Вы не помните, у вас училась Белкина Екатерина?

– Почему же не помню, замечательно помню. Хорошая, добрая девочка. А почему вы спрашиваете? – внимательно разглядывала Клавдию Ирина Николаевна.

– Видите ли… Она устраивается в нашу фирму работать, а… а директор у нас очень серьезно относится к кадрам. У него даже служба специальная имеется, чтобы узнавать всю подноготную сотрудников. Вот, собственно, я и узнаю.

Подростки, видя, что внимания директора им ближайшие минуты не заполучить, нестройно забурчали и вышли из кабинета.

– Садитесь, пожалуйста, – пригласила Ирина Николаевна. – Так что вас интересует?

– Все, если можно.

– Катя… Катя Белкина – девочка положительная. Ничего плохого о ней сказать не могу. Правда, я не учитель и с ней сталкивалась реже, чем преподаватели, но… Ничего необычного. Правда, немного тихоня, ну так это для работы даже полезно.

– А подруги у нее были? Где они, как зовут?

– Катя со всеми держалась ровно, кого-то одного, кто был бы с ней особенно близок, я назвать не могу. Это немного странно, но, вероятно, у девочки были подруги вне школы. Во всяком случае, ни нас, ни ее родителей девочка не настораживала.

Замечательно – скрытный ребенок, не имеет друзей, подруг, но зато добрая и хорошая. Понятно, что никого настораживать не будет. Хотя… Клавдия прекрасно знала в школе всех подруг Данилы и друзей Ани. Тьфу, наоборот! Так отчего же родители Кати, которые сумели определить ребенка в такую школу, не интересовались ребенком дальше?

– А где проживают ее родители?

– Мать… У нее только мать. Она проживает… сейчас посмотрю… – Ирина Николаевна поднялась, порылась в высоком, до потолка, шкафу и вытащила на свет божий пухлую папку. – Вот… Они проживают в переулке Кирпичном, дом двадцать шесть, квартира четыре. По крайней мере проживали.

– Уточните, пожалуйста, имена родителей.

– Мать – Сватова Елена Адамовна, – послушно продиктовала милая директор.

– А отец?

– Отца нет.

Клавдия не понимала – то есть как нет? А вор? Потом догадалась – девчонка в школе просто стеснялась такого папаши, вот и продиктовала пустую графу. А может, постеснялась сама матушка.

– Хорошо, вы очень помогли не только нам, но и самой Катерине.

– Если что-то нужно уточнить, пожалуйста, приезжайте, спрашивайте, – приветливо улыбнулась Ирина Николаевна, и Клавдия удалилась.