Под каблуком у синего ботинка - Маргарита Южина

Перебранка продолжалась бы бесконечно, если бы Агафья не сообразила рявкнуть:

– Все! Опаздываем! Всем в машину!

Интересно, что первым в машину рванул Николай – швейцар. Быстро его оттуда выцарапав, Агафья затолкала Акакия и прошипела Даниле:

– Садись же ты, дитя неразумное.

Только добравшись до дома родителей и увидев, с каким теплом Клавдия Сидоровна встретила всех прибывших, Данила немного успокоился. Окончательно же он пришел в себя уже после того, как его посвятили во всю операцию. Сын долго смотрел на родителей, на Агафью и вдруг выдал совершенно неожиданную версию:

– А что, если Агафью Эдуардовну собираются прикончить не из-за денег?

Сыщики переглянулись. Такая простая мысль их головы не посещала.

– Тогда весь ваш карнавал с женитьбой никому не нужен.

– Да… но… Но тогда мы выиграем время, – нашлась Клавдия Сидоровна. – Противник не готов убивать замужнюю Агафью, ему холостую подавай!

– Ну, если только время, – пожал плечами Данила.

– А что ты предлагаешь?

– Я предлагаю довериться милиции.

– Нет! – взвизгнула Агафья. – Ни за что! Теперь я твердо уверена, что такие умные люди, как Распузоны, и сами в состоянии справиться с любым преступником, а мне мой бизнес никак не позволяет связываться с милицией.

В конце концов Данила, поговорив с бригадой доморощенных сыщиков еще полчаса, надавав умнющих советов и пообещав помогать в чем только сумеет, отправился по делам, а троица села размышлять над тем, как бы побыстрее схватить эту противную Белкину. Акакий предлагал размалевать «Волгу» под цирковой фургон, нарядиться клоунами и в таком одеянии ездить по улицам и высматривать Катерину. За бензин и автоущербы прелагалось платить, конечно же, из кошелька Агафьи. Клавдия басила, что требуется срочное вмешательство Интерпола, а сама Агафья Эдуардовна визжала, что они несут чушь, а она, между прочим, боится!

В бурные дебаты влился мощный Тимкин ор, по всей видимости, опять заклинило звонок, и кто-то уже давненько жал на кнопку. В дверях стояли Жора с Романом. Парни прибыли сюда по зову души и были изрядно обижены тем, что очередное заседание обходилось без них. Теперь уже все пятеро орали, вносили предложения, а капризная Агафья Эдуардовна снова верещала, что они предлагают ересь.

– И вообще! Я с таким затрапезным женихом миловаться не собираюсь! Ну что же это такое – у него даже нет приличного костюма! Эта тройка наверняка ему от деда по наследству перешла!

– А вот вы и купите, если такая богатая! – взорвалась Клавдия. – Ишь, жених ей не подходит! Какой есть. Да если на него порядочный-то костюм напялить…

– Вот и напяльте! – снова взбрыкнула Агафья.

– Меня и такой устраивает, а если тебе что не по душе, так сама его одевай! Такое мое последнее слово! – уперла Клавдия руки в бока.

Агафья неожиданно легко согласилась.

– Ну и ладно. Я сама ему куплю все, что полагается, только учтите, эти деньги я вычту у вас из обещанной суммы!

– Подожди-и-ите! – вытянулось лицо у Клавдии. – Из какой такой суммы? Что, интересно знать, нам было обещано?

Акакий заерзал на стуле. Вот ведь так не хотелось, чтобы Клава о деньгах прознала, но уж теперь-то все, плакали его доллары!

– Здравствуйте! – обиделась Агафья Эдуардовна. – А я что вам, нищенка какая?! Я пригласила вас поработать детективами и пообещала за работу приличную сумму. Акакий Игоревич мило согласился принять оплату. Так что, извините! Я с вас требую работу за свои же кровные денежки!

Жора выпучил глаза и принялся быстро в уме подсчитывать, сколько процентов ему причитается, выходило никак не меньше восьмидесяти. Роман только глотал слюну и вытягивался все выше и выше, дабы его хорошо было всем видно, а ну как при дележке обойдут?! Клавдия Сидоровна медленно приближалась к Акакию, и рука ее судорожно искала, какой бы предмет потяжелее ухватить.

– Так ты, значит, милостиво согласился принять! И попутно решил от меня денежки утаить, сволочь?! Все, следующее письмо твоей маме я сама напишу!

– Эт-то почему? – испугался Акакий.

– Потому что я сейчас тебе переломаю и руки и ноги! А носом ты писать еще не научился!

Агафья Эдуардовна резво вскочила и, растопырив морщинистые руки, закрыла Акакия Игоревича.

– Не трожь! Мне его еще на пляже показывать!

– Ах! Так вы и на пляже теперь вместе показываетесь?! – кипела Клавдия.

Неизвестно, чем бы закончилась эта баталия, но Акакий выскользнул за дверь, а следом за ним важно поплыла и Агафья Эдуардовна.

– Запомни, Клавдия, это не он тебя бросил! Это ты его выкинула за дверь! И, как знать, может, и найдет мужик свое счастье. А про костюмчик ты правильно сказала, если вещь хорошо пошита, так в ней и чучело за красавца сойдет!

После ее ухода и Клавдия, и Жора с Романом не знали что сказать. Молодые люди прятали глаза от соратницы в пол, а она не знала – полагается ли в таких случаях плакать или нужно попросту обругать паршивого муженька позабористее. На ум ничего не приходило, кроме старой пословицы, и Клавдия, глубоко вздохнув, отчеканила:

– Утро вечера мудренее, завтра посмотрим.