Ментовский крюк - Алексей Макеев

– А прокурор куда смотрит? – продолжал выяснять непростую обстановку Крячко.

– Прокурор Редько смотрит в рот губернатору, когда с ним водку пьет. Кудряша прокурор на дух не переносит и постоянно на него губернатору жалуется. Но губернатор-то как раз Кудряша любит, поэтому у него один ответ – не лезь в споры хозяйствующих субъектов. Вот они, эти субъекты, и хозяйствуют. Точнее, хозяйничают. У прокурора Кудряш – берцовая кость поперек горла. Но сделать с ним при нынешнем губернаторе ничего нельзя.

Крячко только головой покачал. Интриги в городке – похлеще, чем при мадридском дворе.

– Так, ладно. С этими более или менее понятно, – сказал он. – Но, я помню, ты про службу безопасности «Агронавта» рассказывал. Получается, и они могли задержанных похитить или убить.

Балашов встал и направился к шкафу. Вернулся он с бутылкой водки и двумя стаканами. Дынина проигнорировал.

– Ты как хочешь, – обратился он к Станиславу, – а я про это без наркоза не могу разговаривать. Будешь?

– Только чуть-чуть.

– Ясно дело, – по-балашовски «чуть-чуть» вышло между пятьюдесятью и ста граммами. – Примем!

Полковники выпили молча, по-деловому, не закусывая. Балашов убрал бутылку и стаканы обратно в шкаф. Потом вернулся к прерванному разговору:

– Открою тебе тайну, которую знают все. Мужики из охраны «Агронавта» могут убить кого угодно. Даже нас с тобой. Даже губернатора. И им ничего не будет. Ты ведь знаешь, что такое градообразующее предприятие? Закрой его – и нет города. А у нас оно не один город, а всю область держит. Да и не только область. «Агронавт» – крупнейшее агропромышленное предприятие страны, оплот ее продовольственной независимости. А трудятся в этом оплоте одни китайцы и таджики. Местных внутрь периметра вообще не пускают.

– Почему? – удивился Крячко.

– Менталитет такой, – пояснил Балашов. – Наши все разворуют, поломают или пропьют. Внутрь – ни-ни! Поэтому забор вокруг зоны комплекса мы китайской стеной называем.

Крячко посмотрел на Балашова с недоверием.

– Хочешь сказать, что у тебя на комбинате ни одного стукача нет? Сам же говорил, что там в охране бывшие менты работают.

Начальник милиции только рукой махнул. Как бы даже с обидой.

– А ну их! Они сами без понятия. Директор комбината Зайцын когда-то на зоне служил, поэтому вся охрана у него устроена по принципу зоны. Дежурят на вышках, патрулируют вдоль забора. А внутрь зоны дальше периметра не заходят. И что там творится, не знает никто. А кто знает, не расскажет.

– Ты рабочих имеешь в виду?

– Их, – подтвердил начальник милиции. – Во-первых, они по-русски ни бельмеса, а во-вторых, живут все внутри, в бараках. Когда производится замена состава, их вывозят автобусом в аэропорт. А в последнее время все чаще вертолетом перебрасывают. Так что не подкопаешься. Фердыщенков знал, что делает.

Крячко закурил.

– А не проверяли, он и правда был другом президента?

Балашов тоже взял сигарету.

– Иди спроси. Только у кого? На фото Фердыщенков с будущим президентом вместе сняты. Подростками, понятное дело, но похожи, не ошибешься. Я эту фотографию сам видел. Стоят в обнимку, разговаривают. И другие пацаны вокруг них.

– А это не фотомонтаж?

– Нет, проверяли. Фердыщенков сам же и предложил экспертизу провести. На спор. Ящик коньяка у наших лопухов выиграл. А фотографию эту я с тех пор больше не видел. Ну, фиг с ним, с Фердыщенковым. Давай думать, как беглецов ловить будем. Розыск по области я уже объявил. Только ерунда все это. Какие они, в задницу, киллеры! Не там искать надо.

– А где?

Балашов пожал плечами.

– Хрен его знает! Территория у нас – как Бенилюкс. Бельгия, Нидерланды, Люксембург плюс королевство обеих Сицилий. Кругом деревни брошенные, поселки, фермерские хозяйства. Прячься где угодно, хоть с вертолета ищи. Но кто же нам даст вертолет?

Крячко поднялся и направился к дверям.

– Ты куда собрался? – не понял Балашов.

– Искать там, где надо.

– Это где? – с подозрением спросил Балашов.

– Где-где? Везде!

Станислав загадочно улыбнулся и закрыл за собой дверь, оставив начальника мясниковской милиции озадаченно чесать затылок.