Ментовский крюк - Алексей Макеев

Рядом с офисным домиком громоздились развалины.

– Это чайхана, мы ее так называли, – объяснил Учитель. – А вообще-то это казарма была, где басмачи жили.

Обломки кирпича оказались перемешаны с разорванными частями человеческих тел. Лица убитых носили типично азиатские черты.

– Госпожа следователь, что скажете? – поинтересовался Гуров.

– У меня такое впечатление, будто бандиты Кудряшова перестреляли охрану комбината, потом басмачи перерезали бандитов, после чего самих басмачей специально собрали или загнали насильно в их казарму и взорвали, – ответила Светлана Загорская.

– Загнали насильно? – засомневался Станислав. – Вряд ли. Кто бы смог это сделать? Те из охраны комбината, кто остался в живых, давно разбежались. Бандитов Кудряша басмачи сами вырезали. Боюсь, теперь господин Кудряшов остался в одиночестве. Придется ему новую команду набирать.

– А кто бы мог всех басмачей собрать в казарме? – обратился к Учителю Крячко.

Тот задумался.

– Им только один человек мог приказывать – это Курбаши. Они только его и слушались. А вот кто ему приказывал, я не знаю.

– Думаешь, он тоже здесь?

– Нет, не нужно искать Курбаши среди убитых, – усмехнулся Учитель. – Он ведь не баран, а те, кто здесь лежит, – бараны, которые возомнили себя волками.

Следователь Загорская времени даром не теряла и фотографировала разбросанные по двору тела.

– Нет, кажется, один волк нашелся! – воскликнула она.

И в самом деле, прямо у дверей в офис лежало тело председателя общественного комитета по борьбе с преступностью, криминального авторитета, господина Кудряшова. Его правая рука и часть плеча, оторванные взрывом, находились в нескольких метрах от тела, которое было сильно изрешечено осколками гранаты. Нетрудно было догадаться, что она взорвалась в тот момент, когда Кудряш собирался бросить ее в окно офиса.

– Неосторожное обращение с взрывчатыми веществами, – прокомментировал Гуров. – А в целом я бы назвал это прекращением вооруженного конфликта путем полной утилизации воюющих сторон.

– Полной? – переспросил Станислав. – А как же директор Зайцын?

– Где же быть директору, если не в офисе? Пошли посмотрим, – пригласил Гуров.

Входная дверь оказалась разбита тем же взрывом, который убил Кудряшова. Сыщики беспрепятственно проникли в помещение. Загорская и Учитель шли сзади. Директора, как и предполагал Гуров, они нашли в его роскошном кабинете. Он висел под потолком на месте большой хрустальной люстры. Та, сброшенная, валялась на полу в углу кабинета.

– Странно, – пробормотал Гуров, разглядывая повешенного.

– Что именно? – поинтересовалась Загорская.

– Что он висит в петле, а не на мясницком крюке. Нет гармонии.

Крячко осматривал кабинет. Он подошел к массивному письменному столу красного дерева.

– Гармонии-то, может, и нет, зато предсмертная записка имеется, – сообщил он.

Остальные приблизились к нему и принялись читать. Текст был предельно лаконичен:

«Ухожу. Все надоело. Кому что должен, всем прощаю. Ваш до гроба, Мозг, он же Зайцын».

Крячко передал записку Гурову, тот сложил ее и убрал в карман.

Господина директора оставили висеть до прибытия следственно-оперативной бригады и отправились искать выход с территории комбината. Идти пришлось еще минут двадцать. Последним, кого они нашли, был капитан Пыжов. Он лежал в сугробе с пулей между глаз возле опрокинутого квадроцикла.

– Раз Ковалева нет, может, ему удалось уйти? – Светлана Загорская очень хотела в это поверить.

Ей никто не ответил. Они добрели до главного здания «Агронавта», не встретив ни единой живой души. Впрочем, мертвых здесь, к счастью, тоже не оказалось. Само здание имело привычный уже вид: окна без стекол, двери выбиты, стены испещрены следами пуль и осколков.

Площадь перед «Агронавтом» была пуста, словно после атомной войны. На стоянке выстроились брошенные машины. «Москвича» мэра среди них не было. Это вселяло надежду – может, он и в самом деле спасся?

Сначала они хотели взломать новенький «Мерседес» Пыжова, но потом пожалели и решили воспользоваться «Ягуаром» Кудряша. Тому и в голову не могло прийти запирать машину. Вряд ли в городе нашелся бы самоубийца, который решился бы угнать или обокрасть машину главного криминального авторитета. Ключи по той же причине болтались в замке зажигания.

Гуров сел за руль и запустил движок. Учитель сел рядом, Загорская и Станислав разместились сзади. Машина сорвалась с места, и спустя несколько секунд мертвая зона по имени «Агронавт» осталась далеко позади.