Малая доза стервозности - Марина Серова

В этот день я проснулась от надрывного телефонного звонка. Было уже двенадцать часов. Голова ужасно болела. Протянув руку к телефону, я сняла трубку и произнесла «алло», вернее, хотела сказать, поскольку, как рыба, лишь беззвучно открыла рот. «У меня к тому же пропал голос», — подумала я. В это время трубка надрывалась: «Татьяна, что случилось? Почему молчишь?» Это был Серов. Собрав последние силы, я, насколько можно громко, прошептала: «У меня сел голос». — «Понял. Сейчас буду», — ответил Серов.

Я положила трубку обратно на рычаг, облегченно откинулась на подушку и стала оценивать свое состояние. Ко всему прочему болело горло и ныла спина. Я постаралась припомнить, чем же вчера занималась с Русановым, что привело к таким печальным последствиям, но так и не смогла вспомнить.

Вдруг меня как молнией поразило — Серов сказал, что сейчас будет. От этого мне стало не по себе. Я вскочила и стала носиться по дому. Во-первых, надо было привести себя в порядок, вернее, в организованный беспорядок — ведь я болела. Больших трудов стоило убрать с лица следы вчерашней вечеринки и нанести легкие и очаровательные симптомы болезни. Не сразу, но мне это удалось. Затем я немного прибрала квартиру, в которой валялись разбросанные с вечера предметы моего туалета.

Я хотела также приготовить Серову что-нибудь легкое из еды, но, поразмыслив, решила, что лучше, если этим займется он сам. В довершение всего я выгребла на туалетный столик все имевшиеся у меня лекарственные средства: от нашатыря до таблеток пургена. По идее, это все должно было создать образ страдающего человека. Посмотрев на себя внимательно в зеркало, я осталась недовольна своим внешним видом. В довершение надела новую розовую комбинацию с шикарным пеньюаром. Когда все было готово к приходу Олега, я решила немного перекусить. Серов не заставил себя долго ждать. Как только в двери щелкнул замок, я бросилась в комнату, на ходу ногой захлопывая холодильник, плюхнулась в кровать, откинулась на подушку, приложила ко лбу мокрое полотенце, закрыла глаза и изобразила великое страдание.

Через несколько минут Серов уже стоял у моей кровати с букетом роз.

Решив, что я сплю, он нежно поцеловал меня в щеку и принялся рассматривать на моем туалетном столике лекарства. Испугавшись, что я наглоталась таблеток и отравилась, Олег принялся меня ощупывать, высчитывать мой пульс и прислушиваться к сердцебиению. В конце концов он решил проверить реакцию зрачков на свет. Тут даже при моей железной выдержке я, конечно, не могла дольше изображать спящую красавицу.

А после все было как в сказке. Я открыла глаза, изумленно посмотрела на Олега и произнесла: «Ах, как долго я спала». Серов радостно стал меня целовать.

После чего прочитал мне лекцию о вреде лекарств. Одновременно Серов очистил от их присутствия мой туалетный . столик и водрузил на него вазу с цветами. Затем Олег деловито спросил: «Что болит?» Я жестом показала — «все». Губами Серов прикоснулся к моему лбу и поставил диагноз: «Все ясно — ангина, тонзиллит, фарингит, ларингит». Тут я неожиданно закашлялась. «Да еще бронхит», — добавил он. Я испуганно закачала головой — как будто от этого болезнь могла отступить.

— Будем лечиться проверенными народными средствами. Ты пока посмотри этот фильм, а я приготовлю тебе настой из трав, — с этими словами Серов включил мне видик и ушел на кухню.

Минут через двадцать Серов вернулся с чашкой, наполненной какой-то темной жидкостью, напоминавшей чай. Запах шел изумительный.

— Это тебе для горла. Выпей.

Пока я пила, Серов пристроился на полу около моей кровати смотреть фильм. К моему сожалению, вкусовые ощущения резко расходились с обонятельными.

По вкусу напиток мало походил на чай. Однако лечебное средство не было и горьким, оно было просто безвкусным, но действенным.

— Какая гадость! — прокричала я в ухо Серову, столь опрометчиво севшему у моей кровати.

Олег не ожидал с моей стороны нагло-быстрого возвращения голоса и от неожиданности подпрыгнул. Самое интересное, что резкого появления дара речи не ожидала и я — и от смущения сползла под одеяло.

— Ты продолжай наслаждаться зрелищем, а я пойду что-нибудь приготовлю.

— И Серов ретировался на кухню.

Завтракали мы — вернее, я завтракала, а Серов обедал, на моей кровати.

Олег подарил мне по случаю болезни столик-поднос.

— Олег, ты зря подарил этот столик. Я живу одна и некому носить мне завтрак в постель.

— Не волнуйся. Я не дам тебе умереть в одиночестве.

— Это радует. Так, посмотрим, что ты приготовил и чем собрался меня отравить. — Я с любопытством стала разглядывать содержимое блюд. — Какой-то салат, непонятно с чем…

— С мидиями, креветками и морской капустой, — пояснил Серов.

— Так, далее — говядина, через ломтики которой можно рассматривать небо.

— Это блюдо из телятины называется «карпаччо». И это еще не все. Часть обеда дожидается своего часа накухне.

— Ого! — воскликнула я. — Ты думаешь, что мидии вкупе с телятиной не сумеют одолеть мой слабый и больной организм?

Серов рассмеялся:

— Отравление тебе не грозит. Все это съедобно, а главное — полезно, особенно тебе.

— Поверю на слово.

Олег был прав, еда оказалась бесподобной.

— По какому случаю такой шикарный обед? — спросила я, доедая пирожное.

— В честь праздника.

— Какого? Выходного дня?

— Нет, 7 ноября. Ты забыла, что сегодня «красный день» календаря?

— Ах, да-а-а! С этой работой я уже потеряла счет дням. У меня в голове уже все перемешалось: рабочие дни, выходные. А в каком ресторане ты заказывал всю эту вкуснятину?

— Я приготовил это сам.

— ?!

— Да, именно так.

— Слушай, Серов, ты завидный жених. Почему же до сих пор не женился? Я думаю, многие женщины мечтают иметь тебя своим мужем.

— Я, наверное, испугался столь широкого выбора, — отшутился Олег и сразу же сменил тему, — кстати, где ты потеряла голос?

Теперь настала моя очередь отшучиваться:

— Наверное, во сне. Честно говоря, не знаю. Сегодня просыпаюсь от твоего звонка, рот открываю, а слов нет. Прямо немое кино.

— Наверное, накануне слишком много мороженого съела, — предположил Серов.

— Накануне была деловая встреча.

— Ах, да, я и забыл. Как она прошла?