Живая пуля - Владимир Колычев

Не таким уж и запутанным оказалось это убийство. Пьяный идиот сдуру забрался в чужой двор, зарезал свою бывшую жену, по ее телефону позвонил в полицию. И еще наследил порядком… Не зря же Инна в первый же день вышла на след преступника. И разоблачить его бы смогла, если бы не ставили палки в колеса. Уж очень убедительно просили ее не трогать Сухонина. И этот же человек сейчас готов был накричать на нее за то, что этот ублюдок закрыт в камере следственного изолятора.

— Демичева, мы же договаривались! — возмущенно таращился на нее Драпов.

— А что я могла сделать, если Сухонин сам пришел?

Это Никита обеспечил явку с повинной. Приехал вчера поздно вечером и сказал, что завтра с утра Сухонин прибудет в отделение. Так и случилось. Инна приняла его, допросила, оформила протоколы и межрайонный отдел ФСБ поставила в известность.

— Сам?

— Сам.

— И ты ничего для этого не делала? — недоверчиво и нервно посмотрел на молодую женщину Драпов.

— Абсолютно.

— И он убил Антонину Сухонину?

— Он. Вот материалы дела, — Инна накрыла ладонью папку-скоросшиватель.

— Зачем он это сделал?

— Сухонин с террористами был связан, и Антонина об этом узнала. Он решил от нее избавиться.

Версия эта не выдерживала никакой критики, но Сухонину нужно было как можно скорее убраться из города, и помочь ему в этом могла только ФСБ. Да и сама Инна заинтересована была в том, чтобы избавиться от этого дела.

— С террористами?

— Да, он сказал, что отказался работать с ними. Но сказать можно все, что угодно, а как на самом деле… — пожала она плечами. — Как было на самом деле, пусть фээсбэшники разбираются.

— Почему они?

— Так это же их компетенция.

— Ты меня удивляешь, Демичева, — Драпов сначала раздул щеки, а затем выдул из них воздух.

— Я здесь при чем? Что мне Сухонин сказал, то я вам и передала… Да вы не переживайте так, Андрей Вадимович, — едва заметно усмехнулась Инна. — Никто за Сухонина хлопотать не станет.

Когда-то она уважала этого человека, а сейчас он ей казался жалкой, ничтожной личностью.

— А кто за него хлопотать должен? — изобразил удивление Драпов.

— Есть люди в наших селеньях… Кто за него хлопотал, Сухонин не сказал. И не скажет. Но в том, что его пытались убить, признался.

— Кто пытался убить?

— Так тот, кто за него хлопотал.

— Он сам это сказал?

— Нет, я так поняла… Вы не переживайте, в протоколах это не отражено.

— Я переживаю?! Кто тебе сказал, что я переживаю?.. Я бы переживал, если бы ты не раскрыла это дело. А ты блестяще справилась с заданием. Ведь это же ты вынудила Сухонина явиться с повинной? Достала его, загнала в угол… Молодец, Демичева, молодец! — Драпов говорил одно, а думал совсем о другом, о том, что говорить начальству, думал.

— Я пойду.

— Да, оставь дело и давай…

— Сообщение в ФСБ принял майор Елецкий. Он должен сейчас подъехать.

— Направь его ко мне.

— Хорошо, я передам в дежурную часть…

Инна поняла, что Сухонина ей больше не видать. Или сам Драпов займется этим делом, или Сухонина заберут фээсбэшники. Что ж, баба с возу — кобыле легче…

Майора Елецкого препроводили к Драпову, а спустя некоторое время в кабинет к начальнику следственного отдела вызвали саму Инну. Там она не задержалась. Сказала, что не особо верит в версию о террористах, но именно поэтому фээсбэшник еще больше утвердился во мнении, что Сухонина нужно брать в оборот. Он сам лично допросил подозреваемого, а к вечеру задержанного этапировали в Москву.

Инна стояла у окна и смотрела на машину, в которой увозили Сухонина. Дверь в кабинет тихонько открылась, она обернулась и увидела Ракитина.