Пленная птица счастья - Галина Владимировна Романова

Она отлично помнила этого мужика. В предыдущий раз он вел себя вызывающе, если не сказать нагло. Задирал ее какими-то скабрезными шуточками. Предлагал в качестве утешительного приза пройти пару туров по лабиринту. В его сопровождении.

– Общались, – кивнул администратор с заискивающей улыбкой. – Только ведь все обошлось, так?

– Обошлось. – Маша не стала спорить.

И завертела головой. Стоять перед ним навытяжку, упираясь локтями в стойку, было не очень удобно, а присесть не на что. Почти пустое помещение с множеством фотографий на стенах. Лица счастливо улыбающихся участников квеста. Плюс стойка администратора и три двери. Одна на улицу, через которую она вошла. Вторая дверь за спиной администратора, на ней вывеска «Операторская». Третья, страшная, из неструганых толстых досок, вела в лабиринт. Сам же администратор объяснил ей это все в первый раз.

Ни стульев, ни столов – ничего.

– В этот раз все гораздо серьезнее. – Ладно, стоя так стоя, она потерпит. – Девушка пропала во время вашей игры. Третий день ее нет дома. Родители написали заявление. Что скажете, уважаемый?

– А что мне говорить? – Узкие плечи под рубашкой заходили вверх-вниз. – Я ведь не контролирую выход группы из лабиринта.

– А выход не здесь? – Маша обернулась на дощатую страшную дверь.

– Нет, что вы. Выход с другой стороны здания. Группа идет по лабиринту, преодолевает препятствия. Если справляется с заданием, выходит прямо на улицу.

– А дальше?

– Что дальше?

– Вот вышла группа на улицу и что потом?

Маша прекрасно знала, что потом. Узнала у некоторых участников, с которыми общалась по первым двум жалобам. Но интересно было, что скажет этот млеющий от страха мужик.

– Дальше по домам. – Он натянуто улыбнулся и развел руками.

– И вы их не видите?

– А зачем?

Он постарался, чтобы его фальшивая улыбка выглядела беспечной. Вышло только хуже.

– Ага. – Маша побарабанила пальцами с коротко остриженными ногтями по стойке. – А как же мобильные телефоны, которые вы отбираете у них перед началом игры? И всякие там фонарики, флеш-карты и прочее? Вы же не оставляете их себе?

– Нет, конечно, – буркнул администратор и нырнул под стойку. Вытащил оттуда большую пластиковую коробку, швырнул перед ней. – Сюда складывают.

– Сюда складывают. Отсюда забирают. Правильно я понимаю? – Она ядовито улыбнулась. – Тогда что же получается, уважаемый?

– Что?

– Получается, вы мне врете.

– Чего это?

Он поводил шеей, как будто воротник рубашки ему жал. Только этого быть не могло: тонкая шея болталась в воротнике, как стебель одинокого цветка в стакане.

– Вы не могли не видеть группу, окончившую игру. Они вернулись за телефонами. Разве нет?

Он вдруг обрадовался. Даже заулыбался вполне натурально.

– А вот и нет, а вот и нет, – пропел скороговоркой. – Всей группе делать здесь нечего. Как правило, приходит кто-то один, самый выносливый, остальные ждут на улице. Нет у них сил по лестнице подниматься. Видели, какая у нас лестница? Во-от!

После лабиринта у них языки на плечах.

– Кто из их группы приходил за телефонами?

– Парень. Антон, кажется. Симпатичный такой. Самый спортивный. Кажется, как раз парень этой девушки, которую вы ищете. – Администратор вдруг страшно побледнел.

– Он забрал все телефоны? – спросила Маша.

Это было важно, потому что телефон Алины Яковлевой, как следовало из слов ее родителей, молчал уже более трех суток. Был отключен.

– Все. – Администратор выдержал ее взгляд. – Коробка была пустой после его ухода, я проверил.

– Телефоны сдают не по описи, просто бросают в коробку и потом забирают оттуда? Какой кому принадлежит – вы не знаете? – Он согласно кивал на каждый ее вопрос. – А Антон после игры забрал все телефоны, так?

Он продолжал кивать.

– Понятно. – Маша тоже кивнула. – Тогда я хочу ознакомиться с полным списком участников той игры. Кажется, она была с привлечением актеров, не так ли?

– Д-да, актеры были… – Странно дернувшись, он шагнул к операторской, стукнул в дверь костяшками пальцев и, приоткрыв, крикнул: – Витя, подойди.

Витя выбрался наружу минут через пять. Вид – как будто его только что подняли с кровати: волосы всклокочены, физиономия опухла, рубашка и брюки мятые.

– Здрасте. – Витя глянул на нее с интересом. – Чем могу?

– Вот товарищ капитан из полиции интересуется списками, – нарочито сурово произнес администратор и глянул на оператора с неприязнью. И добавил чуть слышно: – Вахлак.

Витя виновато двинул носом. Глянул на Машу.

– Ага, понял. Списки. Здрасте, – зачем-то повторил он.

Опустил глаза в пол и молчал непотребно долго. Минут пять стоял в ступоре, Маша даже забеспокоилась. А что, вдруг у малого способность спать стоя, как лошадь?

Но Витя не спал. Он думал, оказывается. Надумав, изрек:

– А нет.

– Чего нет? – дернулась Маша.

Она начала терять терпение. Желание вызвать спецназ и перевернуть здесь все вверх ногами росло с каждой минутой. И Витька тряхнуть как следует хотелось тоже.

– Ни записей нет, ни списков за тот день.

– Не поняла! – повысила она таки голос. Отступила от стойки, спрятала мгновенно сжавшиеся в кулаки руки в карманы ярко-синего плаща. – Как нет списков? Что значит, нет записей?

– Пропало все: и бумаги, и видюха. – Нос Витька снова странно засопел, как будто гармошка с порванными мехами всхлипнула. – Я, между прочим, сразу утром самому доложил.

– Самому – это кому?

Маша, конечно, уже поняла, что речь о хозяине, Голикове.

– Геннадию Сергеевичу. И объяснительную написал.

Витек обескураженно развел руками и вдруг принялся энергично заправлять выбившуюся рубашку в штаны. И по этому нервному дерганью, и по тому, как печально затих администратор с пепельным лицом, она вдруг поняла, что дело дрянь.

Это не просто отбившаяся от группы и загулявшая девчонка, которую третий день ищут родители. Это серьезно – с пропавшими списками участников, списком актерской группы, с исчезнувшей видеозаписью, на которую фиксируется вся игра.

Что-то пошло не так в тот вечер. Что-то точно произошло. Кто-то накосячил.

Вопрос – кто. Ответ – тот, кто выкрал списки и записи. А кто это мог быть?

– Ой, вот я откуда знаю? – возмутился Витек, когда она задала ему этот вопрос.

– А кто должен знать? Он? – Она ткнула в сторону администратора, застывшего статуей.