Смерть в экстазе. Убийство в стиле винтаж - Найо Марш

– Вы сами сказали: посмотрите. Вас выдают глаза. Суженные зрачки. Ну, и плохие манеры – уж простите.

– Я не могу себя контролировать.

– Похоже, что так. Работа мистера Гарнетта?

– Нет. То есть, думаю, ему кто-то поставляет… Он… он давал мне специальные сигареты. Очень слабые, поверьте. Говорил, что это обостряет восприимчивость.

– Еще бы.

– Но они и правда помогают! Волшебное средство. Все кажется таким чудесным. Только… только…

– Теперь это уже не только сигареты, верно?

– К черту ваш гонор, инспектор. О боже, простите…

– Другие посвященные тоже прибегают к краткому пути к духовному прозрению?

– Только не Джейни. Она даже не знает. И Огден тоже нет… Не говорите ей, ладно?

– Постараюсь. А остальные?

– Не все. Кара Куэйн только начала. Кэндур употребляет. Давно, еще до встречи с отцом Гарнеттом. Огден и де Равиньи – нет. Хотя насчет де Равиньи я не уверен. На самом деле ему стоило бы попробовать. В конце концов, всегда можно бросить.

– И вы можете? – спросил Аллейн.

– Конечно. Я собираюсь завязать.

– Значит, вы все собираетесь у мистера Гарнетта и… курите сигареты?

– Так было вначале. Но потом эти двое – миссис Кэндур и мисс Куэйн – стали приходить отдельно и в другое время. – Морис поднес руку к лицу и взялся за дрожащую нижнюю губу. – А потом… Потом Кара стала готовиться к роли Избранного сосуда и ходила к нему одна.

– Понятно.

– Ничего вам не понятно. Вы ничего не знаете. Только я знаю. – Он заговорил быстро и сбивчиво, словно хотел выговориться во что бы то ни стало. – Недели три назад, днем, я зашел к отцу Гарнетту. В церкви никого не было. Поэтому я пошел через алтарь – прямо туда, к его двери. Я позвал: «Вы здесь, отче?» Они не слышали. Я вошел, точнее, заглянул и… О боже! О боже! Фригг и Один. Избранный сосуд!

Морис громко рассмеялся и рухнул на один из стульев. Потом уронил голову на руки и разрыдался во весь голос.

Инспектор Фокс перешел на другую сторону нефа и сделал вид, что внимательно разглядывает статую какого-то северного божества. Найджел с острым чувством неловкости склонился над своим блокнотом. Детектив-сержант Бэйли выглянул из укрытия, бросил на Мориса неодобрительный взгляд и снова исчез.

– Так вот почему вы сказали про возмездие, – задумчиво произнес Аллейн.

Морис только слабо повел плечами – очевидно, в знак согласия.

В конце прохода появилась маленькая женская фигурка.

– Вы закончили, инспектор Аллейн? – спросила Джейни.

Голос у нее был таким холодным, что до Найджела не сразу дошло, до какой степени она взбешена.

– Да, вполне, – серьезно ответил Аллейн. – Вы можете идти домой.

Она склонилась над Принглом.

– Морис… Морис, милый, пойдем.

– Оставь меня, Джейни.

– И не подумаю. Ты должен меня проводить.

Она еще минуту поговорила с ним, шепча ему что-то на ухо, и он наконец встал. Джейни взяла его под руку. Аллейн стоял рядом.

– Я готова вас за это убить, – бросила ему Джейни.

– О, дитя мое, не говорите так! – воскликнул Аллейн так искренне, что Найджел с удивлением на него уставился.

Джейни тоже внимательно посмотрела на инспектора. Очевидно, что-то в выражении его лица заставило ее переменить свои мысли.

– Хорошо, не буду, – пообещала она.