Не жди меня, мама, хорошего сына - Владимир Колычев

— Может, все-таки объяснишь, что происходит? — встревоженно спросила Лиза.

Она была уже одета, сидела на сиденье машины, опустив на землю полные, но при этом длинные и стройные ноги.

— А ты не поняла? — весело подмигнул ей Сеня.

Он был счастлив. И вдохновенье на него снизошло и сочные плоды оставило. В диктофон мобильника был заложен остов будущего хита…

— Стелла не говорила тебе, чем я занимаюсь?

— Нет… Я вообще мало ее знаю.

— Композитор я. Сочиняю музыку. Мы с тобой только сегодня легли, а ты уже родила… Да, родила, музыку… Слушай, а может, ты моя муза? — задумался Балабакин.

Да, она хороша, да, она вдохновляет — возможно, не только на эротические подвиги… А вдруг?

— И что?

— А то, что теперь придется тебе быть со мной.

— Я хочу… Ты мне очень нравишься…

Лиза обожающе смотрела на него. Она могла бы выглядеть счастливой, если бы не тоска в глазах — еще отдаленная, но уже надвигающаяся, как дождевая туча.

— Ты мне тоже… Значит, сейчас мы едем ко мне домой, — решил Сеня.

И дома он сядет за синтезатор, обтешет и склеит в мелодию самосозданные мотивы. Потом он снова ляжет с Лизой, глядишь, снова родится благозвучный напев…

— Я же говорю тебе, муж у меня. И мне уже домой пора.

— Да, муж — это серьезно… Но с ним же можно развестись.

— И ты женишься на мне? — спросила Лиза.

— Э-э, ну, не сразу…

— Уложил ты меня в два счета, а как жениться, так не сразу… Да и не сможешь ты жениться. Муж мне развод не даст. Очень-очень любит. Убить может, а развод дать — нет…

— А кто его спрашивать будет? Главное, чтобы ты решилась…

— А чего решаться, мы же не расписаны и в церкви не венчаны. Гражданский брак.

— Тем более.

— Не все так просто… Если я уйду к тебе, Гена убьет нас обоих.

— Он что, крутой?

— Да… Он бандит…

Только сейчас до Сени дошло, какую глупость он совершил. Видимо, своим появлением Лиза перевела его сознание в область на метр ниже головы. Не тем он местом думал, когда тащил ее в кусты… А мог бы догадаться, что Лиза гостила у Стеллы не просто так. И одна с бандитом спит, и другая в том же дерьме…

— Это меняет дело, — заробел Сеня.

Хватит с него Волынка с его шахер-махерами…

— Ты что, испугался? — расстроилась Лиза.

— Нет. Просто я подумал: если твой муж тебя любит, то я не имею права препятствовать вашему счастью…

— Нет никакого счастья. Не люблю я его.

— И часто ты это делаешь?

— Что я делаю? — спросила она.

— Ну, ездишь сюда. Покрывало у тебя в багажнике…

— Ты об этом? Думаешь, я здесь лебядую?.. — возмутилась Лиза. — Да, иногда бываю здесь. С Геной. Он дома сиднем сидит, ни на какие курорты ехать не хочет. Хорошо, если сюда удастся его вытащить… Он дом строит, на берегу озера. Как построит, так никаких покрывал в багажнике не будет… Слушай, а чего я тут перед тобой распинаюсь?

Она села за руль, завела мотор, и, если бы Сеня не успел запрыгнуть в машину, она бы уехала без него.

— Не злись, — обескураженно попросил он.

— Я не злюсь, — презрительно усмехнулась она. — Я радуюсь. Хоть раз в жизни удовольствие получила… Ничего, запру этот день в памяти и буду жить дальше.

— Что, плохо так с твоим Геной?

— Хуже некуда… Он меня любит, а я его нет. Он жить без меня не может, а я света с ним не вижу… И уйти не могу… Да ты не думай, я на тебя не обижаюсь. Правильно, не надо с ним связываться. Так спокойней будет, и тебе, и мне…

— А он Василия знает? Ну, который со Стеллой.

— Да, знает. Он к нам приходил с ней, мы познакомились. Но Стелла меня не любит. Потому что ее Вася мелкая сошка по сравнению с моим Геной… А мне все равно, какой он, крупный или мелкий, лишь бы счастье было…

— А сама ты откуда?

— Из Валдая. Гена туда к другу ездил, два года назад. Увидел меня, влюбился, увез… А я с ним здесь как в тюрьме…

— Ну почему в тюрьме? И машина у тебя, и ездить можешь куда хочешь…

— Не могу. Это его машина. Он меня учил ездить, но саму редко куда пускает. Когда друзья к нему приходят, тогда и отпускает. Мне с ними нельзя, у них дела… Как будто я не знаю, что там у них… Да мне Гена все рассказал…

— Что рассказал?

— Да ничего… Забудь обо всем, ладно? Не было меня, встряхнулись и разбежались…

— Ну да, ну да…

— Что, правда разбежимся? — чуть не плача, спросила она.

— Ну, если ты хочешь.

— Не хочу я! Влюбилась я в тебя, неужели не видно?

— Э-э, ну…

— Легла бы я с тобой, если бы не влюбилась… Неужели я на лебядь похожа?

— Да нет…

— Все, забудь, не было ничего…

Она молчала всю дорогу. И лишь когда машина остановилась около его дома, чуть ли не с мольбой сказала:

— Может, хоть позвонишь?

— Ну, если есть номер телефона…

— Есть, конечно… Но лучше я тебе позвоню, ладно?

Лиза боялась мужа, но еще страшней было потерять Сеню. А ему не хотелось терять жизнь…

Она уехала, а он отправился домой.

Мама жарила котлеты, пахло гнилым луком, прогорклым салом и подгорелым маслом. Раньше она готовила хорошо, но сейчас у нее со зрением неладно, дальше вытянутой руки ничего не видит. Да и деньги на хорошее мясо экономит, суррогат какой-нибудь купит — и в мясорубку. А если не поскупится, то в магазине или на рынке обманут. Отцу не до ее забот, у него на уме только водка. Сестре вообще ничего не надо, она и муж допоздна на работе, вместе уезжают в Москву, вместе приезжают. «Почему продукты не купили?» — «Так не голодны, на работе обедали, на обратном пути перекусили». Но если будет что в доме пожевать, все сметут и не поморщатся… Так и живет семейка. В маленькой двухкомнатной квартире. Потому и не хочет Сеня здесь оставаться.

— Витя! Ты?

— Не, мама, это я…

— Ты еще не уехал?

— А что, пора? — язвительно спросил он.

— Не знаю. Кушать будешь?

— А надо?

— Как знаешь…

— Тогда не хочу.

Говорят, что матери больше любят сыновей, притом младшеньких, отцы — дочерей. Но в их семье все было не так. Старшая сестра Ира была вне конкуренции, а Сеня всегда оставался в ее тени… Впрочем, мама все равно его любила. И будет плакать, если его убьют…