Темница тихого ангела - Екатерина Островская

В ответ Николай доложил Витальеву, что с текстом газетного интервью ознакомился и согласен, в принципе, со всеми своими ответами, только, упоминая об отце, следует сказать, что он сделал определенную административную карьеру.

– О’кей, – согласился издатель, – мы еще обсудим это. А на следующий уик-энд ничего не планируйте: мы с вами приглашены на частную вечеринку. Вернее, приглашение прислали мне, но оно рассчитано на две персоны. Очень солидный дом, хозяин – влиятельный человек: у его дочери день рождения. Вот я и подумал: моя жена устала от всех этих гламурных тусовок, а на вечеринке будет много интересных людей…

– Если вы имеете в виду двадцатипятилетие дочери Шабанова, – перебил издателя Николай, – то возьмите с собой жену – зачем ей скучать в одиночестве! А я там и так буду: Пал Палыч меня уже пригласил.

– Вы серьезно, что ли? – удивился Витальев. – Не успели в Москве появиться, а уже завели такие знакомства!

Издатель решил больше не мучить Николая разговорами и попрощался.

– А вы Алису прежде не видели? – обратилась к Торганову слышавшая весь разговор чиновничья жена.

– Никогда. А что, она настолько страшна, что мне следует отказаться от предложения?

Дама дернула плечом, бретелька соскочила.

– Почему же, как раз наоборот. Алиса весьма симпатична, к тому же популярна среди молодежи. Она – ведущая программ на «МузТВ». Так что на вечеринке у нее будет большое количество эстрадных звезд. И вообще эта тусовка рассчитана исключительно на молодежь, а так бы мы с мужем тоже там были.

– Жаль, что вас не будет, – притворно опечалился Николай, – хоть одно приятное лицо увидел бы. А вам когда двадцать пять исполнится?

Дама внезапно пунцово покраснела: наконец до нее дошло – писатель издевается. И все же она нашла силы спокойно и достойно ответить:

– Уже никогда. Я старше Алисы Шабановой, хотя до возраста Мишел Майлз мне далековато.

В очередной раз Николай убедился, что в России о нем известно все.

А чиновничья жена, оказавшаяся не такой уж тупой, попыталась уколоть его еще раз:

– Кстати, почему вы прилетели один? Не смогли упросить свою подругу посетить Россию вместе с вами?

– Она провожала меня в аэропорту. Очень хотела полететь, но я отговорил: сейчас Стивен Спилберг снимает фильм по моему сценарию, где у Мишел главная роль. Даже день отсутствия на съемочной площадке грозит гигантскими неустойками. А расставаться тяжело даже на время: Мишел плакала, просила меня остерегаться русских женщин. Она, кстати, только что звонила, и вы могли слышать нашу беседу.

– Я не прислушиваюсь к чужим разговорам, – покачала головой дама и снова покраснела.

Но тут затренькал ее собственный мобильник. Дама проверила номер телефона абонента и поднесла трубку к уху.

– Я на пляже… Хорошо, хорошо… Постараюсь не скучать. Завтра вечером прилечу. Бай!

Отключив сотовый, она посмотрела на Николая и улыбнулась.

– Это мой муж звонил. Сказал, что его вызвали в Москву. Кстати, и ваш отец с ним летит. Оставляют нас тут одних.

Торганов не поверил: отец наверняка предупредил бы, что собирается его покинуть. Видимо, дама что-то напутала. И тут раздался звонок от Александра Михайловича.

– Мне на московскую квартиру с курьером прислали новые материалы, необходимые для доклада. Так что я срочно вылетаю домой. А ты уж отдохни без меня.

– Ну, и что мы будем делать? – спросила чиновничья жена.

Тут Николай вспомнил о принесенных им на пляж бутылочках пива, открыл одну и протянул даме.

– Пить пиво. А там – посмотрим.

Вечер они провели в беседке возле коттеджа, в котором теперь обитал один Торганов. Пили водку и закусывали шашлыком по-карски, вареной осетриной, пирожками с белыми грибами и блинами с черной икрой. Дама намазывала икру на блин и, смеясь, угощала Николая из рук. Слегка захмелев, она стала веселой и разговорчивой. Коля опьянел быстро. Он откусывал от блинов, которые держала в руке дама, доходил до ее пальцев, и последний кусочек она нежно подталкивала к его рту ладошкой. Потом смахивала икринки с его губ и облизывала свои пальчики, делая это страстно и с явным удовольствием…

Утром они вместе приняли душ, потом вернулись в постель и провалялись до обеда.

Днем Светлана была такой же неутомимой, как и ночью.

А муж ее оказался одним из заместителей министра юстиции.

Домой возвращались вместе. В последний раз Николай посмотрел на озеро, думая, что никогда сюда не вернется. Потом внизу промелькнул старый монастырь, в котором размещалась теперь колония для преступников. Николай точно не знал, что это – «Черный дельфин» или «Серый лебедь», и все равно содрогнулся, когда разглядел маленький внутренний дворик, прикрытый сверху ржавой решеткой.

Расставаясь со Светланой, Торганов поинтересовался, есть ли у нее дети.

– Сын. Ему восемнадцать. Только что закончил первый курс и с друзьями махнул на Сейшелы. Впервые отдыхает без нас. Он всерьез увлекся дайвингом и виндсерфингом. А я теперь волнуюсь.