Всем по барабану! - Татьяна Луганцева

– Боря, ты о чем? Явно проститутку заказали в баньку. Да что, убудет с нее, что ли? У нее за день больше нас пройти может. А понравится – заплатим ей.

И тут Джон, сделав резкий выпад вперед, нанес «командиру» сокрушающий удар кулаком в челюсть, воспользовавшись тем, что от него явно никто нападения не ожидал. Мужик в красном как-то хрюкнул, хряпнул и откинулся назад, сшиб с ног своего товарища. Третий заорал диким голосом и, разбив бутылку о стену, кинулся на Джона с розочкой. Помещение моментально наполнилось противным запахом алкоголя. Элли испуганно прижалась к стенке. И вовремя, потому что Джон сделал молниеносное движение, перекидывая огромную тушу нападавшего через себя, схватив его за руку. Эта рука с розочкой хрустнула, безвольно повисла, «оружие» выпало из нее со звоном. Сам же мужчина застонал, валясь на пол. Джон подскочил к находившемуся в прострации мужчине, которого в начале драки сбил его же товарищ, и нанес ему несколько резких ударов. Противник затих на полу.

Джон встал – дыхание у него слегка сбилось – и осмотрелся.

– Ты в порядке? – спросил он у Элли. – Тебя не задели случайно?

– Д… да, в поряд-ке…

– Отлично! – Джон закурил, достав сигареты из кармана джинсов.

– Вот гад, – застонал негодяй с вывернутой и сломанной рукой.

– Тебе еще поддать или сам заткнешься? – обронил Джон.

– Сам. Мужик, ну ты и зверь. Как в боевиках…

– Заткнись!

– Не вызывайте полицию, а? Можно мы уйдем? И так все кости переломал… Мы ж пошутили!

– Извинитесь перед девушкой.

– Извините, мадам… мы пошутили… мы не хотели… – прошлепал парень разбитыми губами.

Элли с неприязнью посмотрела в его трясущееся и, как казалось, даже протрезвевшее лицо, на котором от боли выступили капельки пота. Она вспомнила угрозы нападавших подонков, разбитую бутылку с торчащими острыми гранями, направленными прямо в живую плоть Джона… Вот не верила она в его искреннее раскаяние, и все! Но и омерзительна была ей эта троица донельзя. И хотелось, чтобы убралась с глаз долой поскорее.

– Проваливайте отсюда! И руки-ноги свои не забудьте унести с собой! Сволочи! – крикнула она.

– А еще сунетесь – сядете, – нравоучительно добавил вслед Джон.

Мужчины, кряхтя и стеная, удалились.

– И нам тоже пора, – улыбнулся Джон, обращаясь к Элли.

– Я не ожидала, что ты их так лихо сделаешь, – призналась она.

– Я подготовлен к таким ситуациям. Не волнуйся, со мной ты в безопасности.

– Уже поняла… А если бы у них оказалось оружие?

– Оно тут же оказалось бы у меня, – невозмутимо ответил Джон. – А им я тоже неплохо владею, уж поверь.

– Охотно верю, – немедленно согласилась Элли. – По фильмам приходилось учиться?

– Самый лучший учитель – жизнь, – ответил мужчина. – Я ведь, кроме того что актер, еще и профессиональный спортсмен.

– Как я рада, что в этой ситуации именно ты оказался здесь! – вздохнула Элина, беря спутника под руку.

Она вообще после перенесенного стресса была сейчас очень покладиста и готова следовать за ним по пятам.

Пара вернулась в главный корпус, и Джон выговорил администратору:

– Охрана у вас ни к черту! Почему, если ваши гости парятся в бане, к ним могут проникнуть любые бандиты с улицы?

– Это, наверное, дачники с общего пляжа, – почесал затылок портье.

– Мне, если честно, все равно, кто к нам заглянул и чуть не убил. Вы, наверное, хотите проблем с правоохранительными органами? Кстати, незваные гости еще и дверь выломали, так что можете идти чинить. Лично я не собираюсь. И кровь там вытрите!

Работники гостиницы испугались не на шутку и засуетились, забегали, явно желая уладить ситуацию. В номер Джона доставили цветы, бутылку шампанского в ведерке со льдом и вазу с фруктами. Актер уже кинул себе одеяло с подушкой на узенький диванчик, готовясь ко сну.

– А я бы выпила немного… – робко сказала Элли, клацая зубами до сих пор.

Джон подозрительно осмотрел бутылку.

– Не думаю, что вино хорошее.

– Это наше обычное шампанское! Российское!

– Шампанское может быть только из провинции Шампань, – нравоучительно произнес звезда Голливуда.

– Зануда! Ладно, пусть это будет просто игристое вино. Так сойдет?

– Как скажешь, боевая подруга, – хитро посмотрел на нее Джон и вынул из буфета два стакана. – Извините, мадам, хрустальных бокалов здесь не имеется.

– Хватит ерничать! Открывай уже… не знаю, как назвать… Выпить хочется!

– Не пугай меня. Слышать из уст симпатичной молодой женщины в одиннадцатом часу ночи: «Выпить хочется!» – более чем странно. Моя племянница, часом, не увлекается алкоголем?

– Тоже мне – дядюшка из Америки… Кстати, у нас был такой фильм – «Американский дедушка». К чему это я?

– Вот и я не знаю. До дедушки мне еще далеко, для начала неплохо бы стать отцом.

– Чего ж до сих пор не стал? – удивилась Элина.

– Некогда было.

– Дело нехитрое.

Джон рассмеялся.

– Нет, коротких моментов между репетициями и съемками у меня, конечно, было предостаточно, но детей так вот всуе не делают. А ты почему без семьи?

– Почему ты решил, что я без семьи? Ведь ничего же не знаешь обо мне!

– Я женщин вижу насквозь. Не в курсе, была ли ты замужем, но на то, что сейчас ты одна, могу даже поспорить.

– Это называется рентген, когда насквозь… Твоя взяла, я не замужем. Но ты ушел от ответа. Я – обычная тетка не первой молодости, за моим вниманием очереди не выстраиваются. А вот ты – звезда, у тебя миллионы поклонников.

– А я устал от их очередей, и… Класс! – остановился Джон, сняв фольгу с горлышка бутылки. – Первый раз вижу в шампанском пластиковую затычку…

Тут настала очередь смеяться Элли.

– Такие вот у нас пробки… А ты привык, чтобы они были из пробкового дерева? С клеймами восемнадцатого века?

– В основном да.

Джон откупорил бутылку и понюхал содержимое. Его красивое лицо скривилось.

– Дешевое вино, газированное углекислым газом, а не собственным, которым должно доходить шампанское, – прокомментировал он.

– А ты винодел?

– Есть пара виноградников для частного использования. И друг мой, мой бывший продюсер, серьезно увлекается этим делом. В винах я разбираюсь, можешь не сомневаться.

– Я и не сомневаюсь. Ты меня убил уже! – Элина хмуро подставила под струю шампанского свой стакан.

– Чем я тебя убил? Обаянием?

– Самомнением, – поддразнила его Элли и отхлебнула большой глоток.