Пикник на Млечном пути - Ольга Володарская

Основную массу посетителей «Млечного Пути» уже отпустили. Осталось человек шесть, в число которых входил Соль. Что неудивительно, ведь он был не просто человеком с улицы, а потенциальным покупателем клуба. Об этом представителям следствия наверняка сообщил секретарь Доры Ренат.

Саша встал и последовал за полицейским. Голова все еще болела, но уже не так сильно. Остатки боли мог снять аспирин, вот только вряд ли он получит его сейчас, даже если попросит.

– А мы куда? – поинтересовался Саша у своего провожатого.

– В «терракотовый» зал, – ответил полицейский охотно. – Пришлось дверь взломать, потому что ключей не нашли, а свободных помещений для допросов не хватает.

– Прямо пещера Аладдина.

– Не говорите. Оказывается, покойная хозяйка этот зал только лично отпирала и запирала. И я бы понял, будь там антикварная мебель или произведения искусства, как в ее кабинете, но ведь обычное помещение…

С этими словами он толкнул двери, что вели в зал, и пригласил Сашу войти.

Соль переступил порог, огляделся.

Он ожидал другого! Совсем…

Думал, здесь все в красно-коричневой гамме, ведь зал называется «терракотовым». Но ничего подобного!

Да, эти цвета присутствовали, но фрагментарно. Пол был черным, стены синими, потолок дымчато-серым.

– Не самое удачное оформление банкетного зала, не правда ли? – услышал Саша глубокий бас.

Соль кивнул. Да уж! Не самое…

Мебель, как и пол, черная. Видимо, дизайнер хотел, чтоб казалось, будто она вырастает из «земли». В потолок вмонтировано множество лампочек разного калибра. И если они символизировали мириады звезд, то Саша оказался сейчас на какой-то неизведанной планете. Причем прошедшей через апокалипсис.

– Я как-то был в похожем помещении, – сказал Соль, пройдя к столу, за которым сидел очень крупный мужчина с копной седых волос. – Но то был какой-то кафешоп[1]в Амстердаме.

– Я бы назвал этот зал «готическим», но никак не «терракотовым».

– Ой, а я понял! – воскликнул Соль. – Видите котов? – Он указал на пару напольных светильников в виде сидящих сфинксов. – Терра ведь земля по-латыни? И это земля котов. Терракотовый зал.

– Тот, кто это придумал, точно посещал кафешопы Амстердама. Присаживайтесь. – Басовитый указал на стул. – Я старший уполномоченный Бах.

– Бах? – переспросил Саша.

– Да, я ваш брат по несчастью… Или счастью, это с какой стороны посмотреть. В общем, мы оба, господин Соль, обладатели незаурядных фамилий.

– А зовут вас…

– Андрей Григорьевич.

– Очень приятно.

Опер хмыкнул. Он был еще молод, пожалуй, ровесник Саши, возможно, постарше на два-три года. Но волосы, как у Гендельфа из «Властелина колец», ставшего белым колдуном. Снежные просто-таки. А глаза темные, живые. И лицо гладкое. Одет полицейский был очень хорошо. Брюки Саша не рассмотрел, но рубашка и ботинки приличные. И то и другое итальянское. А часы, обхватывающие запястье, швейцарские. Не самой крутой марки, но очень достойные. Соль не ожидал увидеть перед собой такого «тюнингованного» опера.

– Скажите, Александр Иванович, что вас привело сегодня в «Млечный Путь»? – начал задавать вопросы Бах.

– Вы же сами знаете.

– Нет, не знаю. – И взгляд такой непроницаемый, что не поймешь, правду говорит или лукавит.

– Тогда почему мурыжили меня так долго, хотя другие посетители клуба уже по домам разъехались?

– Вы гость госпожи Эленберг.

– То есть о том, что я хотел купить клуб, вы не в курсе?

– Нет. Секретарь покойной сказал, что у вас была деловая встреча с начальницей, но по какому вопросу, он не в курсе.

«Черт!» – Ругнулся про себя Соль.

Сам себя и вложил!

Но с другой стороны, полицейские наверняка раскопали бы эту подробность рано или поздно, и тогда ему же хуже было бы.

– Дора Эдуардовна искала покупателей на свой клуб, и я изъявил желание его приобрести. Мы с моим адвокатом Сулеймановым… Кстати, где он?

– Беседует с моим коллегой.

– Разделили нас? Умно. Так вот, мы с ним явились, чтобы обсудить детали предполагаемой сделки.

– И что же?

– Госпожа Эленберг провела со мной беседу, похожую на ту, что мы с вами ведем сейчас…

– Вы что имеете в виду?

– Она меня прощупывала. Задавала каверзные вопросы, следила за реакцией и так далее… – Саша огляделся. – А водички поблизости нет? Пить очень хочется.

Бах вынул из-под стола запечатанную бутылку минеральной воды и протянул Саше.

– Спасибо, – поблагодарил тот. – А таблеточки от головы не найдется?

– Увы, нет.

– Жаль. – Соль открутил крышку и с наслаждением стал пить. Газированная, он не любил такую, но сейчас готов был и к крану в туалете припасть. Повар заведения был явно в кого-то влюблен – пищу пересолил, и теперь Александра мучила жажда.

– Так что сделала госпожа Эленберг, прощупав вас?

– Попросила на размышление два часа, по истечении которых обещала дать мне ответ.

– Вы на какой рассчитывали?

– На положительный.

– А если бы получили отрицательный?

– Расстроился бы немного, конечно, мне заведение нравится, я хочу его приобрести, но на нет и суда нет.

– И не стали бы давить?

– Разве что поднял бы немного цену.

– Или пригрозили?

– Андрей Григорьевич, я вас умоляю. Я солидный бизнесмен. Закон не нарушаю. Даже десять лет назад, когда мы только начинали с партнером дело, никаких рейдерских атак на предприятия не устраивали. Ничего не захватывали. Никому не грозили. Все производства были куплены по-честному. А тут – какой-то клуб, пусть и популярный. – Саша допил воду, но жажда не прошла. Сейчас бы ее утолить кваском домашним. Кисленьким, ядреным. – И потом, от смерти госпожи Эленберг я только проигрываю. Теперь я не смогу заполучить клуб как минимум полгода. Кстати, еще не выяснили, кто наследник?

Бах пропустил вопрос мимо ушей и задал свой:

– Как давно вы знакомы с госпожой Эленберг?

– Часа четыре или чуть больше.

– То есть до сегодняшнего дня…

– Не имел чести.

– Но в «Млечном Пути» бывали?

Ага, кто-то узнал и доложил!

– Да, один раз. Тогда-то и проникся симпатией к этому месту.

– Как Эленберг себя вела во время встречи?