Дело о трех рубинах - Георгий Персиков

Колеса вагонов мерно стучали по рельсам, слегка подпрыгивая на стыках. Чахлые рощицы, покосившиеся домишки, будки станционных смотрителей – унылые картины проплывали за запыленным окном.

Георгий, Борис и Мария ехали не только в отдельных купе, но и в разных вагонах – не стоило привлекать к себе пристального внимания. Тесная разнополая компания всегда вызывает интерес и рождает пересуды. Встречались они только в вагоне-ресторане – да и то как будто случайно.

Там они каждый раз делано удивлялись тому, что пришли к завтраку, обеду или ужину в одно время, перекидывались какими-то малозначащими светскими фразами, чтобы усыпить бдительность шпионов, если таковые следовали за ними, и только потом приступали к обсуждению дел.

В чемоданах у каждого была тщательно спрятанная под одеждой и прочими не привлекающими внимания безделушками путешественников кипа папок, выданных им в управлении военного министерства.

Архивариус из отдела разведки – седой, чуть заикающийся, но сохранивший идеальную военную выправку, – пересчитывая папки, заметил:

– Ост-торожно т-только, п-пожалуйста. К-копий, к-как вы п-понимаете, у н-нас н-нет.

– Если операция провалится, то и оригиналы будут вам ни к чему, – кисло усмехнулся Борис.

Архивариус внимательно посмотрел на него, а потом потряс скрюченным артритным пальцем прямо перед его носом:

– Э, н-нет, м-молодой человек! Д-даже если оп-перация п-провалится, было бы в-весьма х-хорошо, чтобы в-вы в-вернули эти б-бумаги обратно. К-кое-какие из н-них п-подороже иного ч-человека с-стоят.

– Ну, если операция провалится, то мы трупы, – попытался пошутить Родин-младший. – Как же мы тогда вернем?

– А это уже в-ваши п-проблемы, – серьезно ответил архивариус. – Н-но с-сдать д-должны п-по описи.

– Эй! – Борис пощелкал пальцами перед глазами задумавшегося Георгия. – Эй, ты тут?

Мария насмешливо смотрела на них из-за книги, которую якобы читала.

– Ах, да-да, – смутился Георгий. – Я так… просто.

– Прекрасно! – развел руками старший брат. – Ты так просто, а я тут распинаюсь сейчас, заливаюсь соловьем в пустоту.

– Извини, извини… Давай еще раз.

Борис покачал головой:

– Слушай, ну нельзя же быть таким рассеянным. Тут каждый факт может оказаться жизненно важным, а ты витаешь где-то.

– Да не витаю я, – обиделся Георгий. – Я все помню. Ты едешь в Лондон, наши аналитики подготовили почву, чтобы ты внедрился в местную ложу вольных каменщиков. Масоны сейчас особенно активны в тайной политике, поэтому необходимо иметь там своего человека. Кроме этого, есть опасения, что они напрямую влияют на английского короля и парламент. Если это так, то ты должен, как можно быстрее прощупав почву, повлиять на власть предержащих, чтобы Россия получила отсрочку в войне.

– Молодец, – кивнул Борис. – Только ты об этом еще вчера знал. Сейчас-то я что говорил?

– Про масонов, – припомнил Родин.

Борис вздохнул:

– Ладно, заново. Итак. Объединенная великая ложа Англии – старейшая масонская ложа в мире. Ее великий мастер – обязательно член королевской семьи. Предыдущим был как раз сам Эдуард VII. Это традиция, поэтому и сейчас управляет ею кто-то из дворца. Не обязательно, кстати, король, и, может быть, даже и лучше, если это не король. Мне так спокойнее будет.

Борис почесал подбородок и задумчиво посмотрел в окно.

– Про масонов, как я понимаю, ты мало знаешь. Ладно, лишней информации давать тебе не буду, чтобы не перемешалось в голове ничего. Есть версия, что масоны произошли от самих тамплиеров, другие говорят, что над ними поработал орден розенкрейцеров… В любом случае возникли они не на пустом месте. И лично мне кажется, что эта история, что, мол, вольные каменщики, строительное братство, – на самом деле всего лишь красивая легенда. Не могли бы обычные каменщики так хорошо запустить свои щупальца в политику.

Он вздохнул.