Мука разбитого сердца - Борис Акунин

Было очень удобно взять болвана сбоку двумя пальцами закадык, выдернуть из дверного проема и швырнуть со ступенек вниз, ну а тамклиента принял Васька Булошников. Кулачина у него – никакой свинчатки не надо.

Ничего так получилось, довольно тихо. А главное, дверьтеперь была открыта.

Туда-то Никашидзе и ввинтился.

Богато, но скучно, определил он про себя убранство дома.

Дубовая обшивка, тусклые картинки на стенах, всюду цветы вгоршках и кадках. Ну да – ведь Зоммер ботаник, любитель экзотических растений.

Наверх вела лестница с ковром тоскливой расцветки. Никашидзеподумал, что когда ему надоест лихая служба и он женится на богатой невесте, вдоме у него всё будет не так. Жить надо ярко, красиво, с блеском, с позолотой.Если ковры, так не черно-бурые, а желтые, красные и голубые.

– Не суйтесь! Не ваша работа! – шикнул он на своихнапарников, которым тоже не терпелось попасть в дом.

Еще наделают шуму, черти косолапые.

Никашидзе прислушался.

Откуда это бубнеж доносится?

Ага, из-под лестницы!

Прошуршав каучуковыми подошвами по ковру, «волкодав» замер уприоткрытой дверцы, за которой находилась комната – очевидно, предназначеннаядля охраны.

Там находились двое. О чем они говорят, Никашидзе понять немог, но по мелодичности речи догадался, что это итальянский.

Очень осторожно заглянул внутрь.

Один чернявый, рубаха расстегнута на волосатой груди, из-подмышки торчит рукоятка «маузера». Другой наклонился над столом, читает газету.Кобура на поясе, застегнутая. Да хоть бы и расстегнутая, это ничего бы неизменило. Не надо поворачиваться спиной к двери, когда находишься в карауле.

Агент сделал три быстрых шага. Чернявого рубанул ребромлевой по уху, второго успокоил ударом свинчатки. Никашидзе одинаково хорошовладел обеими руками.

Посчитал улов. Двое в саду, трое здесь. А всего должно бытьшестеро. Где последний?

Специалист по захватам вернулся в прихожую. Позвал шепотом:

– Булка! Сюда!

Ткнул пальцем в сторону каморки. Это было работойБулошникова: еще раз, для верности, стукнуть огдушенных охранников; связать,засунуть кляпы и отнести в сад, к остальным.

Тем временем Никашидзе взлетел по лестнице на второй этаж.

На площадке пустые кресла. Дальше коридор, двери. Однаоткрыта.

Вот он шестой, голубчик. Сидит, чаечек пьет. Ну-ну,приятного чаепития.

С последним «волкодав» особенно осторожничать не стал. Вошелв дверь спокойно, не крадучись, поглядел охраннику в ошеломленные глаза – ивлепил точнехонько между ними.