Как стать вдовой? - Мария Жукова-Гладкова

И тут я услышала дикий вопль. Потом еще один. Орала моя свекровь, вероятно, в своей каюте. Старший поморщился. Потом раздался громкий голос Славика (словно он выступал на митинге), но он как-то резко замолчал, словно захлебнулся, потом они заорали вместе со свекровью. Аньки больше не было слышно, как и никого другого из пассажиров или команды.

На пиратском судне я не видела никого, кроме двух встречавших меня типов – ни членов пиратской команды, ни наших.

Меня повели куда-то вниз, причем один тип шел впереди, второй – позади меня. Отдать должное, меня не толкали, не пихали, надо мной никак не издевались. Ко мне даже не прикасались. И не разговаривали. Но и так все было понятно.

Довольно скоро (судно-то было небольшое) мы оказались у люка, идущий впереди тип открыл крышку и жестом показал, что мне следует отправляться вниз. Я увидела лестницу. Но рассмотреть смогла только первые ступени, дальше она (и все помещение) были погружены во тьму.

– Свет? – спросила я на английском.

Тип на что-то нажал, и в помещении, куда мне предстояло спуститься, загорелась тусклая лампочка. Я ступила на лестницу. Люк над моей головой захлопнулся. И свет вскоре тоже погас. Но я успела заметить, что меня сюда привели не первой.

В трюме (а это явно был трюм, предназначенный для перевозки грузов, вероятно, мешков и коробок) уже сидели члены команды яхты, на которой я путешествовала до недавнего времени. На лице капитана расплывался огромный синяк, пара зубов отсутствовала. Первый помощник вообще лежал на полу, отвернувшись к стене.

Члены команды успели заметить, что к ним спускаюсь я, и несколько человек, включая капитана, подскочили к лестнице, чтобы встретить меня и помочь мне не свернуть шею.

– Миссис Валерия, с вами все в порядке? – спросил капитан.

Вначале он обращался ко мне по фамилии – миссис Шубакова, но мне это не нравилось, просто по имени он меня называть отказывался, мы остановились на «миссис Валерии». Я его называла «капитан Джон». С первым помощником, Франсуа, мы использовали только наши имена. Но он был французом, и этим все сказано.

Никого из русских ребят из службы безопасности моего мужа я в трюме не успела заметить. Хотя, возможно, они тут находились. Свет-то недолго горел.

В общем, я оказалась внизу.

– Здесь вся команда? – спросила я у капитана.

– Нет, миссис Валерия. И должен сказать, что очень рад видеть вас здесь. Я не думал…

Он замолчал.

– Договаривайте.

– Это пираты.

– Я поняла.

– Обычно они действуют по-другому. Перед тем, как отправиться в эти воды, я изучил всю доступную информацию. Я был против. Я предупреждал вашего мужа. Я с ним ругался. Но… Он сказал, что готов рискнуть своими деньгами.

Капитан на мгновение замолчал, потом снова быстро заговорил:

– Понимаете, они обычно действуют по-другому!

– Как именно?

– Они не переводят людей на другой корабль! Они забирают и корабль, и людей, и груз! Потом ведутся переговоры с владельцами и страховой компанией. Пираты получают деньги – и людей отпускают. И судно возвращают, и груз, если не испортился и остался. Грузы у них часто разворовывают. Но у нас груза в любом случае не было.

– Но, может, они оставят часть людей на яхте…

– Там не осталось никого из команды.

– Но пираты – моряки. Они смогут управлять яхтой. Кстати, а где русские, которые были на яхте?

– Из службы безопасности? Не знаю. Здесь никого из них нет.

Мне это совсем не понравилось…

– Почему? – спросила я.

– Я не знаю, – ответил капитан Джон.

Мы с ним разговаривали тихими голосами, сидя в одном углу.

– А вы оказывали сопротивление, капитан Джон? – спросила я.

– Нет. Меня ударили для острастки. Для профилактики.

В его голосе слышалась усмешка.

– Как вы думаете, русские живы, капитан Джон? – спросила я.

– Я не знаю. Но вся моя команда здесь.

– Вся? До последнего человека?

– Нет одного человека. Но вы про него знаете, миссис Валерия. Ведь мистер Игорь прибегал ко мне на капитанский мостик, чтобы рассказать про вашу находку. Значит, в команде был предатель. Я понял кто. И в этом трюме снова в этом убедился. Он мне сразу же не понравился, но за него ручалась мисс Анна. Я не мог отказать.

Я глубоко задумалась. Никто из команды не оказал пиратам сопротивления – знали, как нужно себя вести, чтобы остаться в живых и пострадать по минимуму. Пираты действовали глубокой ночью. Я крепко спала – в особенности после приключений предыдущего вечера. Я не слышала, как яхту брали штурмом, как команду перегружали с одного судна на другое. Но неужели все русские ребята погибли? Оказали сопротивление, так как не могли позволить взять себя в плен, и… Мне не хотелось в это верить.

И где же Володя с няней Любашей? Где Аня? Где свекровь со Славиком? Хотя они-то меня волновали меньше всего. Но был еще англичанин, обучавший меня экономике, и Вовина гувернантка.

На часть вопросов я вскоре получила ответ.

Люк наверху лестницы раскрылся, и по ступеням вниз стали спускаться гувернантка и экономист. Для них тоже зажгли свет, и им, как и мне, позволили взять какие-то вещи. Они не высказывали возмущения, они были абсолютно спокойны. Но это были настоящие англичане. Хотя я, признаться, тоже не психовала. Да, вначале было страшно, а сейчас… не очень. То есть почти совсем не страшно. Мне объяснили, как обычно действуют пираты. Я нахожусь с командой яхты. Моряки, в общем-то, все спокойны. Так что зря психовать? Или это сказывалась моя флегматичность вне помоста и сцены? Или мой пофигизм?

Я только подумала о ребенке. Я надеялась, что с ним все будет в порядке. Я сделала для него все, от меня зависящее. И ведь он сейчас находится с человеком, которому я доверяю…

– Доброе утро! – поприветствовала я экономиста и гувернантку внизу лестницы.

– Валерия? – удивленно спросил мой преподаватель экономики. – Вы здесь?

– Миссис Шубакова? – не меньше его удивилась обычно невозмутимая гувернантка.

Капитан попросил своих соотечественников рассказать, каким образом они оказались вместе с нами в этом трюме. Что с ними произошло с момента пробуждения до спуска по этой злосчастной лестнице, на которой можно сломать шею?

Оказалось, что с этими двоими англичанами произошло примерно то же, что и со мной. Правда, они оба были не одеты, когда к ним в каюты ворвались непрошеные гости. Но им обоим позволили одеться (правда, мужчины не выходили, когда одевалась немолодая дама!) и взять часть вещей. Экономист очень возмущался, что пришлось оставить книги.

– Миссис Шубакова, что будет с яхтой? – спросила у меня гувернантка.