Как стать вдовой? - Мария Жукова-Гладкова

– Может, он теперь из-за вас увеличит сумму выкупа? Будет требовать больше с ни в чем не повинных судовладельцев для компенсации нанесенного русскими морскими пехотинцами ущерба?

– Пусть требует, – пожал плечами Игорь. – Я думаю, что в ближайшее время все страны, корабли которых осуществляют боевое патрулирование в этом регионе, еще усилят здесь свое присутствие.

– То есть будет больше кораблей?

– Да. И они будут сопровождать торговые суда.

– А расходы?

– Точно не могу сказать. Но, наверное, будут в конечном счете включаться в цену товара. Цена на нефть поползет вверх.

– А нефть тут при чем?

– Лера, ты столько всего знаешь, а про нефть не в курсе?

– Что я должна знать про нефть?

– Больше тридцати процентов всех перевозок нефти проходит через Аденский залив.

– Да, это я слышала, – вспомнила я. – Вроде бы даже от тебя.

– Но нам – в смысле России – этот подъем цен на руку. Кстати, танкеры в основном обстреливают не люди шейха, а пять основных – или изначальных – пиратских банд, которые, так сказать, вышли в море, чтобы заработать себе на жизнь.

– Шейх не берет нефтяные танкеры?

– Берет, но, если так можно выразиться, для личного потребления. Вообще, его другие грузы интересуют. И к тому же он в последнее время больше по людям специализируется, а не по грузам. Нужно отдать должное, разведка у него поставлена на очень высоком уровне. Да и другие пираты в этом деле тоже поднаторели. Вспомни любовника твоей падчерицы.

– Кстати, где он?

– Понятия не имею.

– Но его не выбросили за борт?

– Кто? Пираты? Зачем? Кадр ценный, еще явно пригодится… У них не так много народу, пожившего в Европе. Он или опять отправился во Францию, или отдыхает в родном доме с многочисленными родственниками. А может, прямо сейчас уже в море. Лера, забудь про него. Он – наименьшая из твоих проблем.

– А кто или что наибольшая?

– Юрий Владимирович.

– А у тебя?

Игорь задумался.

– Скорее всего, шейх, – наконец сказал он.

– Думаешь, он будет тебе мстить?

– Не исключаю.

– А Юрий Владимирович?

– Юрий Владимирович побоится.

«У тебя есть на него такой компромат, что он не осмелится открыть рот?» – хотела спросить я, но не успела, или Игорь просто не позволил мне задать больше ни одного вопроса. Он накрыл мои губы своими и заставил забыть о муже, с которым я пока не была разведена, о шейхе, которого я никогда не видела, пиратах, российских моряках, моих родственниках, вообще обо всем.

На российском корабле разгорелся дикий скандал. Его устроили две русские бабы, которых спасли моряки, но бросил на произвол судьбы представитель службы безопасности. Они грозили на него нажаловаться отцу и сыну. Они грозили ему всеми карами небесными. Но ему явно было на них наплевать.

– Как ты с ними работаешь? – покачал головой командир корабля.

– А я с ними не работаю, – ответил русский парень, имевший дядю-генерала и великолепную подготовку в элитных войсках. – И надеюсь больше никогда в жизни не видеть ни одну, ни другую.

– А третью? – улыбнулся командир корабля. – О третьей у меня сложилось самое лучшее впечатление.

Русский парень кивнул.

– Она им – не кровная родственница. Она – другая.

– Ты в курсе, что она сама спаслась?

– Ваши моряки уже рассказали. Это ваши уже все знают. Я восхищен, но не удивлен. А эти две не смогли бы.

– Кстати, что хотел их отец и сын? – спросил командир корабля.

– Думаю, что больше никогда их не видеть. У меня не было по ним конкретного задания.

– А какое было, ты, конечно, не скажешь.

– Конечно, нет, – усмехнулся русский парень.

– За моих ребят тебе спасибо. За наших ученых спасибо. Кстати, трое с научно-исследовательского судна находятся на олигархической яхте. Это мелкие сошки. Пусть на ней и плывут, а потом дают интервью кому хотят. А всех, кого вывел ты, мы заберем сами. Их лучше никому не показывать.

– Потому что они – наше национальное достояние?

– Я не даю интервью и не отвечаю на все заданные вопросы, – заметил российский командир корабля вместо ответа. – И ты не даешь и не отвечаешь. И не высовываешься. Есть немало людей, для которых лучше не показывать свои лица непосвященным. Не придется лишний раз врать и вилять. Ведь ты сам живешь по таким принципам. Я даже не спрашиваю, на кого ты в самом деле работаешь. Ведь все равно не ответишь. Мы в этой операции помогли друг другу. Отлично. Может, еще когда-нибудь встретимся…