Пять красных селедок. Девять погребальных ударов - Дороти Ли Сэйерс

– Да, – кивнул лорд Питер Уимзи, насыпая цыплятам корм и погружаясь в размышления.

Все утро он провел за расшифровкой послания, а когда сообразил, что пабы уже открылись для приема посетителей, отправился в «Красную корову», чтобы пропустить пинту пива.

– Горького, милорд? – осведомился мистер Доннингтон.

Но Уимзи ответил, что не сегодня. Для разнообразия он собирался выпить бутылочку пива «Брасс».

Мистер Доннигтон поставил на стойку бутылку, заметив, что милорд найдет напиток очень качественным.

– Качество – это девять десятых успеха, – кивнул лорд Питер. – Но многое зависит от розлива. Кто ваш поставщик?

– Григгс из Уолбича. Очень надежный человек, так что мне жаловаться не на что. Да вы попробуйте сами. Хотя уже по одному виду становится ясно. Прозрачное как слеза. Нужно подбирать опытных работников, скажу я вам. Работал у меня один парень. Ну никак не мог запомнить, что «Брасс» нужно хранить горлышками вверх, как и «Стаут». Так нет же, постоянно переворачивал. Сам я так никогда не сделаю, да и вам не советую. Бутылки с «Брассом» должны стоять вертикально, и встряхивать их нежелательно.

– Совершенно с вами согласен, – промолвил Уимзи. – Пиво отличное. Ваше здоровье! Не хотите выпить за компанию?

– Благодарю вас, милорд. Не откажусь. Смотрите, – произнес мистер Доннингтон, поднимая стакан с пивом к свету. – Прекрасно выглядит. Да вы и сами это видите.

Уимзи поинтересовался, заказывает ли мистер Доннингтон бутылки емкостью в кварту.

– Нет, не заказываю, – ответил тот. – А вот Том Теббат из «Снопа пшеницы» – да. Григгс поставляет пиво и ему. Кое-кто предпочитает кварты, но в основном мы торгуем разливным. Хотя некоторые фермеры заказывают бутылочное пиво на дом. В прежние времена почти у каждого была своя пивоварня. На многих фермах до сих пор стоят большие медные бочки. Местные по-прежнему коптят бекон. Например, мистер Эштон. Он вообще не любит всяческие нововведения. Только вот из-за этих сетевых магазинов и бакалейных лавок, где все продается в консервных банках, хороших продуктов домашнего производства уже не найдешь. А как выросли цены на корм для свиней! Я вам так скажу: фермеры нуждаются в защите. Меня самого воспитали как сторонника свободной торговли, но времена изменились. Не знаю, задумывались ли вы когда-нибудь о подобных вещах, милорд. Вероятно, вы с ними не сталкивались. Простите. Наверное, вы заседаете в палате лордов. Гарри Гоутубед сказал, что это так. А я усомнился.

Уимзи объяснил, что не настолько компетентен, чтобы заседать в палате лордов, и тогда хозяин паба с удовольствием заметил, что в таком случае могильщик должен ему полкроны. Пока он записывал эту информацию на листке бумаги, Уимзи выскользнул из заведения и направился в «Сноп пшеницы».

Там, поговорив с хозяйкой, лорд Уимзи разжился списком хозяйств, куда регулярно поставлялось пиво «Брасс» в квартовых бутылках.

Большинство ферм располагалось на значительном расстоянии от деревни, однако, немного подумав, миссис Теббат упомянула имя, заставившее Уимзи насторожиться.

– Уильям Тодей заказывал несколько бутылок, когда приезжал Джим. Он славный малый, этот Джим Тодей. Живот от смеха надорвешь, когда начинает рассказывать о заморских странах. Джим привез Мэри попугая. Я не раз говорила ей, что эта птица – плохой пример для детей. Если бы вы слышали, что он сказал на днях нашему священнику! Я не знала, куда глаза девать. Хорошо, что святой отец многого не понял. Он настоящий джентльмен, наш мистер Венаблз, не то что его предшественник. Нет, тот был добрым человеком. Только вот отличался от нашего нынешнего священника. Ходили слухи, будто он сквернословил. Он был слаб здоровьем. «Делайте так, как я велю, но не делайте то, что делаю я». Вот что он обычно говорил на своих проповедях. У него всегда было красное лицо. А умер он совершенно неожиданно. У него случился удар.

Уимзи тщетно пытался вернуться к разговору о Джиме Тодее. Однако миссис Теббат погрузилась в воспоминания о прежнем священнике, и лорду Питеру удалось выбраться из заведения лишь через полчаса. Вскоре он подошел к дому Уильяма Тодея. Бросив взгляд в глубь сада, Уимзи заметил Мэри, которая развешивала белье, и ринулся в лобовую атаку:

– Надеюсь, вы простите меня, миссис Тодей, за то, что заставляю вас вспоминать о неприятном эпизоде вашей жизни. Собственно, копаться в прошлом порой не слишком приятно. Но когда в чужой могиле обнаруживается неопознанный труп, поневоле призадумаешься.

– Ваша правда, милорд. И если я могу чем-нибудь помочь, то непременно помогу. Но я уже говорила мистеру Бланделлу, что ничего об этом не знаю и не представляю, как он туда попал. Он спрашивал меня о вечере субботы. Я долго вспоминала, не увидела ли чего-нибудь странного, но так ничего и не припомнила.

– Вы знаете человека, назвавшегося Стивеном Драйвером?

– Да, милорд. Он работал у Эзры Уайлдерспина. Я видела его раз или два. На дознании говорили, будто бы это его труп.

– Это не так.

– Не так, милорд?

– Да. Дело в том, что мы нашли этого Драйвера, он все еще жив и от всего отпирается. Вы видели его до появлении в деревне?

– Нет.

– И он вам никого не напомнил?

– Нет, милорд.

Казалось, Мэри отвечает честно и откровенно. Во всяком случае, Уимзи не уловил в ее голосе тревоги или настороженности.

– Странно, – произнес он. – А вот он утверждает, что сбежал из деревни, испугавшись, что вы его узнаете.

– Неужели?

– Вы слышали, как он разговаривает?

– Нет, милорд.

– Предположим, он избавился бы от бороды. Без нее он никого вам не напомнил бы?

Мэри покачала головой. Как и большинство простых людей, она была лишена воображения.

– Ладно. А вот этого человека вы узнаете? – Уимзи достал из кармана фотографию Крэнтона, сделанную в то время, когда пропали изумруды.

– Этого? – Миссис Тодей побледнела. – Да, милорд. Это Крэнтон. Человек, забравший ожерелье и отправившийся в тюрьму в то же время, что и… мой первый муж, милорд. Полагаю, вам об этом известно. Отвратительное лицо! Мне даже стало нехорошо. – Она опустилась на скамью и снова уставилась на фотографию. – Но ведь это не… Драйвер?

– Он самый, – подтвердил Уимзи. – Вы не знали?

– Нет, милорд. Да если бы я знала, что это он, то непременно подошла и поговорила бы с ним, будьте уверены! Вытрясла бы из него, куда он подевал изумруды. Видите ли, милорд, именно из-за него мой муж отправился в тюрьму. Ведь Крэнтон утверждал, будто забрал ожерелье себе. Бедный Джефф! Его наверняка совратили с пути истинного, а все по моей вине. Я слишком много болтала, и как бы ни горько мне было это признавать, он действительно взял ожерелье, но себе не оставлял. Все это время оно находилось у Крэнтона. Если бы вы знали, милорд, как тяжело нести этот крест, осознавать, что находилась под подозрением. Присяжные мне поверили, и судья тоже. Но некоторые люди до сих пор считают, что я принимала участие в краже и знаю, где спрятаны изумруды. Но я этого не делала, милорд. Если бы я знала, где отыскать ожерелье, то на четвереньках поползла бы в Лондон, чтобы вернуть его миссис Уилбрахам. Бедный сэр Генри так переживал из-за его пропажи. Полицейские обыскали наш дом, да я и сама обыскивала снова и снова…