Пять красных селедок. Девять погребальных ударов - Дороти Ли Сэйерс

– А вы не считаете, что это шифр?

– Стиль весьма своеобразный, но мысли изложены последовательно, как если бы это действительно было литературное произведение.

– Пожалуй, вы правы, Бантер. Язык и впрямь не слишком простой. И на шифровку не слишком похож. Кроме прилагательного «золотой» здесь нет ни одного слова, которое можно было бы считать ключевым. А вот описание месяца талантливо. «Такой хрупкий и бледный, точно изогнутая соломинка». Мне нравится. «А потом пришли менестрели с золотыми трубами, арфами и барабанами. Они играли очень громко и разрушили чары». Тот, кто писал это, явно обладает чувством ритма. Ле Фаню, говорите? Неплохая идея, Бантер. Это напомнило мне изумительный отрывок из «Руки Уолдера», где описывается сон дядюшки Лорна.

– Именно этот отрывок я и имел в виду, милорд.

– Да. Там говорится, что жертва была «вновь возвращена на поверхность, преодолев тысячу сто одиннадцать черных мраморных ступеней». Так ведь, Бантер?

– Из могилы, милорд. Совсем как наш неизвестный.

– Да. Далее автор пишет: «Земля разверзлась, и взору открылся Эреб. Смерть ждет меня в конце пути». О чем это?

– Не могу сказать, милорд.

– Слово «Эреб» встречается в отрывке из произведения Ле Фаню. Правда, там его написание немного отличается. Если писавший эту записку человек черпал вдохновение из произведения вышеозначенного автора, то наверняка знает, что у слова «Эреб» есть два способа написания. Все это любопытно, друг мой Бантер. Давайте съездим в Лимхолт и сравним два листка бумаги.

На болотах дул сильный ветер, гнавший огромные белые облака по голубому небу. Остановившись возле полицейского участка, Уимзи и его камердинер увидели Бланделла, садившегося в автомобиль.

– Приехали ко мне, милорд?

– Да. А вы хотели навестить меня?

– Да.

Уимзи рассмеялся:

– Какое совпадение. Что у вас?

– Нашли Крэнтона.

– Нет!

– Именно так, милорд. Он прятался в Лондоне. Мне доложили об этом сегодня утром. Судя по всему, он очень болен. Но теперь Крэнтон у нас в руках, и я намерен допросить его. Хотите поехать со мной?

– Очень! Давайте подкину вас до города. Сэкономим вашему ведомству деньги на железнодорожные билеты. К тому же на машине получится быстрее и удобнее.

– Благодарю вас, милорд.

– Бантер, телеграфируйте мистеру Венаблзу. Сообщите, что я уехал в город. Садитесь, старший инспектор. Вы увидите, насколько удобны современные средства передвижения, когда нет ограничения скорости. Хотя подождите. Пока Бантер отправляет телеграмму, взгляните-ка на это. Получил сегодня утром.

Уимзи передал ему письмо Хилари Торп и вложенную в него записку.

– Злобные слоны? – удивленно воскликнул Бланделл. – Что, черт возьми, это такое?

– Надеюсь, ваш друг Крэнтон все объяснит.

– Но это же безумие какое-то!

– Если вы имеете в виду Дурачка Пика, то вряд ли он способен на подобное. Нет-нет, не объясняйте. Я понимаю, что вы хотели сказать. Однако обратите внимание на бумагу!

– А что с ней? Вы думаете, ее взяли там же, где и ту, на которой Сюзанна Легро написала письмо? Зайдите в участок, и мы сравним образцы. Клянусь богом, милорд, вы действительно правы! Словно из одной пачки. Валялась на колокольне, говорите? И что, по-вашему, все это значит?

– Наверное, эту записку Легро послал своему приятелю в Англию в качестве гарантии. Он сочинял ее, запершись в комнате на несколько часов. Уверен, в ней содержится ключ к месту, где спрятаны изумруды. Шифр или нечто в этом роде.

– Шифр? Вы можете прочитать его?

– Нет. Но попробую. Или же нам нужно найти того, кто сможет его прочитать. Надеюсь, таким человеком будет Крэнтон. Только мне кажется, он не станет нам помогать. К тому же я боюсь, что расшифровка ничего нам не даст.

– Почему?

– Изумруды уже забрал тот, кто убил Легро: Крэнтон, Тодей или кто-то, о ком мы пока не знаем.

– Вероятно. И все же, милорд, если мы разгадаем шифр, отыщем потайное место и увидим, что драгоценности в нем нет, это будет означать лишь одно: мы движемся в правильном направлении.

– Пожалуй. Но, – добавил Уимзи, когда автомобиль на полной скорости отъехал от полицейского участка, заставив Бланделла испуганно охнуть, – если мы не обнаружим изумрудов, а Крэнтон заявит, что не брал их, мы не сумеем доказать обратное, не сможем узнать настоящее имя Легро и имя его убийцы. И что тогда делать?

– Тогда мы окажемся там, откуда начали поиски, – вздохнул Бланделл.

– Да. Это все равно что блуждать по Зеркальному королевству. Проделать огромный путь, чтобы понять, что очутился там, где был в самом начале.

Старший инспектор посмотрел в окно. Мимо проносились плоские, как шахматная доска, болота, разбитые на квадраты дамбами и каналами.

– Да, очень похоже на Зеркальное королевство, – промолвил он. – Что же касается того места, с которого начали, позвольте не согласиться, милорд. По-моему, мы все же сдвинулись с мертвой точки.