Маскарад любовных утех - Дарья Донцова

– Шикарная! – вел свою партию юноша. – Всего одна на всю Москву. Эксклюзив. Сделана в Нью-Йорке знаменитым художником. Послушай мамочку, она плохого не посоветует.

Киса уставилась на разрекламированную нами принцессу. И в этот момент я увидела ценник, который выглядывал из-под платья, щедро украшенного золотым шитьем и кружевом. На нем стояла цифра двенадцать, а за ней несколько нулей.

– Недешевая ляля! – выпалила я.

– Она коллекционная, – зачастил продавец, – выпускается одна в год. Сейчас за нее хотят сто двадцать тысяч, но через пару лет цена возрастет втрое, впятеро, вдесятеро. В момент инфляции это крайне выгодное вложение денег.

– Сколько? – ужаснулась я.

– Стольник и еще двадцатка! – восторженно выкрикнул торгаш. – Коробка бесплатно.

– И правда красивая… – протянула Киса.

– Немедленно уберите игрушку с прилавка, – прошипела я.

– Почему? – прикинулся дураком консультант. – Пусть девочка рассмотрит эту прелесть как следует.

– Пистолет лучше, – занервничала я. – Киса, завтра принесешь его в садик и убьешь всех инопланетных монстров. Купим к нему кучу гранат.

– Ладно, – согласилась малышка, – кукол дома много.

Продавец поскучнел.

– Ошибочку совершаете. Через десять лет увидите эту лялю на аукционе за пару миллионов долларов и сгрызете руки до коленок.

– Сколько за оружие? – спросила я, вынимая кошелек.

– Четыреста рублей. И пятьдесят за дополнительные боеприпасы, – разочарованно процедил юноша.

* * *

Вручив Кису Розе Леопольдовне, я все-таки решила пойти в кондитерскую. Путь недалекий, на дворе приятный морозец, заодно подышу свежим воздухом.

Не успела я выйти за калитку, как ко мне с отчаянным лаем кинулся крохотный черный пуделек в красном комбинезоне.

Я присела на корточки.

– Привет, милый!

Собачка замолчала, потом медленно приблизилась ко мне. Я погладила ее по голове.

– Рикки! – воскликнула полная дама, появляясь из-за поворота аллеи. – Ах ты вредина! Удрал! Не пугайтесь, Рикуша не кусается, просто ворчит.

– Я не боюсь собак, – улыбнулась я, – у нас живут два мопса.

Незнакомка прищурилась.

– Вы купили дом Кутузова?

– Да. Как вы догадались? – удивилась я.

– Ну, мы же стоим прямо у его калитки, – засмеялась собеседница. – Вчера, гуляя с Рикки, я видела, как на участок, принадлежавший Андрею Николаевичу, заносят вещи, а потом из машины выскочили два мопса: черный и бежевый.

– Муся и Фира, – кивнула я. – А меня зовут Евлампия.

– Рада знакомству. Марина Бородулина, – представилась дама, – живу в «Кроте» со дня его основания. Заглядывайте ко мне на кофеек, улица Малиновая, дом восемь. И прихватывайте Фиру с Мусей, Рикки обожает играть с собаками, он приветливый. Как устроились?

– Пока на коробках, – вздохнула я, – ничего найти не можем. В основном доме ремонт, мы временно поселились в гостевом коттедже.

На лицо Марины наползла тень.

– В маленьком домике расположились?

– Да, – подтвердила я. – Что-то не так?

– Надеюсь, не в угловой комнате второго этажа спальню устроить решили?

– Там очень уютно, окно большое, – сказала я.

– Да уж, окно там большое… – протянула Бородулина. – Даже слишком. Мы с вами впервые видимся, мои слова могут показаться странными, но… не надо в той комнате спать.

– Маринка, ты где? – заорал высокий голос. – Замерзла тебя ждать!

– Бегу уже! – крикнула Бородулина. – Евлампия, сегодня мы с подругой на четыре дня уезжаем на свадьбу, поэтому приходите ко мне в понедельник. Тогда все и объясню. И, пожалуйста, послушайтесь моего совета, смените спальню. Вас в угловой комнате замучают кошмары. Уж поверьте, я знаю, о чем говорю, там точно живут привидения.

Помахав мне рукой, Марина, подхватив пуделя, свернула в аллею. Пребывая в недоумении, я миновала шлагбаум у въезда в поселок, добралась до кафе-кондитерской и вошла внутрь.

Зал оказался пуст. Я постояла пару минут у стеклянных витрин, полюбовалась на красивые булочки-пирожные, потом увидела на прилавке звонок и нажала на него.

– Секундочку! – донеслось издалека. – Сейчас появлюсь, ватрушечки из печи вынимаю… Посидите пока, пожалуйста.

Минуты через две из глубины помещения показалась женщина с противнем в руках. Она поставила его на специальную подставку и улыбнулась.

– Творожнички получились супер! Здравствуйте.

– Добрый день, – ответила я. – Где у вас пироги? Не вижу их что-то.

– Есть яблочные с корицей на слоеном тесте, курага с изюмом на дрожжевом, чернослив с песочным, – быстро перечислила кондитерша. – Вы у нас впервые, вот держите…

Я посмотрела на белую коробочку размером с чайное блюдце, которую продавщица поставила на прилавок.

– Что это?

– Давайте познакомимся, – предложила женщина. – Меня зовут Зинаида Калинина, я владею этой кондитерской. Покупатели всегда спрашивают, каковы наши изделия на вкус. Но ведь каждый любит свое, поэтому я поставила дегустационный сет из мини-тортиков. Каждому новому покупателю один раз коробочка в подарок. Попробуете все и определите, что вам больше всего нравится. Мини-пирожные есть всегда, их можно купить, они удобны для вечеринок и детских праздников.

– Спасибо, – поблагодарила я. – У меня дома любят пироги с ягодами, особенно с черникой.

Зинаида обвела рукой стеклянный прилавок.

– Я не готовлю ничего из полуфабрикатов и никакие замороженные или импортные ингредиенты не использую. Сейчас зима, свежей черники нет. Есть яблочный пай, он сегодня удался, начинка из российской антоновки, она долго хранится без холодильника.

– Вы утром не пекли сдобу с черникой? – уточнила я.

– Нет, – ответила Зинаида. – Если хотите именно такой пирог, испеку для вас эксклюзивно, но имейте в виду: ягоды в нем будут импортными, очень дорогими и не особо вкусными. Я не советую вам его, но гляньте на фото.

Передо мной очутился каталог, я машинально перевернула несколько листов и обрадовалась:

– Вот, очень похожий!

– «Черничное счастье», – улыбнулась Зина. – Это стандартная форма пирога с ягодами, верх всегда решеткой. Можно выложить полоски теста в виде сердца или инициалов. Но такой лучше летом печь. Вы случайно в кондитерскую завернули или живете рядом?

– Приобрели дом в «Кроте». На Ягодной улице, желтый с красной крышей, в ближайших соседках у нас Горская.

– Чудесная женщина, добрая фея нашего городка, – засмеялась Зинаида. – Зубная фея, как мы ее зовем. Муж Ирины Леонидовны, давно покойный, был прекрасным стоматологом. Я не так давно кондитерскую открыла, и Горская меня очень поддержала. С прежней владелицей у нее отношения не сложились. Она полагала, что Ксения Фролова при производстве выпечки использовала дешевое пальмовое масло, и никогда не ела ее пироги-пирожные. Во мне Ирина Леонидовна не сомневается, частенько забегает, у нее единственная претензия, что я не пеку обожаемые ею пироги с черникой. Зато делаю яблочный пай, он Горской нравится, ее домработница Марфуша постоянно за ним заходит. Наша добрая фея не богата, поэтому я ей иногда подарки делаю. Испеку пирожные или кекс и загляну к ней, поставлю в прихожей на консоль.