Куда уходят грешницы, или Гробница Наполеона - Наталья Андреева

– Что за черт? – удивленно спросил Сид. Прасковья Федоровна беспомощно обернулась. Нет, другие дома светятся. Значит, электричество отключилось локально, у Грушиных.

– Постой… Там, на втором этаже. Какое-то мерцание.

– Должно быть, топится камин, – вяло сказала Кира.

– Значит, нас ждут! – уверенно заявила Прасковья Федоровна и первой направилась к входной двери.

– Не ходи! – взвизгнула Кира. Прасковья Федоровна вздрогнула, а Сид невольно попятился.

– Что? Что такое? – оглянулась на подругу писательница.

– Я тебя умоляю… Паша… – простонала Кира.

– Глупости! – И Прасковья Федоровна решительно поднялась на крыльцо.

В этот момент раздался жуткий звук. Точнее, скрежет. Будто гвоздем провели по стеклу. Кира пронзительно завизжала. Входная дверь распахнулась. На пороге стоял хозяин, высоко поднимая в руке подсвечник. Прасковья Федоровна чуть не упала прямо в его объятия.

– Что это? Что такое?! – в ужасе прошептала Кира.

– Должно быть, на крыше, – равнодушно сказал Грушин. – Порыв ветра. Стихия разыгралась. Не ветер – ураган! Вы вовремя. Проходите.

– А почему темно? – с опаской спросил Сид.

У соседей она бывала неоднократно и в огромном доме хорошо ориентировалась. Зато Сид смешался. Очутившись в холле, беспомощно ухватился за руку жены:

– Мать… Я почти ничего не вижу.

– Сними очки, – посоветовала Кира.

– Черт знает… – выругался Сид.

Когда он снял очки, Грушин невольно улыбнулся. Все понятно! Сид нигде не появляется без элегантных очков с затемненными стеклами, потому что глаза у него маленькие, близко посаженные и невыразительные. В стриптиз-клубе, куда Даниил заходил специально ради Сида, парня гримировали под египтянина и подводили ему глаза черным карандашом, делая их больше. В обычной жизни недостаток внешности Сид прятал за темными стеклами очков. Консультация модного стилиста пошла ему на пользу. Сида все считали красавчиком.

– Куда нам? – робко спросила Кира.

– Момент, – обронил хозяин. – Вечеринка в стиле ретро. Ужин при свечах, живая музыка. Ни телевидения, ни видео, ни музыкальных записей. Так что прошу сдать мобильные телефоны.

– Как это? – оторопел Сид. – За каким?..

– Ах, как это занятно! – захлопала в ладоши писательница. – Ну же, Сид, не упрямься!

– Черт знает что, – вновь выругался тот. Потом спохватился. – А что? Прикольно!

И достал из кармана кожаной куртки мобильник.

– Я звонков не жду и телефонов с собой не ношу, – пожала плечами Кира.

Прасковья Федоровна вытащила из сумочки крошечный телефон и с кокетливой улыбкой протянула хозяину:

– Пожалуйста.

Тот подошел к стоящей в холле элегантной стенке с отделениями для одежды, обуви, шляп и ящиками для всякой мелочи. Выдвинув один из ящиков, положил мобильные телефоны туда.

– Теперь прошу наверх. В каминный зал. Ужин накрыт там.

… – Боже, какая прелесть! – ахнула Прасковья Федоровна, очутившись перед накрытым столом. И простонала: – Ах, Даня, ты такой романтик! Ароматические свечи! Этот запах…

– Жасмин, – тонко улыбнулся Грушин. – Розовый жасмин.

– Кто-то еще будет? – подозрительно спросила Кира, пересчитав приборы.

– Да. Гости, – уклончиво ответил хозяин дома.

– Знакомые? – деловито осведомился Сид.

– Кое-кого вы знаете, – вновь уклонился от прямого ответа Даниил Грушин.

И в этот момент раздался стук в дверь. Как подъехала машина, хозяин не слышал. Он сообразил: Инга!..

…Она долго мучилась: что бы соврать Артему? По какой причине она лишает его субботнего вечера вдвоем, в тихой спокойной обстановке? Но тот и не собирался задавать вопросов. Только когда Инга стала одеваться, удивленно спросил:

– Ты в таком виде поедешь к подруге на юбилей? В джинсах и свитере? Или заедешь домой переодеться? Но разве ты успеешь?

Она на мгновение смешалась. Поездка за город, от остановки маршрутного такси идти по тропинке минут пять-семь в сторону коттеджного поселка. Не в вечернем же платье! Джинсы и свитер – самая подходящая для этого одежда.

– Милый, мода сейчас демократична, – попыталась улыбнуться она. – Джинсы – это не только модно, но и удобно. К тому же ужин будет в интимной обстановке, приглашены только близкие люди. И, разумеется, друзья семьи.

– Что за подруга? Не Светлана ли?

– Да, – соврала она, ни на минуту не задумавшись над тем, что Артем может это проверить.

– Что ж… – Артем отвернулся к телевизору. Даже не спросил про подарок. Разумеется, она бы выкрутилась. Сказала бы: «Куплю по дороге». Обычно ее любовник более внимателен. Но сегодня взгляд у него рассеянный, мысли где-то далеко. Инга в курсе его планов. Не надо ему мешать. Тема – прирожденный бизнесмен. Пусть думает о том, как увеличить прибыль. Остальное – ее проблемы.

Инга заколола волосы, чтобы не мешались, подкрасила губы бледной помадой в тон лаку для ногтей. Порядок. По сравнению с тем, как она выглядела в момент их с Даниилом знакомства, – прогресс налицо! Пусть-ка попробует теперь назвать ее дешевой шлюхой!

В прихожей надела модные полусапожки на шпильках. В этом она не могла себе отказать, обувь на каблуке была ее слабостью. Несмотря на высокий рост, Инга ничуть не смущалась того, что может оказаться выше своего кавалера. Пусть! Обувь на каблуке делает походку женщины волнующей.

– Извини, что не могу тебя подвезти, – виновато сказал Артем, выходя в прихожую, чтобы ее проводить.

– Не стоит, – поспешно ответила Инга. – Все в порядке.

– Ты уверена, малыш?

«Малыш»! Без каблуков Инга одного с ним роста! А сейчас на несколько сантиметров выше! Малыш!

– Все, пока. Увидимся завтра.

– Вечером, – эхом откликнулся Артем.

– Ты ночуешь у тестя? – поинтересовалась она вскользь.

– Да, дела семейные, – уклончиво ответил он и закрыл за ней входную дверь. Они расстались как начальник и подчиненная, довольно прохладно. У обоих были дела.

Она не стала ловить такси, дорого. В свете вчерашних событий надо экономить деньги. Будущее туманно. А метро и маршрутка обошлись меньше чем в сотню. Экономия и вновь экономия. «Как в былые времена», – грустно усмехнулась Инга. Сойдя на остановке, она достала из сумочки зонт и, раскрыв его, решительно зашагала по тропинке.

Дом Грушиных был виден издалека. Высокая крыша и окна третьего этажа, где горел свет. Когда Инга ступила на тропинку, свет вдруг погас. Ей стало не по себе. Что там случилось? Тем не менее она не остановилась. Ей необходимо поговорить с Даниилом! Разрубить наконец этот узел!