Куда уходят грешницы, или Гробница Наполеона - Наталья Андреева

…Когда они со Златой Ветер столкнулись вновь, все изменилось. А точнее, перевернулось с ног на голову. Теперь уже Кира смотрелась серой мышкой рядом с преуспевающей подругой. И не могла понять: как? когда? Ведь прошло чуть больше трех лет! Подруга выглядела великолепно! Дорогой костюм, со вкусом подобранные украшения, грамотный макияж, модные очки с затемненными стеклами, скрывающими мелкие морщинки вокруг глаз. Словно помолодела лет на десять! И такая сияющая, счастливая!

– Недавно я вышла замуж, – таинственным голосом сказала Прасковья. – Об этом писали во всех газетах!

– Я не читаю газет, – грустно ответила Кира. – И уже давно ни с кем не общаюсь.

– Как так? – удивилась собеседница.

– У меня неприятности, – сухо сообщила Кира.

– Как плохо ты выглядишь, – посочувствовала подруга. – А что за проблемы?

– Мне пришлось продать квартиру. Сейчас я живу в коммуналке. В маленькой комнате. Соседи… Они так плохо ко мне относятся!

– Что-нибудь пишешь? – пристально глянула на нее Прасковья.

– Нет. Почти нет. Не до того.

– Телефончик оставь. И адресок.

…Когда Прасковья внезапно нагрянула в гости, Кира выглядела не лучшим образом. Волосы спутаны, халат грязный, глаза тусклые. Последний месяц ее жизни был совсем уж мрачным. Кира почти не выходила из дома. Лежала на диване и ждала, когда же все это кончится. Ждала смерти. Жить ей давно уже не хотелось. Зачем? Оглядевшись, Прасковья покачала головой: везде грязь, неубрано, пол затоптан, на кухне пустые бутылки из-под водки и пива. Покачиваясь, вышел из комнаты сосед в полосатой тельняшке. Глянул на даму в брючном костюме мутными глазами и, присвистнув, сказал:

– Ну и фря! Грабите народ, кровопийцы! Дай полтинник. На пиво. Похмелиться бы. Делиться надо с пролетариатом. М-м-мадаммм…

Чтобы остаться с Кирой наедине, Прасковья Федоровна достала из кошелька сотню и сунула мужику. Тот мигом собрал стеклотару в авоську и исчез.

– А ты? – внимательно посмотрела на Киру писательница. – Пьешь?

– Я? Нет. Уже нет.

– Надо отсюда выбираться. Знаешь что? Переезжай ко мне!

– Куда? – вяло спросила Кира.

– О! Недавно я купила дом! Замечательный дом! За городом! Небольшой, но… Сиду нравится.

– Сид, кто это?

– Мой муж. О! Это такая романтическая история! Он даже младше тебя, представляешь? На четыре года! Ха-ха! Мальчишка!

– Ты что, с ума сошла?

– С ума сошли газетчики, когда узнали о нашей помолвке. Скандал года! – И она взахлеб принялась рассказывать о своих победах. – Как только мы поженились, я купила этот дом. Соседи – богачи! У них та-акой особняк! Мы с Сидом живем скромно. Но тебе местечко найдется. Свежий воздух, природа. Вмиг оживешь. Давай собирайся.

– И что я там буду делать? – безразлично спросила Кира.

– Жить.

Она тогда надеялась, что переезд за город хоть что-нибудь изменит. Увы! Стало не так одиноко, и всего-то. У нее даже появилась подруга, красавица Инга (Паша была возведена в ранг благодетельницы.). И появился постоянный источник раздражения – Сид. Он был так похож на Кириного бывшего мужа! Альфонс. Не любит он Пашу. Не может любить. И бросит ее, как только подвернется женщина помоложе и побогаче. Но говорить об этом Паше бесполезно.

Ей Кира была благодарна ну просто-таки безгранично! Та вытащила ее из ямы! Ну почти вытащила. Перевезла сюда, кормит, одевает. Но в остальном Паша бессильна. Воскресить Кирину душу никто не в состоянии. Благодарность была самым сильным чувством из всех, что еще оставались в Кирином сердце. Любить она разучилась. Страдать устала. Ненавидеть?

Сид все время был перед глазами. Напоминал о муже-альфонсе, раздражал. Если бы он куда-нибудь исчез. Ах, если бы…