Соавторы - Александра Маринина

Ладно, завтра. Все завтра.

- Конечно, Глеб Борисович, я передам.

Черт возьми, а если гибель Славчиковой попала втелевизионные выпуски новостей? Богданов услышит. Он дома один. Кошмар. Что жеделать?

Она никак не могла принять решение, поэтому стала думать,как бы потянуть время. Что бы такое сказать?

Или спросить?

- А для чего к вам приезжал Ильин? Что-нибудьслучилось?

- Он интересовался, как мы придумываем детективныесюжеты и откуда так хорошо знаем работу милиции.

Почему-то его это очень интересует. Вообще ваш коллега Ильинпроизводит хорошее впечатление, начитанный, всем интересуется. Спрашивал, ктоиз работников милиции нас консультирует.

- И что вы ему ответили? - напряженно спросила Настя.

- Что мы ничьими консультациями не пользуемся.

- А Ильин не предложил вам свои услуги в качествеконсультанта?

- Нет, - голос Богданова звучит ровно и чуть удивленно.- Какой странный вопрос. А что, он должен был мне это предложить?

- Нет-нет, я просто так спросила. Вы не беспокойтесь, япередам Петру насчет книги.

- Всего доброго, Анастасия Павловна.

- До свидания, - пробормотала она.

Петя Ильин. Какого черта он сунулся к Богданову со своимивопросами? Ведь решено же было не трогать соавторов до поры до времени, непугать их разговорами о материалах журналиста Нестерова. Конечно, Петька проматериалы впрямую не спрашивал, действовал с подходцем, дескать, откуда вы такхорошо знаете нашу работу, да как ловко вы все это придумываете, в надеждеуслышать в ответ, что есть материалы, в которых много чего написано… Или хотябы слова о том, что вот Катерина у нас все это придумывает… Или Вася. В общем,любой намек годится, от него можно отталкиваться.

Но зачем, зачем Петька это сделал? Какие лавры ему покоя недают? Чего он хочет добиться? Мог же все испортить. А может, и испортил уже Онпришел проситься в группу, работающую по делу об убийстве Лаптевой. Сам пришел.И не месяц назад, а именно сейчас, когда убили Глафиру Митрофановну, и негде-нибудь, а в квартире знаменитого писателя Богданова. Он проявлял повышенныйинтерес к писателям, просил Настю дать ему возможность побеседовать с ними идаже открыто говорил о том, что ему интересно, откуда они берут хитрые сюжеты омахинациях в милиции и прокуратуре. Он все сказал, а она не услышала.

Сколько ему заплатили, гаденышу? Или не заплатили, азапугали? Нет, скорее заплатили, уж больно он жизнерадостный. Ожиданиеобещанных денег создает хорошее настроение, а шантаж - никогда.

Погодин и его люди велели Боровенко разбить стекла в машинеБогданова, когда все соавторы будут вместе.

Глеб Борисович должен был обратиться в милицию, ведь машиназастрахована, а без справки из милиции страховку не выплатят. Но он необратился.

Тогда прислали игрушечную бомбу. И снова - тогда, когда онивсе вместе. Они должны были испугаться и вызвать милицию. И вызвали бы, если быне Богданов, который был категорически против, а ссориться с ним никто незахотел.

И в том, и в другом случае все трое попадают в руки какминимум дознавателей, и можно завязывать с ними контакты и задавать любыевопросы. Найти среди работников милиции человека, который за деньги возьметсявыудить у соавторов нужную информацию, - раз плюнуть. Главное, чтобы все былоестественно и не вызывало подозрений. Можно было бы просто разыграть спектакльи познакомиться со всеми троими, но какая разница? Что так спектакль, что эдак.А работник милиции - это человек, на вопросы которого как-то неловко и опасноне отвечать, даже если они не относятся к делу.

Так что вариант получался беспроигрышный.

Но не складывалось. Богданов не хочет связываться с милицией.Значит, надо его заставить. Надо сделать что-то такое, после чего появлениемилиционеров станет совершенно неизбежным.

Господи, до какого же цинизма надо дойти, чтобы ради такогодела убить старуху? Можно было бы обокрасть квартиру, ведь ключ у них был.Правда, поняв крутой нрав Глеба Борисовича, они не могли быть уверены, что онзаявит о краже. И скорее всего он не заявил бы.

А убийство - это наверняка. Слишком большую ценностьпредставляют для Погодина материалы Нестерова.

Что он собирается с ними делать? Понятно что - шантажироватьтех, кто является героями этих материалов и пока уцелел. Вымогать у них деньги.Или выгодно продать материалы каким-нибудь предвыборным штабам, ведь совсемскоро выборы в Госдуму, а через четыре месяца - президентские. На такиематериалы спрос будет огромным, и, умело торгуя ими, можно стать миллионером,да не рублевым, а условно-единичным, евро-долларовым.

Что же делать с Петькой? Надо срочно что-то придумывать,надо как-то отслеживать его разговоры, передвижения, контакты, надо выяснить,кто дал ему поручение и обещал заплатить, перед кем он отчитывается. Но она такустала, что уже не в состоянии ничего толкового придумать. Пусть думают те, укого голова лучше работает.

Настя сняла трубку и позвонила Короткову на мобильный.

- Ты где, Юр? Где я тебя застала?

- В дороге, подъезжаю к дому.

- Ты мне срочно нужен.

- Ася…

- Это правда очень срочно. И очень важно. Без шуток.Если ты устал и не хочешь никуда ехать, я сама приеду.

- Да ладно, ты же ночь не спала, куда тебе ехать, -безнадежно ответил Коротков. - Выходи через полчаса, я подъеду, отвезу тебя,заодно и поговорим.

Еще полчаса на работе. И потом долгий и трудный разговор сКоротковым. Да, с третьей попытки попасть домой тоже не удалось. Но уж четвертая-тонаверняка окажется успешной.

- Слушай, дед, а мы с тобой молодцы, а? Сломались быраньше времени, ушли бы домой до того, как позвонил Богданов, так ничего и неузнали бы, - сказала она, обращаясь к дедку и ловя себя на том, что разговоры сфигуркой вслух стали входить в привычку. Может быть, это признаки начинающегосястарческого маразма? - Мы с тобой еще ничего, еще могем.