Во власти страха - Джеффри Дивер

Хезерли согласился, часы были доставлены и выставлены в витрине его антикварного магазина – художественной галереи в Верхнем Ист-Сайде.

В разговоре с Часовщиком неделю назад Райм вспомнил Собирателя Костей, а потом небрежно завел речь о часах Бронникова, упомянув, что они находятся в одной из галерей на Манхэттене. Он старался не выдать своего интереса и надеялся, что это получилось у него лучше, чем у Рона Пуласки. Очевидно, получилось.

Через несколько дней после этого разговора Хезерли сообщил, что звонил какой-то человек, спрашивал о часах, выставленных на продажу, хотя ничего не сказал о Бронникове. Хезерли перечислил ему то, что у него было, упомянув и о часах из кости. Человек поблагодарил его и положил трубку. Его номер не определился.

Райм и оперативная группа обсудили, как вести дело. ФБР хотело оставить у галереи наблюдение и группу захвата, готовую действовать, как только кто-то войдет, чтобы купить или украсть эти часы. Райм был против. Часовщик мгновенно их обнаружит. Нужен другой подход, более тонкий. Поэтому специалисты из ФБР и полиции установили миниатюрное устройство в металлическом брелоке часов. Большую часть времени оно будет находиться в режиме пониженного потребления энергии, его будет невозможно обнаружить детектором радиоволн. Каждые двое суток оно станет коротким, на миллисекунду, излучением сообщать о своем местонахождении Международной спутниковой системе глобального позиционирования, охватывающей почти все населенные районы Земли. Потом будет вновь переходить в спящий режим.

Информация о его местонахождении будет поступать прямо на компьютер оперативной группы. Когда Часовщик будет перемещаться, оперативники смогут определить страну и регион, по которым он движется, и предупредить пограничные власти. Или, если повезет, сумеют найти его не меняющим местонахождения, потягивающим на пляже холодное вино и любующимся похищенными часами из кости.

А может, Часовщик немедленно снимет с часов брелок, отправит его по почте в Шри-Ланку и снова вернется к плану ограбления или убийства.

Значит, мое знание об этом представляет собой шестеренку, пружину или маховик в часах твоего плана…

Владелец галереи продолжал взволнованно говорить о вторжении.

– Это невозможно. Сигнализация. Замки. Видеокамеры. – Он тяжело дышал.

Райм особо подчеркивал недопустимость упущений в мерах безопасности, чтобы не облегчать Часовщику кражу приманки: он тут же заподозрил бы опасность и отказался от своего намерения.

Хезерли продолжал:

– Ни один человек не мог проникнуть внутрь.

«Но мы имеем дело не с обычным человеком», – подумал Райм, попрощался с владельцем галереи и положил трубку.

Теперь ждать. День, месяц, год…

Райм отъехал от смотрового стола, взглянул на другие часы – брегет, который Часовщик подарил ему несколько лет назад. Потом сказал Сакс:

– Позвони Пуласки. Пусть как следует все осмотрит в этой художественной галерее.

Она поговорила с молодым полицейским и отправила его к Хезерли. Райм не питал особых надежд, что на месте кражи обнаружатся какие-то улики. Но все-таки требовалось убедиться.

– Том, – произнес Райм, – перед поездкой к Лону я выпью на дорожку – двойную порцию, с твоего позволения.

Райм приготовился услышать отказ, но помощник почему-то не возражал против употребления превосходного, выдержанного – и неотравленного – односолодового виски. Может быть, сочувствовал ему: хотя криминалист и предотвратил террористический акт, Часовщик все же ускользнул. И Райм при этом потерял целых тридцать тысяч.

В подстаканнике появился стакан. Райм сделал глоток пахнущего дымом напитка. Отлично, отлично. Он обменялся письмами с тату-мастером Т.Т. Гордоном, к которому проникся симпатией. Гордон собирался наведаться к чуваку в кресле-каталке на будущей неделе. Они будут говорить о грамматике, самоанской культуре и жизни в хипстерском Нью-Йорке. И как знать, какие еще темы могут возникнуть? Возможно, гора Эверест и соколы.

Линкольн поднял голову и прислушался. Снаружи донесся хруст льда под ногами. Потом щелчок замка парадной двери и звук шагов.

Райм отпил еще глоток виски. Этот звук сказал ему все. Однако Сакс никак не истолковала его и оставалась настороженной… пока Пам Уиллоуби не вышла из-за угла и не остановилась в сводчатом проеме.

– Привет. – Девушка кивнула всем, разматывая впечатляющей длины шарф. День был ясный, безветренный, но, должно быть, холодный. Ее хорошенький носик порозовел, плечи сутулились.

С другой стороны, плечи Сакс тоже были опущены, но она сумела улыбнуться. Видимо, ей вспомнилось, что Пам собиралась взять машину приемного отца и забрать свои вещи из спальни наверху.

Недолгое молчание. Сакс как будто сделала глубокий вдох.

– Как дела?

– Ничего. Нормально. Премьера спектакля состоится на будущей неделе. Дел много. Викторианские костюмы весят тонну – одеяния.

Пустой разговор. Бессмысленный.

Повисло молчание. Потом Сакс произнесла:

– Я помогу тебе собрать вещи. – Она указала подбородком на лестницу.

Пам оглядела гостиную, стараясь ни с кем не встречаться взглядом.

– Ну, собственно, как вы думаете, ничего, если я вернусь сюда? На время, пока не найду что-то еще? Честно говоря, не хочется возвращаться в ту квартиру в Хайтс. Там ведь все это произошло. Оливетти отличные люди. Только… – Она опустила глаза, потом подняла. – Вы не будете против?

Сакс подошла к ней и крепко обняла.

– Тебе не нужно об этом спрашивать.

Том спросил:

– Нужно внести какие-то вещи?

– Они в машине. Да, конечно, я не откажусь от помощи.

Том обмотался шарфом, надел русскую казацкую шапку из искусственного меха и направился вслед за Пам к машине.

Сакс надела куртку, перчатки и пошла за ними. Остановившись у сводчатого прохода, отделяющего холл от гостиной, повернулась к Райму.

– Погоди-ка.

– Что такое?

Она подошла поближе, наклонила голову и посмотрела на него, как на преступника, которого только что задержала. Негромко проговорила:

– Том сменил замки. После того, как сюда проник Билли.

Райм пожал плечами, отхлебнул виски.

– Ну?

– Что «ну»? – пробормотал он.

– Пам вошла без стука. Значит, у нее был один из новых ключей.

– Новых ключей?

– Почему ты повторяешь мои слова? Откуда у Пам новый ключ? Ее не было здесь больше недели.

– Хм. Не знаю. Загадка.

Амелия бросила на него неуверенный взгляд.

– Райм, если я просмотрю твои последние звонки, найду ли среди них исходящие Пам?