Во власти страха - Джеффри Дивер

Возвращаясь в свою мастерскую на Канал-стрит, западнее Китайского квартала, Билли Хейвен снова думал об Очаровательной Девушке, воспоминания о лице, голосе, прикосновениях которой назойливо возникали во время Модификации этой маленькой Мисс Манерность, Хлои.

Билли думал о слове, которое вывел: второй. И об окаймлении. Да, хорошая работа. Стиль Билли.

Он снял комбинезон, возможно, загрязненный ядом (зачем рисковать?), и сунул его в мешок для мусора. Потом бросил в мусорный бак далеко от бутика. Под комбинезоном у него была повседневная одежда: черные джинсы, кожаные перчатки, тоже черные. Темно-серое шерстяное пальто. Короткое – до середины бедер. Достаточно теплое и не настолько длинное, чтобы полы мешались, если придется убегать со всех ног, что, как прекрасно понимал Билли, в ближайшие несколько дней вполне возможно.

На голове у него была лыжная маска, загнутая вверх как вязаная шапочка. Выглядел он так же, как многие молодые люди в Манхэттене, идущие домой под ледяным дождем, сутулясь от холода.

Очаровательная Девушка… Билли вспомнил, как впервые увидел ее несколько лет назад. Собственно, это была фотография, даже не сама девушка. Но он влюбился – да-да, с первого взгляда. Вскоре после этого его тетя заметила: «О, да она очаровательная девушка. Ты мог бы найти гораздо хуже нее». Билли тут же стал использовать эти слова в качестве ласкового прозвища для возлюбленной – девушки с прекрасной кожей цвета слоновой кости.

Щурясь из-за дрянной погоды – ветер швырял ему в лицо ледяные капли дождя, – Билли плотнее запахнул пальто и сосредоточился на том, чтобы обходить замерзшие лужи. Это было непросто. Прошло уже несколько часов с тех пор, как он покончил с Хлоей в туннеле под бутиком. Все это время он оставался в том районе, держался в тени и наблюдал за полицией. Кто-то позвонил по номеру 911 минут через пять после того, как он вылез из люка на Элизабет-стрит. Полицейские приехали скопом, и Билли знакомился с их действиями. Запоминал, делал мысленные заметки, чтобы потом записать свои мысли. Заповеди Модификации, само собой, не были составлены по образцу библейских. Но одна из них могла бы иметь такое звучание: «Узнай врага своего, как самого себя».

Иди медленно, ступай осторожно. Он был молод, в хорошей форме, достаточно ловок, но не мог позволить себе падения. Сломанная рука стала бы катастрофой.

Мастерская Билли находилась недалеко от места нападения, но он возвращался домой кружным путем, убеждаясь, что никто из видевших его возле люка не пошел.

Он обошел квартал один раз, потом на всякий случай еще раз и вернулся к безобразному приземистому четырехэтажному бывшему складу, теперь почти жилому зданию. Точнее, почти легальному. Или, может, совершенно нелегальному. Как-никак, речь шла о нью-йоркской недвижимости. Билли платил деньги за кратковременную аренду жилья, большие деньги. Агент брал их с улыбкой и считал своим долгом не задавать вопросов. Но это было необязательно. Билли готов был рассказать убедительную историю, предъявить поддельные документы. Выучи свою легенду наизусть.

Потом, удостоверясь, что тротуар безлюден, Билли спустился по короткому лестничному маршу к своей парадной двери. Три замка три раза щелкнули, и он оказался внутри. Клаксоны раздраженных водителей, застрявших в Китайском квартале из-за отвратительной погоды, сменились на грохот и скрежет тормозов вагонов метро, проезжавших прямо под его приютом. Звуки подземелья. Успокаивающие.

Билли нажал кнопку выключателя, и слабый свет залил помещение площадью двадцать на двадцать пять футов – комбинацию гостиной, спальни, кухни и всего прочего. Комната даже напоминала подземную тюрьму. На одной стене красовался голый кирпич, три другие были кое-как оштукатурены. У Билли имелась и вторая квартира, значительно севернее – убежище, где он собирался жить чаще, чем здесь, при исполнении задач Модификации. Но мастерская оказалась уютнее убежища, находящегося на оживленной улице, населенной людьми, которых он презирал.

Верстак был заставлен стеклянными сосудами, книгами, шприцами, деталями тату-машинок, пластиковыми сумками и инструментами. Здесь находились десятки книг о ядах и тысячи скачанных из Интернета документов, полезных и не очень. «Практический справочник ядовитых растений» был роскошно иллюстрирован, но не содержал того количества полезных сведений, какое можно было найти в блоге, озаглавленном «Убивай их, или Десяток смертоносных рецептов к тому времени, когда придет революция и нам придется отвечать ударом на удар!!!».

Все было аккуратно расставлено, как и в его домашней тату-студии. Дальний угол комнаты был залит холодным ультрафиолетом, освещавшим восемь террариумов. Билли подошел к ним и осмотрел растения. Листья и цветы успокоили его – они так напоминали о доме. Розовые и белые, пурпурные и зеленые множества оттенков. Их яркость противостояла тусклой, темной атмосфере этого города, ненавистный дух которого ежеминутно задевал сердце Билли Хейвена. В чемоданах хранилось белье и туалетные принадлежности. В спортивной сумке лежали несколько тысяч долларов: разложенные по достоинству купюры были старыми, мятыми, и проследить за их историей представлялось невозможным.