Во власти страха - Джеффри Дивер

Райм подумал о Сакс, часто упрекавшей его за насмешки над этим словом, и улыбнулся.

– Если угодно.

– Что ты и подтвердил на практике. А откуда взялось это допущение?

– В рюкзаке Билли Хейвена мы нашли тетрадь, озаглавленную «Модификация», – инструкции, как ввести ботулин в нью-йоркский водопровод. Предельно ясные, как инженерный план. Каждый шаг описан, рассчитан до минуты. Я усомнился, что Стэнтоны и Билли могли что-то разработать так тщательно: серийный убийца отвлекает от намерения взорвать водопровод, что, в свою очередь, скрывает настоящую цель – отравить воду. А ты знал, как превратить яд в оружие. Сделать его устойчивым к воздействию хлора. Отличный ход.

– Ты нашел тетрадь? – Судя по голосу, Часовщик был недоволен. – Я велел Билли переписать все в зашифрованный файл без доступа в Интернет, а потом уничтожить оригинал. – Пауза. – Но я не удивляюсь. Вся эта шайка из южного Иллинойса действовала по шаблону и не отличалась особенным умом. Как тебе понравились яды, которые Билли решил применять? Я рекомендовал ему свободно продающиеся химикаты, но у него было пристрастие к растениям. Насколько я понял, подростком он много времени проводил один в лесу, делая их зарисовки. Тяжелое детство, когда твои родители убиты федералами, а твой моральный идеал – неонацистское ополчение.

– Модификация. Ты сам выбрал это слово?

– Да, сам. Хотя меня вдохновило увлечение Билли. Модифицирование тела. Оно соответствовало их апокалиптическим взглядам. Я даже забеспокоился: слишком уж явно. Но им понравилось звучание слова.

– Ты продиктовал Билли весь план?

– Да. И его тете. Но записал его Билли. Они навещали меня в тюрьме под предлогом, что Билли пишет книгу о моей жизни. – Пауза. – Будто я очень хотел рассказать о ней, но не мог найти подходящего слушателя. Думаю, Линкольн, ты оценишь это. Когда я закончил диктовать план, а он все записал, я сказал ему: «Это твое, Моисей. Вперед!» Билли и Гарриет не поняли. Я знаю, ты знаком с теологической концепцией Бога как часовщика.

Размышляя над происхождением Вселенной, Исаак Ньютон, Рене Декарт и другие деятели научной революции семнадцатого-восемнадцатого веков пришли в выводу, что для изобретения требуется изобретатель. Если нечто такое сложное, как часы, не могло бы существовать без часовщика, то, по аналогии, человеческая жизнь во Вселенной – гораздо более сложная, чем часовой механизм, – никак не могла бы существовать без Бога.

Пришлось объяснить им, что, учитывая мое прозвище, диктуя «Модификацию», я напоминал Бога, дающего десять заповедей Моисею. Я сказал это в шутку, но они восприняли всерьез. Стали относиться к плану как к заповедям Модификации. – Часовщик поцокал языком. – Мне жаль тех, кто не понимает юмора. Но вернемся к нашей теме: как ты узнал обо мне… Если готов сказать.

– Конечно, готов.

– У тебя была тетрадь. Но там не мой почерк; все написано рукой Билли. Не было ни отпечатков пальцев, ни ДНК. Я к ней не прикасался. Да, там много упоминаний о необходимости правильного расчета времени – когда и где вводить яд, об отвлекающих маневрах, когда посылать Джошуа, кузена Билли, доставить прожектора и аккумуляторы в туннели, где совершать преступление, через сколько минут после вызова по телефону ждать появления полиции. Все это, конечно, было. Но как ты связал это с моим побегом из тюрьмы?

Райму стало любопытно, где стоит Часовщик, какая у него поза. Он мерзнет на холоде или изнывает от жары? «Возмездие» – слово неточное, мелодраматичное. Но Райм позволил себе мысленно применить его к нему. И сказал:

– Улика.

– Линкольн, это меня не удивляет. Но какая?

– Тетродотоксин. Мы нашли следы.

Сильнейший яд из рыбы фугу.

– Ах, черт… – На другом конце провода послышался вздох. – Я велел Билли уничтожить все следы.

– Не сомневаюсь, что он пытался. На одном из мест преступления остался крохотный след. – Райм лучше кого бы то ни было знал, как трудно полностью уничтожить следы какого-то вещества. – Мы не нашли тетродотоксина в его убежище, так откуда же он взялся? Я связался с ФБР и узнал, что этот яд в течение нескольких лет не использовался ни в каких преступлениях. Тогда зачем тетродотоксин понадобился Билли? И тут меня осенило: ключом стало его разговорное название «средство для зомбирования». Чтобы создать видимость остановки сердца и смерти.

– Это так, – признался Часовщик. – Билли пронес его между листами тетради. В тюрьме ищут бритвы и наркотики, а не частицы яичника рыбы. Я использовал его, чтобы создать видимость сердечного приступа, и меня переправили в больницу в Уайт-Плейнс.

Что это? В отдалении послышался крик чайки? А затем гудок судна? Нет, это был звук сигнального горна. Интересно. Сейчас, во времена радаров и системы глобального позиционирования их редко используют. Райм отметил это для себя. Вспыхнул экран компьютера – пришло сообщение от Родни Шарнека, специалиста по компьютерным преступлениям. Анализ звонка Часовщика ничего не дал; он привел к какому-то анонимному серверу в Казахстане. Райм солгал, что не пытался отследить этот звонок.

Мысленно пожав плечами – ничем не рискнув, ничего не получишь, – он вернулся к разговору:

– В конце концов меня убедила твоя ошибка.

– Вот как?

– На улице с Роном Пуласки ты сказал о попытке убить федерального полицейского чиновника в Мехико. Этот план ты составил несколько лет назад.

– Верно. Я хотел упомянуть что-то реальное. Для правдоподобия.

– Да, но это дело закрыто. Будь ты настоящим адвокатом, никогда, по твоему утверждению, не встречавшимся с Ричардом Логаном, ты бы понятия не имел об истории в Мехико.

Пауза. Потом Часовщик спросил:

– Закрыто?

– Очевидно, госдепартамент и мексиканский «Gabinete Legal» были недовольны, что ты, американец, едва не убил высокопоставленного мексиканского правоохранителя. И решили делать вид, что такого инцидента не было. В прессе о нем не упоминалось.

– Вот как. – Логан казался расстроенным.

Райм сказал:

– Теперь ответь мне на один вопрос.

– Ладно.

– Как ты получил наводку? На Стэнтонов и их ПСАС?

– Настало время выйти из тюрьмы. Я связался с людьми, причастными к акции, устроенной внутренними террористами несколько лет назад, когда мы с тобой столкнулись лицом к лицу. Помнишь?

– Конечно.

– Они свели меня с ПСАС – еще одним ополчением сторонников власти белых. Я сказал, что могу сделать их известными. Гарриет с Билли приходили в тюрьму проведать меня, и я составил им план. Кстати, ты хоть раз видел их вместе, тетю и племянника? Отношения между ними непростые. Придают совершенно новый смысл названию «Первые американские семьи».

Райм промолчал. Это утверждение, правдивое или нет, его не интересовало.

Часовщик продолжал: