Последняя любовь президента - Андрей Курков

– Но ситуация ведь серьезная, – заикаясь заговорил Львович.

– Светлов, доложи всем о том, что тебе известно! – приказал я генералу.

Генерал поднялся, вытащил из внутреннего кармана пиджака сложенный вчетверо листок. Развернул.

– Это только за последние две недели, – предупредил он, взглянув на меня одобрительно. – Премьер-министр получил от Казимира два миллиона евро на свой счет в банке «Андорра-Кредит», кроме того на счет дочки в Сити-банке пятьсот тысяч долларов. Вчера в полдень у него состоялась встреча с помощником Казимира Буренковым, на которой вырабатывалась его линия поведения во время кризисных заседаний правительства! Они уже просчитали сценарий кризиса и действий правительства! Дальше. Министр АПК.

Власенко грузно поднялся, жестом призывая дать ему слово. Светлов замолк.

– Я в этом цирке принимать участие отказываюсь, – заговорил Власенко, держась рукой за сердце. – Веселитесь без меня!

– Да подождите вы. – На лице Светлова расплылась саркастическая улыбка. – Вам-то грешно уходить! Вы и из бюджета украли восемь миллионов, и у Казимира взяли три. И костюм ваш – тоже подарок от Казимира к шестидесятилетию! Что, не так?

– Короче, – прервал я Светлова. – Пускай предатели государственных интересов сами поднимутся и выйдут! У нас нет времени на зачитывание всех этих фактов!

– Вам в отставку надо подавать! – тонким голоском бросил в мою сторону премьер-министр.

– Не тебе варнякать! – ответил я, ощущая, как мои мысли и психическое состояние входят в особый взаимный резонанс, гармонично выстраиваются в особый порядок на тропе войны, которую не я начал. – Пошел вон отсюда!

Премьер-министр растерянно поднялся, вопросительно оглянулся на Львовича, потом на дверь.

– Иди-иди! – поторопил его Светлов.

Совещание потихоньку приобретало динамичность. Власенко и министр-эколог ушли. Вслед за ними отправился и министр транспорта, и министр здравоохранения. В конце концов в зале остались действительно одни силовики.

– Диван нашли? – спросил я первым делом у генерала Филина.

Он отрицательно мотнул головой и стал медленно подниматься со стула.

– Сидеть! – приказал я ему. – Сейчас диван – не главное!

В зале совещаний присутствовала неуютная атмосфера, словно ушедшие предатели заразили здесь воздух. Мы перешли в мой президентский кабинет. Открыли бутылочку виски.

– Надо работать на опережение, – твердо произнес Львович.

– Надо! – согласился Светлов.

Филин молчал. Рядом с ним молчал генерал Яцкив, который в маленькой компании вызывал больше доверия, чем когда сидел среди членов Кабмина.

– Чего они хотят? – поставил я риторический вопрос и глотнул «Бэллентайнз». – Какая у них главная цель?

– Захват власти, – ответил Светлов. – Замена действующего президента на Казимира.

– Как они могут это сделать? – продолжал я выстраивать логический ряд.

– Устроить в стране хаос, показать, что правительство не в состоянии контролировать ситуацию. Потребовать отставки президента и объявить о временном правительстве и внеочередных выборах, – отстрочил, как из пулемета, Львович.

– Правильно, – кивнул я. – Кто победит на внеочередных выборах?

После этого вопроса возникла тревожная тишина. Я обвел взглядом всех собравшихся. Глаза их потускнели. Пальцы испуганно сжались в кулаки, спрятались.

– Да, – вздохнул я. – Так вы верите в нашу способность играть на опережение?

Я сделал еще один глоток. И тут у меня в сердце закололо. В глазах помутилось. Мир сдвинулся и поплыл. Поплыло куда-то в сторону и испуганное лицо Львовича.

– Президенту плохо! – услышал я его голос, оставшийся где-то наверху.

А я падал в колодец, и мне уже было все равно: есть ли там, внизу, вода или нет.