Морские КОТики. Крысобои не писают в тапки! - Роман Матроскин

Дерзкая и молниеносная операция по зачистке закончилась полным разгромом вредителей, а удивлённым «двуногим» пришлось утром отмывать переборки от крысиной крови. Благо это были вышколенные матросы, которые не зеленели при виде разорванной напополам крысы. А на гражданском пассажирском судне совсем другая публика, и может подняться ненужный шум и ажиотаж, хотела напомнить Маршалу Лучиана, но, возвращаясь в памяти к своим первым операциям в отряде, она вдруг вспомнила, что предшествовало её карьере морского котика, и замолчала на полуслове.

Когда-то давно, когда она была маленьким и нескладным котёнком и бродила по закоулкам Порту, пугаясь ворон и обследуя ресторанные мусорные баки, Лучиана встретила «двуногого» в синей униформе. Это был пожилой румын, с широкой белозубой улыбкой, тихим голосом и тёплыми руками. Он почесал её за ухом и угостил сушеным кальмаром. Старик вполне приятно пах, поэтому маленькая кошка доверчиво последовала за незнакомцем и оказалась на корабле, который вскоре отчалил. «Двуногий» с восторгом принял дружбу котёнка, и на борту они практически не разлучались — вместе несли бесконечные ночные вахты, драили медные перила (конечно же, драил «двуногий», а котёнок путался под ногами), вместе ходили в увольнение на берег (эту часть службы «двуногого» Лучиана ценила больше всего). Прошло несколько месяцев, и Лучиана из нескладного котёнка превратилась в молодую кошку с дымчатой плотной шёрсткой и огромными голубыми глазами. Своё имя «Лучиана» она приняла всё от того же румына — он часто показывал ей чёрно-белую фотографию молодой «двуногой» с выразительными и красивыми чертами лица и мычал что-то похожее на «Лучи… Лучиана», и тогда кошка подумала, что это весьма неплохо звучит.

Жаль, что «двуногий» был слишком стар, чтобы продолжать работать в море, и он устроился обычным портовым сторожем. Маленькая Лучиана обожала море и морскую службу, однако и к «двуногому» своему привязалась, поэтому не решилась оставить его одного — румын и так чрезмерно грустил, без конца мусолил свою старую трубку-носогрейку и слишком часто прикладывался к бутылке с синеватой от высокого градуса ракией. Однажды зимним ненастным вечером, когда тёмные улицы хлестал мерзкий холодный дождь, Лучиана подошла к старику, сидящему в своём любимом скрипучем кресле, чтобы разбудить его на очередной обход, и обнаружила, что тот не спит. Глаза румына были открыты и невидяще смотрели на край стола, где стояла в рамке фотография загадочной незнакомки, губы его слегка улыбались, а руки были совершенно холодны и неподвижны.

Выбраться из его каморки было нельзя — старик закрыл дверь, а ключ положил в карман своих старых форменных брюк.

Что было потом? Голод, болезнь… Был порт, были корабли, был весёлый матрос Влад, так здорово игравший на дудочке… Порты, корабли… И снова одиночество…

Лучиана смутно припоминала, как бежала под дождём в порт и как, потеряв обычную осторожность, оказалась загнана в каменный тупик огромным портовым догом, её старым врагом. В отчаянии прижавшись спиной к кирпичам, кошка приготовилась дорого продать свою шкуру, как вдруг серая тень метнулась на спину грозной собаке, и через секунду та в ужасе бежала прочь, подвывая от боли.

А перед ней возник незнакомый кот, мускулистый, статный, с явно военной выправкой, и, делая упор на букву «р», представился: «Я — Маррршал. Что случилось, сестрёнка?» Его участливый тон и благородная морда немного успокоили Лучиану, и вскоре она, всхлипывая и вздрагивая, смогла рассказать о своём горе. Маршал про себя сильно удивился подобной сердечной привязанности к «двуногому», однако тактично промолчал и лишь участливо лизнул Лучиану в нос. И тут же предложил ей вступить в отряд морских котиков под его командованием. Молодую кошку больше ничего не связывало с этим унылым берегом, кроме её скорбных воспоминаний, поэтому она без колебаний согласилась. И получила интересную работу в любимом море, а также прекрасную команду, которая постепенно сколачивалась из таких же отчаянных морских бродяг, как она и Маршал. Сейчас в отряде «маусхантеров» теплохода «Агиа Елени» состояли: она, флегматичный, но надёжный и умный Рон, увалень Элефант — весьма внушительный и грозный на вид, однако по характеру ленивый добряк, и командир отряда Маршал, резкий, напористый, агрессивный, храбрый до безумия и благородный, как истинный французский мушкетёр.

Лучиана очнулась от воспоминаний и обнаружила, что в помещении разгорелся жаркий спор по поводу дальнейших действий.

— Я предлагаю подождать, — настойчиво бубнил Рон. — Лайнер через месяц отправится в сухие доки на ремонт, а значит, мы сможем спокойно, без спешки и ненужных свидетелей, покончить с нашими задачами.

— Через месяц? Месяц?! — взвился Маршал. — Да нас тут сожрут через месяц! Они плюнули нам в морду, а ты предлагаешь делать вид, что ничего не произошло, и игнорировать наши прямые обязанности ещё месяц?!

— Месяц — это слишком долго, — примиряюще начал Элефант, — мы не можем ждать месяц, однако вовсе не обязательно нападать в лоб, мы же можем обложить все выходы из четвёртого трюма и отлавливать их по одной, как на «Морском Драконе», помните?

Лучиана фыркнула про себя, сидеть в засаде — это было любимой тактикой лентяя Элефанта. Кошка понимала, что их командир слишком нетерпелив для подобного метода, да и мышей слишком много на этот раз. Он дал высказаться всем, но наверняка уже принял какое-то решение и поступит так, как ему диктуют его натура и богатый жизненный опыт.

— Так, заканчиваем дебаты! — металлическим голосом рявкнул Маршал. — Отделение, слушай мою команду!

Котики замолчали, подобрались и сели в одну линию, внимательно уставившись на него.

— Мы проведём немедленную и молниеносную зачистку четвёртого трюма. — Маршал начал чертить лапой на пыльном полу прямоугольники и стрелки и раздавать указания: — Начало операции — шестнадцать ноль-ноль. Рон и Лучиана бесшумно снимают караул и отходят к правому и левому иллюминаторам, перекрывая возможность отступления противника в соседние отсеки, Элефант врывается через главный люк и начинает зачистку, я поддерживаю его сзади, и в этот момент Ро и Лу начинают добивать с флангов. Задача ясна, отряд?

Отряд согласно заворчал, предвкушая нелёгкую, но интересную работёнку, но тут Лучиана поняла, что уже второй раз за последние пару минут слышит какие-то посторонние звуки из-за шпангоута. Гибкой серой молнией она бросилась на звук, вцепилась всеми когтями и зубами во что-то мягкое и тёплое и молниеносно вытащила это упирающееся существо на середину помещения. Все удивлённо смотрели на чёрного упитанного кота с белым пятном на груди. Кот с независимым видом пытался стряхнуть паутину с усов, однако Лучиана с шипением прижала его покрепче к полу.

— Шпионишь? — недобро осведомился Маршал, нервно подрагивая кончиком хвоста.