Вилла «Белый конь» - Агата Кристи

– Верно, – согласился Дэвид. – Малейший намек на безумие впьесе – и актер пускается во все тяжкие! То же и с неожиданной смертью. Ну неможет он просто так взять и упасть замертво. Стонет, пошатывается, вращаетглазами, хватается за сердце – разыгрывает целую сцену. Кстати, о сценах: каквам исполнение Макбета Филдингом? Невероятно противоречивые оценки критики.

– Блестяще играет, – сказала Гермия. – Сцена с врачевателем,после того как он ходит во сне... «Неужто не поможешь ты утратившему разум?» Онвыявил то, что мне никогда не приходило в голову, ведь это приказ врачевателюубить жену. И ясно, что жену он любит. Филдинг раскрыл борьбу между страхом илюбовью в душе своего героя. А реплика: «И после – суждено тебе погибнуть» –поразила меня до глубины души. Как никогда.

– Шекспира ожидали бы некоторые сюрпризы, доведись емуувидеть, как играют его пьесы нынче, – иронически заметил я.

– На мой взгляд, нынешние режиссеры немало потрудились,искореняя истинный дух его творчества.

– Обычное удивление автора от трактовки его пьесыпостановщиком, – тихо проговорила Гермия.

– А Шекспира вроде написал какой-то Бэкон?[16] –осведомилась Вьюнок.

– Эта теория давно устарела, – добродушно ответил Дэвид. – Ачто, кстати, известно тебе о Бэконе?

– Он изобрел порох, – победоносно возвестила его подружка.

Дэвид посмотрел на нас с Гермией.

– Вам ясно, почему я люблю эту девушку? – спросил он. – Еепознания так оригинальны. Не Роджер[17], любовь моя, а Фрэнсис.

– Любопытно, что Филдинг играет и Третьего Убийцу.Кто-нибудь до него играл?

– Кажется, да, – сказал Дэвид. – Как в ту пору было удобно –приглашаешь, если требует дело, первого попавшегося убийцу. Вот бы сейчас так!

– И сейчас такое бывает, – возразила Гермия. – Гангстеры.Киллеры, или как их там еще называют. Чикаго и тому подобное.

– Верно, – согласился Дэвид. – Но я имел в виду негангстеров, рэкетиров или баронов преступного мира, а простых, обычных людей,которым нужно избавиться от кого-то нежелательного. Деловой соперник, скажем;или тетушка Эмили – так богата и чересчур зажилась на этом свете. Илимуж-простофиля под ногами путается. Воображаете, как просто – звоните в«Хэрродс»[18] и заказываете: «Пришлите, пожалуйста, двух убийц поопытнее».

Мы все снова рассмеялись.

– А разве нельзя каким-то образом подстроить убийство? –спросила Вьюнок.

Мы повернулись к ней.

– Что ты имеешь в виду, Вьюночек? – поинтересовался Дэвид.

– Ну, в общем, кто захочет, может это устроить... Ну,простые, обыкновенные люди вроде нас, как ты говоришь. Только, кажется, этоочень дорого.

В больших синих глазах была непритворная наивность, губыполуоткрыты.

– О чем ты? – Дэвид с любопытством взглянул на нее.

Вьюнок заметно растерялась:

– Ах, ну... я напутала. Я имела в виду белого коня. И всетакое.

– Белого коня? Какого еще белого коня?

Вьюнок покраснела и опустила взор:

– Наверное, я наболтала глупостей. Просто при мне об этомговорили, а я не так поняла.

– Отведай-ка лучше этой дивной шарлотки, – ласково предложилДэвид.