Повелитель снов - Петр Катериничев

Когда Мамонтов погиб, я испытала странные и смешанные чувства… Все-таки я любила его. Даже таким, какой он стал в последние свои годы. Даже тогда, когда он не замечал меня вовсе… А может быть, именно поэтому. Мир разом словно опустел. И стены института виделись теперь по-другому, и мир вокруг оказался вдруг совсем иным, непонятным, пугающим…

И еще… Кроме совершенной красоты, у Анюты вдруг оказались врожденные способности… нет, не к рисованию даже – к постижению мира людей каким-то особым образом… И – возможность провидеть будущее. Как только я взглянула на ее рисунки – поняла! – это подсказка мне, это то, что я так долго и безуспешно искала…

И отношение к Анюте у меня самой было странным… Она была дочерью той, которая… С другой стороны… Она была просто брошенной сиротой, и ее одиночество словно сближало меня с ней… И как только я поняла, что ее способность предугадывать мир и моя – анализировать – словно созданы друг для друга, она стала мне еще ближе… А порой – я ее просто ненавидела… И вовсе не потому, что она росла абсолютной красавицей… Я сама не дурнушка, но… «не родись красивой, родись счастливой» – не просто слова… Это судьба. Меня бесила лишь ее… непосредственность и то, что… То, над чем я билась годами и так и не могла ни понять, ни почувствовать, она постигала каким-то озарением!

Но неприязнь моя быстро прошла: при том даре, что был у девочки, жизнь ее могла сложиться куда горше любой из самых тупых и недалеких дурнушек… И дар ее помимо прочего – предсказывать с точностью швейцарского хронометра судьбы людей, каких она не только в глаза не видела, но даже не подозревала об их существовании! Людей не простых – но властителей стран и народов или идолов толпы… Такой дар был опасен.

И еще одно она могла… Предвидеть появление каких-то людей в ее собственной жизни! Сначала об этом никто даже не думал… Да и я – догадалась только после того, как увидела тебя воочию… а до этого – ты был просто воображаемым рыцарем на рисунке, что висел у нее в изголовье кровати…

Одно было ясно: после смерти отца она осталась совершенно беззащитна. А тут еще прошел слух, что институт закрывается и всех детей переведут куда-то на юг… И я, пользуясь общей суматохой и сумятицей, – всем ведь было только до себя, как выжить, как приспособиться к этому меняющемуся и словно летящему в пропасть миру, – я подменила ее документы, и она стала как все Найденовы – Эжен, Герман, Морис, Алекс… Она превратилась в Анету Найденову. Да она уже и была ею, и ребята принимали ее за свою! Не знаю, откуда у них такие способности, о них ты уже должен знать хотя бы от Анюты: тайну их появления в институте Мамонтов унес с собой в могилу… Никаких документов по его работам найдено не было.

– Может быть, ему все-таки помогли умереть?

– Может быть. Одно я знаю точно: это сделала не я. Это теперь я знаю точно, как хрупка и зависима жизнь, а тогда…

Альба замолчала, глядя прямо перед собой невидящим взглядом. Прикурила сигарету, нервно выдохнула:

– У человека пять органов чувств. Зрение, слух, обоняние, осязание, вкус. Из них – зрение и слух – важнейшие.

– Еще – интуиция, предвидение, предчувствие, сновидения, грезы…

– Да. Ты прав. Человек – единственное животное на земле, которое живет в вымышленном мире, сотканном из своих представлений о нем… И – из сказок бабушек, прочитанных книг, виденных телепередач, детских наказаний, страхов, кошмаров… Ключ к пониманию проблемы, над которой работала, я нашла в рисунках Анюты. Меня не интересовали люди, меня интересовал фон. И я поняла, что совершила открытие, которое может перевернуть мир!

– Или – уничтожить его…

– Всего лишь – мир людей.

– Всего лишь?..

– Мне часто казалось, что люди – лишние на этой земле.

– Все оттенки серого…

– Да. Ты догадался?

– Это открытие сделано по меньшей мере несколько тысяч лет назад и описано в «Тибетской книге мертвых».

– Я читала эту книгу. И комментарий к ней Карла Густава Юнга. И – что? Описание. Теория. А я – выстроила практику. Я осуществила – сделала сущим – то, что все теории только предполагают!

– Браво.

– Что ты юродствуешь, Дронов? Ты же понимаешь… чего мне это стоило…

– Двадцать жизней. Или – больше?

– Методику я создала три года назад. И два года работала в Центре телекоммуникаций, и мне так хотелось узнать, прожила ли я жизнь напрасно, или… все то, что я навыдумывала, – реальность? Нужно было сделать шаг. И я – его сделала.

В одном из пансионатов собрались преступники. Как их сейчас называют – «авторитеты». А кто тогда – я? Замороченная тоскующая одинокая тетка с бездной комплексов и с расстроенными нервами… Но… Решиться я бы не смогла. И ничего бы не произошло тогда, если бы не случай…

Один из них чуть не наехал на меня на блистающем «хаммере»… Я шла – задумчивая и погруженная в свои мысли, и автомобиль сшиб меня и едва не раздавил насмерть! И – я испугалась! Испугалась дико – вся моя жизнь, все, над чем я работала, может быть перечеркнуто глупой случайностью!

Я сидела на тротуаре, растерянная, подавленная, пораженная этой простой мыслью… И еще – сильная боль в ушибленном колене…

А из чрева машины появился субъект в черном – молодой, раскормленный, самодовольный: