Знайте русских! - Сергей Зверев

– Опять грести, – жалобно простонал Гриша. Он вытянул вперед ладони с сорванными в кровь мозолями, словно преступник, ожидающий, когда на него наденут наручники.

– Зачем нам? – озорно откликнулся Пантелей. – Рабы для нашей галеры у нас теперь есть. – Он протянул пленникам по веслу, сел у дальнего борта и направил на них автомат. – Арбайтен! Бистро! Бистро! Гребите, вашу в печень мать! – прошипел он на международно-понятном языке, сделав несколько характерных движений прикладом, словно работал веслом, но пленники только испуганно сверкали в темноте белками глаз. Видимо, максаковское познание иностранных языков было им незнакомо.

– Берите весла и гребите, – раздалась за спиной у Пантелея довольно чистая английская речь. – В какую сторону грести, товарищ старший сержант? – Курочкин перешел на русский.

– На север, – оторопело скомандовал Максаков, подчиненный тут же повторил приказ по-английски, и оба бандита, согласно закивав, с готовностью принялись плескать веслами о воду.

– И хорошо ты балакаешь на языке нашего вероятного противника? – поинтересовался Пантелей с долей зависти.

– Прилично, – скромно отозвался подчиненный.

– Ага. Ну и ладненько. Сейчас мы быстренько проведем дознание. Давай-ка, карась, на мое место, а я у пулемета стану. – Он встал, уступая свою позицию Григорию. – Щас мы этих упырей пытать будем. Спроси-ка у них, что они ночью делали в джунглях?

Курочкин перевел вопрос, выслушал ответ, снова спросил, еще раз выслушал, опять чем-то поинтересовался.

– Эй-эй, карасяра, – грозно перебил беседу Пантелей, – ты о чем это с ними балакаешь? Советуешь им, как драпануть? Я хоть по-английски ни бельмеса не понимаю, но кумекаю так, что на мой короткий вопрос должен быть такой же короткий ответ.

– Так точно, товарищ старший сержант, – с готовностью отозвался Курочкин, – я просто экономлю ваше время. Они сказали, что охраняли поселок. Это, вероятно, те самые огни, которые мы видели в джунглях.

– Что за поселок? Пиратский?

– Никак нет, – ответил за пленных Григорий. – Они – контрабандисты. И поселок, соответственно, их, контрабандистов, пристанище. Или, как вы выразились, «малина».

– Ты, давай, не умничай, – сурово предупредил подчиненного Пантелей. – Спроси, может, они чего-нибудь слыхали о нашем корабле и ребятах.

– Вряд ли, – с сомнением произнес Курочкин, – контрабандисты и пираты – профессии разные.

– Хрен редьки не слаще. По мне, так они одним дерьмом извазюканы, – вынес свой приговор Максаков. – Гляди, чтобы эти птахи пиратам, которые наших братков повязали, оружьице втихаря не подкидывали. Контрабандой. Ты поинтересуйся. Да не стесняйся, – посоветовал Пантелей, – пни там которого в лодыжку, чтоб поразговорчивее были.

Бить по голени Курочкин никого не стал. По всему было видно, что пленникам скрывать было нечего, поэтому тараторили они с удовольствием, перебивая друг друга.

– Ну, и чего они там начирикали? – снова поинтересовался Максаков, в очередной раз перебивая затянувшийся симпозиум.

– Говорят, что знают не только о том, что наш корабль захватили пираты, но также и кто это сделал. Говорят, банда под предводительством некоего Нгомбо. По местным меркам – предводитель всех здешних корсаров или что-то вроде того.

– Пахан, значится, – задумчиво произнес Пантелей. – Место указать могут?

– Могут, – после короткого вопроса подтвердил Курочкин.

– Вот что мы сейчас с тобой сделаем, – заговорил Максаков после непродолжительных размышлений. – Сейчас мы наших стукачей свяжем и ляжем поспать. Надо нам с тобой отдохнуть хоть малость. Ночи здесь короткие, а утром их приятели-контрабандисты по нашим следам выйдут на берег, поймут, что у нас есть вельбот или что-то вроде того, начнут рыскать по морю и нас рано или поздно вычислят. Поэтому от нашего транспортера придется избавиться. Этих, – Пантелей небрежно указал головой на пленников, – возьмем в проводники и до места стоянки «Резвого» пойдем пешком.

– Товарищ старший сержант, – попытался робко возразить Григорий, – их же там человек двадцать – двадцать пять, не меньше.

– Ну, двадцать пять – это не двадцать шесть, правильно? – резонно возразил Максаков. – Оружие у нас теперь тоже есть, так что на месте разберемся. Нам братков по-любому выручать надо, – невесело добавил Пантелей. – Получится или нет – это уже другой вопрос. А без корабля нашего мы тут точно пропадем. Ты спроси, может, они чего слыхали про российское посольство?

– No, – коротко пролепетали пленники.

– Вот и я говорю, что «no», – вздохнул Максаков, – а партизанить по джунглям мы с тобой можем до скончания века. Так что давай-ка спать. Через два часа меня разбудишь, – и, улегшись прямо возле пулемета, Пантелей моментально уснул.

Ровно через положенный промежуток времени Курочкин разбудил своего командира, но спать сразу не лег.

– Товарищ старший сержант, – обратился он к Пантелею, сонно моргая тяжелыми веками, – пока вы спали, я с нашими пленными побеседовал. Они нам помощь предлагают.

– Какую еще помощь? – Максаков сладко потянулся. – И так до корабля доведут. А иначе я их быстро отправлю крабов кормить.

– Они предлагают помочь освободить «Резвый», – пояснил Григорий.

– С чего бы это, – Пантелей недоверчиво посмотрел сначала на подчиненного, потом на связанных «языков».

– Они этого местного пиратского главаря, – поправился Курочкин, – ненавидят лютой ненавистью. Говорят, весь их бизнес из-за этого Нгомбо псу под хвост. Мол, пираты свой барыш имеют, а из-за них сюда понагнали конвоев, и заниматься контрабандой стало почти невозможно.

– И по этой причине предлагают свои услуги? – саркастически поинтересовался Максаков.

– Так точно, – подтвердил подчиненный.

– Бизнес накрывается медным тазом, – усмехнулся Пантелей. – Самим разобраться с этим Нгомбой – кишка тонка, поэтому решили дождаться, пока вблизи их лагеря появятся двое российских морпехов, чтобы окончательно и бесповоротно склонить чашу весов в свою пользу?

– Ну, они так не говорили, – Курочкин растерянно пожал плечами, – но, очевидно, что-то вроде того.

– Ладно, боец, спасибо за информацию, – поблагодарил подчиненного Пантелей, – и давай-ка спи. До рассвета пара часов осталась. А я пока покумекаю над твоими словами.

Два часа на сон – это, конечно, мало, а вот чтобы подумать – на это времени вполне достаточно. А поразмыслить старшему сержанту Максакову было над чем.

Бегать без соответствующего снаряжения по джунглям – занятие само по себе малоприятное. А уж когда у тебя на хвосте висит полтора десятка контрабандистов – и подавно. Они ведь не успокоятся до тех пор, пока не найдут тех, кто обнаружил их лежбище. И им абсолютно по барабану, кто это: пираты, местная армия, полиция или российские моряки. Они будут упорно искать соглядатая, потому как если упустят его, то через пару часов в лагерь контрабандистов могут целой толпой пожаловать непрошеные гости. Это как пить дать. Поэтому при всех хитрых маневрах Максаков не сбрасывал со счетов упорную погоню. Это – раз.