Джек Ричер, или В розыске - Ли Чайлд

Оружие осталось лежать на сиденьях – два пистолета-пулемета «кольт» на брезентовых ремнях, похожих на винтовки М16, но короче, приспособленные для девятимиллиметровых патронов «парабеллум». Американское производство, девятьсот выстрелов в минуту, обойма на двадцать патронов, три варианта стрельбы: автоматический огонь, можно также стрелять тройками или одиночными. Ричеру они не слишком нравились. Америка так и не научилась делать хорошие автоматы. В Европе имелись более удачные образцы. «Штайр» или «Хеклер и Кох». Достаточно спросить у «Дельты». Или в Куантико, если уж на то пошло. Ричер не сомневался, что парни в самолете не будут вооружены «кольтами».

И все же это лучше, чем ничего. Джек проверил оружие. Оно было заряжено и находилось в рабочем состоянии, так ему показалось. Он захлопнул дверь со стороны пассажира, перешел к водительскому месту и, отодвинув кресло назад, уселся за руль. Двигатель продолжал работать. Это был «Форд», ничего особенного. Ричер опустил оба стекла, положил «Глок» под правое бедро, а «кольты» пристроил на пассажирском сиденье.

Можно ехать.

Досчитав до трех, он взялся за рукоять сцепления и медленно сдвинулся с места. Земля, казавшаяся неровной и скользкой под ногами, под колесами производила такое же неприятное впечатление. Пикап содрогался, елозил и подскакивал, старые рессоры скрипели. Он ехал тем же путем, которым прибыли сирийцы, практически по прямой, к верхнему углу здания, огромная масса которого по большей части оставалась в тени. Но чем ближе Ричер к нему подъезжал, тем больше ему удавалось рассмотреть. Наконец оно оказалось совсем рядом с его открытым окном.

Казалось, он едет мимо стоящего в доке океанского лайнера. Литой бетон, вне всякого сомнения, усиленный толстыми стальными балками, которому в свое время придавала форму временная деревянная опалубка. Ричер видел навсегда отпечатавшуюся в бетоне структуру дерева. В некоторых местах деревянные планки погнулись, поверхности, казавшиеся гладкими, вблизи выглядели жесткими и прерывистыми. В некоторых местах бетон застыл между досками. Складывалось впечатление, что сооружение выглядело так, будто его не довели до ума, а камуфляжную краску нанесли толстыми небрежными мазками. Не слишком тщательная работа. Впрочем, такая раскраска должна создавать впечатление издалека, никто не станет разглядывать ее с близкого расстояния.

Ричер сбросил скорость, вздохнул, налег на руль, свернул за угол и только теперь увидел фронтальную часть здания: сплошную бетонную стену с тремя выступающими из нее гигантскими протуберанцами. Они напоминали приземистые полукруглые туннели, расположенные параллельно и устроенные так, чтобы никогда не открываться одновременно. Ричер решил, что в первую дверь грузовики въезжали, затем останавливались для проверки или карантина. Потом за ними закрывалась первая дверь и открывалась вторая. Только после этого грузовик мог ехать дальше. Обратно они выезжали в таком же порядке. Внутренняя часть здания оставалась постоянно защищенной от внешних ударных волн.

«Склад боеприпасов», – подумал Ричер. Холодная война. Все, что угодно, где угодно и в любое время. Если военные хотели что-то заполучить, они это получали. И желания других людей не имели ни малейшего значения.

Первый вопрос: какой из трех бетонных туннелей сейчас используется?

Ответ был простым. Лунный свет освещал следы шин. На мягкой земле остались две колеи, ведущие к центральному туннелю. Почти автострада.

Ричер завершил аккуратный поворот, и колеса пикапа послушно скользнули в колею, ведущую к центральному туннелю. Однако дверь оказалась закрыта. Она была шире туннеля, как в ангаре аэропорта, состояла из двух половинок и открывалась, точно театральный занавес, на больших железных колесах, двигающихся по рельсам.

И как ее открыть? Рации в машине не было. Ричер не заметил над дверью камеры наблюдения, не видел луча, который ему следовало пересечь, или кнопки вызова и интеркома. Джек медленно ехал вперед, не зная, что делать дальше. Дверь вздымалась перед ним, точно высокая стальная стена. За перилами на крыше он разглядел часовых. Всего их было пятеро, с винтовками на плечах. Они без особого старания всматривались в темноту. Работа часового скучна и утомительна и едва ли придется по вкусу рядовому искателю приключений. Никаких тебе волнений и сюрпризов. Никакого очарования.