Джек Ричер, или В розыске - Ли Чайлд

– И что они сказали?

– У них нет сотрудника по имени Лестер Л. Лестер-младший. И никогда не было. Они о нем не слышали.

– ЦРУ?

– Аналогично. Никогда о нем не слышали. И мы можем им верить. Потому что сейчас они выложили на стол все карты. Они зависят от нас – будем ли мы хранить тайну парня на старой насосной станции.

– Так кем же он был?

– Он работал в Пакистане и на всем Среднем Востоке. Вот только не управлял агентами. Они им управляли. Он стал предателем. Агентом «Вадиа» в Лэнгли.

Дельфуэнсо поехала дальше на юг.

– Почему он напал на нас? – спросил Маккуин.

– Он напал на тебя. Он знал твое имя. Система безопасности в Канзас-Сити не на самом высоком уровне, и ЦРУ наблюдало за нами. Они знали, что у нас есть агент в «Вадиа». А их агент о нем сообщил. И тогда большой босс приказал разобраться с тобой. Он заманил тебя в уединенное место для ничего не значащей встречи. Все предельно просто.

– Ты отлично справился, – сказал Ричер с заднего сиденья. – Быстрая реакция. У другого парня были все шансы на успех.

– Благодарю, – сказал Маккуин.

– Тем не менее эти штуки с раной на лбу давно устарели.

– Просто так получилось. Вот и всё. Я вывернул ему руку и схватил нож, лезвие оказалось высоко поднятым, и я подумал: почему бы и нет? Как в старые добрые времена…

Они съехали с шоссе 65, когда оно свернуло на восток, на маленькую проселочную дорогу, чтобы срезать угол при выезде на автостраду. Их машина миновала памятное поле сражения Гражданской войны, где в течение девяти часов американцы стреляли друг в друга из пушек. Маккуин взглянул на Ричера.

– И один, последний вопрос, – сказал он.

– Да?

– Скажи, как можно говорить целую минуту, не используя букву «А»?

– Ты же спал, – вмешалась Дельфуэнсо.

– Я не спал семь месяцев, – сказал Маккуин.

– Это легко, – сказал Джек. – Просто начни считать. Один, два, три, четыре, пять, шесть. И так далее. Буквы «А» не будет до тех пор, пока не доберешься до ста одного[42]. И даже если ты будешь считать очень быстро, за минуту никак не добраться даже до девяноста девяти.

Дельфуэнсо остановила машину на обочине. Все молчали. Не приходилось сомневаться, что у ФБР имелась соответствующая шутка на такой случай. В армии она есть. Но личные шутки предназначены только для личного пользования. Поэтому они молчали целую минуту. Потом Ричер вышел из машины и зашагал прочь, не оглядываясь, мимо первых съездов на запад в сторону Индепенденс и Канзас-Сити, к мосту, ведущему на восток. Он поставил одну ногу на обочину, а другую на шоссе, поднял большой палец и улыбнулся, изо всех сил стараясь выглядеть дружелюбно.